Венди Хоулден - Брызги шампанского

– Имя свое я не менял, – ответил Том. – Чарли Сетон – это имя, под которым я пишу. И уже очень давно. Мой псевдоним.

Так вот почему она не могла найти его книги в магазинах!

– Ну а что касается второго твоего вопроса, – небрежно продолжал Том, – если честно, я не видел смысла приходить в гости в квартиру, где ты живешь со своим приятелем. Разве что попить чаю?

– Но… Я там не живу. То есть я там живу, но он не живет. Больше не живет. Вот.

Лоб Тома пересекла складка. У Джейн мелькнула мысль, понял ли он ее. Вот уже второй намек сгрести ее в объятия остался незамеченным. Похоже, они по-прежнему оставались в разных фильмах.

– А почему ты перебрался сюда? – смущенно спросила Джейн.

При мысли о том, что еще одна мимолетная встреча окончится, у нее пересохло во рту. Мысленно перебирая множество самых разнообразных сценариев страстного воссоединения с Томом, она упустила вот этот.

– Здесь очень хорошо пишется, – сказал Том, наполняя водой старый чайник – Это настоящий утолок старого Сохо. Очень способствует творчеству.

Джейн тотчас же подумала о «пышных моделях» наверху. Интересно, что именно способствует творчеству?

– Хотя, – добавил Том, прочтя ее мысли, – приходится быть очень осторожным, живя под «пышными моделями». Большинство девиц, работающих на панели, обходится без нижнего белья, и со своего места я могу заглядывать им под юбки.

– Вот как? – удрученно произнесла Джейн. – Одна из них просила передать тебе привет. Блондинка в черной клеенке.

– А, Камилла. – Бросив пакетики с чаем в две сколотых кружки, Том налил в них кипятку. – Бедняжка. Ужасная история. Она из зажиточной, порядочной семьи, была многообещающей студенткой в Оксфорде, прокутила все деньги, приехала сюда и стала проституткой. Но дела у нее пошли хорошо. Заведение под ее началом работает как часы.

– Под ее началом? – ахнула пораженная Джейн. – Да ей на вид лет десять!

– На самом деле ей девятнадцать, – поправил Том. – Но несется вперед на всех парах. И очень забавная. От ее рассказов я со смеха давлюсь. Ты не поверишь, кто сюда приходит. Начнем с того, что здесь бывает несколько депутатов парламента.

– Неужели?

– Точно. – Том вытащил пакетики из кружек. – Камилле приходится быть очень осторожной. Далеко не все из них могут похвастаться отменным здоровьем. Если она переусердствует с хлыстами и масками, это может привести к досрочным перевыборам. Когда парламентское большинство тори висело на волоске, Камилла могла бы запросто свалить правительство. По ее словам, она делает со своими клиентами такое… ты не поверишь.

– Например? – искренне заинтересовалась Джейн.

– Ну, кажется, одной из излюбленных штучек Камиллы, – сказал Том, избегая встречи взглядами с ней, в то время как она гадала, насколько можно верить слову «кажется», – она набирает в рот кока-колы перед тем, как заняться французской любовью. Кажется, ощущения от этого потрясающие.

Вслед за этим ошеломляющим откровением наступило молчание. Джейн поняла, что «Мимолетные встречи» окончились.

– Слушай, давай начнем интервью, – предложила она, надеясь вывести разговор из неловкого тупика, в котором тот застрял, и вспоминая о цели своего визита.

Раз уж она сюда пришла, можно попытаться что-нибудь спасти – если не свое достоинство и отношения с Томом, то хотя бы несколько сотен слов для «Шика».

– Понимаешь, у меня совсем мало времени, – добавила Джейн. – Мне нужно успеть на рекламный обед.

Надев роскошные туфли Виктории, Джейн обнаружила, что работа главного редактора иллюстрированного журнала заключалась не только в том, чтобы сидеть у себя в кабинете и вынашивать идеи. Теперь ей также приходилось присутствовать на мерзких мероприятиях, известных в журналистских кругах как «одеколонные обеды» – на них рекламные агентства представляли новые косметические продукты. У Джейн внутри все оборвалось при мысли о том, что ее ждало впереди – знакомство с духами с названием «Оргазм». На ее взгляд, хуже название трудно было придумать. Ну кто в здравом рассудке захочет весь день пахнуть результатом интимной близости? Действительно, кто, подумала Джейн, стараясь не смотреть с тоской на манящий смятый матрац на полу. С кем провел на нем Том эту ночь?

– Можно мне присесть? – спросила Джейн, решившись для разнообразия опуститься на рахитичный стул у письменного стола.

Она чувствовала себя неуместно официальной, стоя на высоких каблуках и в элегантном костюме.

– Я бы… – начал было Том, как только ее аккуратная попка, обтянутая дорогой тканью, коснулась стула, – на него не садился, – закончил он, когда стул рассыпался и Джейн растянулась на полу.

Ее юбка задралась, открыв Тому вид на нижнее белье.

– Извини, – сказал Том, задержав взгляд чуть дольше необходимого на трусиках «Ла белла». – Боюсь, здесь все разваливается. Единственное безопасное место – это стол, но и он шатается. Перефразируя Йитса, можно сказать: «Ступай осторожно, ибо ты ступаешь по моему полу».

С этими словами он уселся на матрац. Джейн подобрала под себя ноги.

– Итак, кое-что о своей карьере ты мне уже рассказал при первой встрече, – решительно начала она, скрывая свое смущение. – Над чем ты работаешь сейчас? Ты написал свой бестселлер?

Закатив глаза, Том покачал головой:

– Нет, к сожалению, так и не написал. – Его заспанные выразительные глаза зажглись озорством. – Однако еще не поздно начать.

Он внимательно смотрел на Джейн. Снова наступило молчание.

Джейн вздохнула, поняв, что, несмотря на все усилия, с интервью у нее ничего не получится. Она впустую теряет время, и свое, и Тома.

– Кажется, мне пора идти, – сказала она, поднимаясь на ноги и убирая в сумочку блокнот, который едва успела раскрыть. – Я опаздываю на этот жуткий, скучный обед, и все по своей собственной вине, потому что слишком долго искала, где ты живешь. Извини.

– Не кори себя напрасно, – небрежно бросил он, затягиваясь новой сигаретой. – На самом деле все в порядке.

Сомневаться в этом не приходилось, подумала Джейн, ковыляя на высоких каблуках по полусгнившим ступенькам. Тому стоило только окликнуть ее. Увы, он этого не сделал. Джейн не находила себе места от разочарования и отчаяния. Том вел себя настолько непонятно, что она была совершенно сбита с толку.

Лишь мысль о том, что у дверей слоняется Камилла, не позволила Джейн разреветься. Собрав все силы, она поднялась наверх и вышла на улицу.

24

К счастью, обед дал Джейн возможность утопить свои печали в море шампанского. Она жадно ловила каждое слово дегустатора «Оргазма», расхваливающего тончайшие оттенки аромата своего нового шедевра. Этот Чуткий Нос казался единственной незыблемой точкой в бурлящем мире, подпитываемом изобилием шампанского. Польщенный пристальным вниманием со стороны Джейн, Нос был просто очарователен.