Сара Харрис - Маленький секрет

Майк вернулся в кабинет и прочитал написанное на экране монитора вступление.

— Великолепно. На самом деле просто здорово, — сказал он, глядя на Анну так, будто только что поднял с ее лица белую вуаль. — У тебя отлично получается. Хм. Только вот… Можно?..

Он взял ее клавиатуру и напечатал в конце еще одну фразу: «Как писала Пэмми Ловенталь, “отношения — это не американские горки, а — отношения”».

— Вот так. Всегда оставляй за Пэмми последнее слово. Иначе она тебя уволит. А это будет большой ошибкой, — улыбнулся он.

Рецепт Вильгельма Гроз для поддержания разума в состоянии счастья:

• Употребляйте в пищу еду, стимулирующую работу мозга, — бобы, хлеб с отрубями, картофель.

• Избегайте сладкого.

• Попробуйте продукты счастья: киви и орехи.

• Избегайте продуктов несчастья: шоколада и чипсов.

• Избегайте соленого.

• Никогда не употребляйте алкоголь.

Анна никогда по-настоящему не ощущала свою принадлежность к культуре пабов. Даже в таком пабе, как «Корона», где благосклонно относились к женщинам, Анна постоянно боялась, что вот-вот кто-нибудь обратит внимание на ее пол и отпустит какую-нибудь непристойную шутку в адрес женщин.

В пабе Анна чувствовала себя не в своей тарелке, и в этом она винила своего отца, который не познакомил ее с культурой пабов. Вместо этого Дон познакомил ее с политикой. В то время как другие родители приобщали своих детей к британской культуре — усаживали их, дрожащих от холода, за дачные столики, расставленные снаружи пабов, и угощали солеными, пропитанными уксусом чипсами, — Анну всегда брали с собой на беседы с избирателями и ежегодные конференции консервативной партии.

Дон был не из тех отцов, которые проводят свободное время с пивом у телевизора. Он не понимал, почему люди просиживают столько времени в пабах, забившись в угол и затевая драки. Если молодежь чувствует в себе столько злобы, почему бы им не использовать эту энергию в «мирных» целях и прославиться на весь мир? Дон мечтал в то время стать политическим деятелем.

— Спасибо, дружище, — сказал Шон, расплачиваясь за напитки. На нем было шелковое кашне, в котором не ходят просто так по улице. Анна знала, что Том назвал бы такой аксессуар претенциозным и излишним.

Шон сел и поднял свою кружку с пивом.

— За тебя и за твой переезд на квартиру Себастьяна. Я очень рад.

— Жаль, что моей соседки сейчас нет на месте, — сказала Анна, обхватив руками свой стакан с томатным соком так, как будто это был вовсе не сок, а горячий чай. — Я не хочу сообщать ей об этом по телефону. Так не поступают, прожив вместе десять лет. И ее отец очень болен.

— Анна, снова ты за свое ты слишком много думаешь о… Дункан!

Он поднялся, чтобы поприветствовать грузного супервайзера передач «Радио-Централ» по прозвищу Толстый Ревизор, и Анна, оставшись одна, снова почувствовала себя не в своей тарелке.

Она подумала о своей матери, которая как-то спросила ее, что она делает в пабах.

— Пью, конечно, — ответила Анна.

Но Барбара не могла этого понять. Она никогда не понимала, в чем заключается прелесть таких заведений, где продают только спиртное.

Неодобрение Барбары привело к тому, что в старших классах школы Анна проводила вечера главным образом в пабе «Белл», попивая вместе с подругами спиртное и покуривая сигареты.

— Извини, — сказал Шон, вернувшись, — ты же знаешь Дункана.

— Какие пабы есть в том районе, где квартира Себастьяна? — спросила Анна, быстро меняя тему разговора, потому что она не была знакома с Дунканом.

— Теперь это твоя квартира, — сказал Шон, доставая и бросая на стол связку ключей. — Я не думаю, что Себастьян проводит много времени в пабах.

— Почему бы и нет?

— Ну, у него нет времени — то новая книга, то серия передач.

— В самом деле.

Она не решилась спросить о названиях книг или телепередач. Она просто кивнула головой в ответ, как будто знала о Себастьяне все что нужно и могла поддержать беседу.

— Послушай. — Шон подался вперед, обхватив свою кружку обеими руками. — Каким образом они заставили тебя писать вступительное слово для нашей всеми любимой Пэмми Ловенталь?

— О, я совсем не против. Мне даже понравилось, а у Майка было так много работы.

— Но Майк зарабатывает больше, чем ты.

Это была правда.

— Что ты этим хочешь сказать? То, что я должна была отказаться?

— Ну, ты знаешь, что я думаю. Они используют тебя. Я хочу сказать, что тебе вряд ли это может нравиться. — Он посмотрел на нее оценивающим взглядом.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что Пэмми тобой помыкает, а Майк тебя использует. — Он резко смял подставку под стакан. — Мне неприятно это видеть, — разочарованно покачал он головой. — Ты молода. Ты должна наслаждаться жизнью, жить на полную катушку, или как там говорит современная молодежь…

— Так что ты там говорил по поводу пабов неподалеку от дома Себастьяна?

— Ну, там есть «Коуч».

— Какой он?

— Думаю, такой же, как этот.

Она посмотрела вокруг. Стены в «Короне» были обшиты панелями — очень изящно. Повсюду стояли стеклянные пепельницы, хотя в таких заведениях практически никто не курит. Лишь время от времени зажигалась сигарета какого-нибудь заядлого курильщика, и до Анны с Томом долетал табачный запах. Большинство обычных посетителей этого бара были офисными служащими, работающими в Сити, которые забегали сюда во время обеденного перерыва выпить после тренировки в спортзале. В этом пабе не было ни единого запаха, который напоминал бы ей о «Лебеде» на Финчли-роуд с его кроваво-красным ковром, табачным дымом, промокшими и грязными куртками.

В «Лебеде» пахло ужасно, но Анна часто заходила в него — в основном из-за Тома. Он всего три недели прожил в ее квартире на Финчли-роуд, но уже был на короткой ноге с новым барменом Стюартом — Стю. Анне приятно было думать, что она знает бармена местного заведения по имени, хотя Стюарт работал в нем по краткосрочному контракту. Она тоже уедет из того района в пятницу.

— Анна! — сказал Стюарт вчера вечером таким тоном, как будто она была одной из изношенных скатертей в его заведении. — Непривычно видеть тебя так поздно в будний день. Скоро мы уже закрываемся. Ты ищешь Тома?

— Он здесь? — спросила она, еще не придя в себя после ссоры с Ру. Ссора произошла меньше часа назад, и ее все еще трясло.

— Да, он где-то здесь. Что новенького?

Что новенького? Том помог ей подняться на эту ступень отношений с барменом. Сама Анна никогда не осмелилась бы завязать такое близкое знакомство с работниками паба. Она никак не могла понять, как людям удается начать вечер, заказав пинту пива, а закончить его, раскрывая интимные подробности своей личной жизни.