Kim Pritekel - Первая

"Милая, ты уверена, что не хочешь, чтобы мы поехали с тобой?"- спросила меня мама, её подрагивающий голос говорил мне, что она вот-вот готова сорваться на крик. Я покачала головой.

"Уверена! А у вас наверняка найдутся более важные дела, чем просто так потратить по три часа в каждую сторону на поездку в Боулдер".

"Ну знаешь, вообще-то это не так уж и сложно", - вступил в разговор папа. Я улыбнулась и обняла его.

"Спасибо, папа. Со мной все будет хорошо". Даже после того как я заверила их, у меня все еще оставались сомнения - а вдруг они все же захотят поехать со мной. Я отстранилась от отца и поцеловала его в щеку. Он улыбнулся мне, при этом его выразительный взгляд высказал то, чего он не мог сказать словами. Я кивнула, наше безмолвное общение свершилось. Я повернулась к маме, зная, что сейчас мне придется быть невероятно сильной, потому что она вела бой, сражаясь со своими эмоциями, и я знала, что если я дам хоть малейшую слабину, что конечно же очень даже могло случиться, то все мы утонем в лужах из слез. "Мам, я так люблю тебя", - произнесла я, прижимая ее к себе, и ощутила, как тело её дернулось, пытаясь сдержать рыдания, и у меня самой слезы встали комом в горле. Я отстранилась от нее с каменной улыбкой на губах. "Я приеду домой к Рождеству, вы даже не успеете соскучиться", - с преувеличенным энтузиазмом произнесла я. Родители молча кивнули. После ещё одной порции объятий я вскарабкалась в джип.

"Доброе утро", - стоя в дверях с чашкой кофе в руке и улыбаясь, произнесла Моника.

"Боже, как только ты можешь пить эту дрянь", - пробормотала я, она улыбнулась в ответ.

"Пройдет время, и ты будешь заглатывать в себя эту дрянь, как воду", - она отступила в сторону, позволяя мне пройти. "Да проходи уж, ворчунья!" Я возмущенно зашипела, а она расхохоталась. "Книги лежат в гостевой спальне". Вскоре мы с Моникой каким-то образом исхитрились загрузить целых три коробки с книгами в мой джип и хорошенько, учитывая дорогу, закрепили их там. После этого мы стояли у входной двери в дом Моники, но никто из нас не хотел произнести простое слово "прощай". Наконец она улыбнулась и обняла меня. "Удачи тебе, Эмили. Я знаю, ты будешь молодцом", - произнесла Моника мне в ухо. Я кивнула и с закрытыми глазами продолжала цепляться за неё. Она мягко отстранила меня и посмотрела в глаза. "У меня есть ещё один подарок для тебя", - тихим голосом произнесла Моника. Я уставилась на неё, и тут же у меня возникло чувство, как будто у меня в животе, оживая, затрепыхались бабочки. Она улыбнулась, по всей видимости почувствовав мою нервозность и положив руку мне на щеку, сделала шаг вперед. "Не думаю, что сейчас у тебя достаточно веры в саму себя", - произнесла она. Я смотрела на неё. "Я думаю, что ты уже готова. Всякий раз, когда тебя будут одолевать сомнения, вспоминай об этом", - она приблизилась ко мне вплотную, затем с закрытыми глазами склонилась вперед. Мои глаза рефлекторно закрылись сразу, как только её губы нежно, словно крыло бабочки, прикоснулись к моим губам. Как же все просто, но вместе с тем бесконечно приятно. Она отпрянула от меня, а я медленно открыла глаза, чтобы тут же столкнуться взглядом с улыбающейся Моникой. "Удачи тебе, Эми, - прошептала она. - Я буду скучать".

Двигаясь к колледжу по прямой, как стрела, магистрали, я то и дело прижимала пальцы к губам, до сих пор ощущая на них нежный поцелуй Моники. Возможно она была права - я готова к дальнейшим шагам. Мои мысли неминуемо вернулись к Бет, в который раз заново проигрывая ту сцену в театре. И каждый раз это выходило по-разному. Моей любимой сценой была та, где она стоит лицом ко мне, спиной к рыжей, и улыбается своей особой самоуверенной улыбкой, говоря мне, - она так рада, что я наконец-то осознала, кто я есть, затем обнимает меня, как до этого ту - рыжеволосую, и вот её губы касаются моих - её губы, а не Моники. Её поцелуй такой же, как на похоронах тети. Жадный, наполненный страстью и любовью. И тут мои мысли замерли. Бет любила меня? А я её? Или я только думала, что любила ее? В тот раз я была совершенно сбита с толку, многого не понимая, и если уж совсем честно, сейчас я была рада, что направляюсь в Боулдер, подальше от Пуэбло. Слишком уж тяжелы попытки осознать себя в девятнадцать лет, слишком много переживаний и слез.

Сидя на едва шевелящихся качелях и прислонившись головой к холодной цепи, я обратилась назад к прошлому - в Боулдер, в общежитие для студентов. Что за прекрасное время, жаль, что раньше я даже не осознавала этого. Всё было таким очевидным. Я вздохнула, поняв, насколько простой в ту пору была моя жизнь - сходить на занятия, выполнить задания, попытаться выспаться и отыскать деньги на какие-нибудь вкусняшки. Разве это могло быть сложным?

Когда в очередной раз штора оказалась в моих руках, я зарычала и ещё крепче стиснула в зубах шариковую ручку.   

"Проклятье!"- воскликнула я, едва не рухнув со стула. Восстановив равновесие и для лучшей концентрации нахмурив брови, я вновь протянула руки вверх. Кинув с высоты третьего этажа общежития взгляд на землю и увидев студентов, прогуливающихся внизу подо мной, я задалась вопросом, а что если кто-то из них сможет разглядеть меня в таком положении, как сейчас - практически целующуюся со стеклом. Каким-то чудом я исхитрилась прицепить еще один крючок от шторы к кольцу, а затем приступила к борьбе со следующим. Стоя на цыпочках, я затаила дыхание и время от времени - по мере продвижения дела - посапывала. Наконец, с победным криком "Ойя" я отстранилась от окна и вытерла вытекающую из-под шариковой ручки слюну с подбородка.

"Какое милое зрелище!"

"Ай", - вскрикнула я и в испуге отпрянула от окна, только что прицепленная штора с протяжным шумом рухнула мне на голову. Выплюнув изо рта ручку, я выбралась из-под шторы, кидая злобный взгляд на Дану - мою соседку по комнате, которая лежала на кровати с согнутыми в коленях ногами, закинув руки за голову и ухмыляясь, смотрела на меня. "Черт тебя побери, Дана!"- выпалила я, скинув с себя штору на пол. "Никогда больше не поступай так!"- произнесла я, сжимая кулаки и стоя на стуле, установленном на столе.

"Оо, какая же ты красотка, когда злишься, Эмбо, такая милашка!"

"Вот что, я не хочу этого знать! Видит бог, ты достала меня!"- я слезла со стула. "И не смей называть меня Эмбо. Сколько раз я должна просить тебя об этом?" Я плюхнулась на кровать, свесив ноги и прислонившись спиной к стене. Ну вот, называется повесила штору, я снова разозлилась, когда поняла, что мне опять, в который раз придется лезть наверх. "Мне следовало бы заставить тебя, Дана, повесить эту штору!"   

"Что ж, ты можешь попытаться заставить меня", - произнесла она, весьма недвусмысленно пошевелив бровями. Я повертела головой.