Эстер Браун - Маленькая леди в большом городе

Весело, правда? На самом же деле нам было отнюдь не до веселья. Особенно с такими напарниками. Кое-кто из них вел себя так, будто никогда в жизни не видывал девочек.

Вообще-то, если задуматься, им правда недоставало общения с девочками. Когда мальчиков не хватало, кавалерами приходилось быть самым высоким из нас. Никому как будто и в голову не приходило, что мы и без того стесняемся своего роста. Я и теперь, к великому неудовольствию Джонатана, могла вдруг по привычке начать вести, а в конце танца поклониться. Об этом я, естественно, умолчала, чтобы у американок не создалось впечатление, будто я совсем чокнутая.

Бонни зачарованно качала головой.

– Ну и дела! Ну и… дела! А я понятия не имела! Кто-нибудь из твоих одноклассниц принадлежал к королевской семье?

Все трое уставились на меня, затаив дыхание. А я и представить не могла, какого ответа они ждут. Впрочем, разговор шел не о международной рекламе и не о продаже квартир, а о том, в чем я ориентировалась гораздо лучше своих собеседниц.

– По-моему, нет. Или… хм… – Я замолчала. Надо скорее сменить тему, мелькнуло в мыслях. – Болтали, что одна девочка родственница лорда Фредди Виндзора, но я в этом сомневаюсь.

– А с принцем Уильямом ты никогда не встречалась? – проворковала Дайана.

– Нет! – тотчас выпалила я. – Нет, ни разу.

При упоминании о принце Уильяме идеально ухоженные дамы-профессионалки вдруг захихикали, словно школьницы, и стали выдавливать из себя сквозь смех обрывки шуток про принца Гарри, королевские привилегии, изысканные манеры и слишком красивые для англичанина зубы.

– Но он полысеет, – поспешила вставить я, пока речь не зашла о том, сколько человек поместится в Вестминстерском аббатстве в день торжественной церемонии. – Взгляните на его отца и…

Веселье лишь пуще разгорелось. Кто-то вдруг вспомнил, как на фирму Курта приезжал представитель принца Чарльза, который очаровал всех, съев у них на глазах диетическое печенье.

– Мелисса, как было бы здорово, – произнесла Дайана, бросив беглый взгляд на Бонни.

– Что? – спросила я, осмелев после второго бокала шампанского.

– Если бы ты помогла мне устроить «день рождения до рождения»!

Теперь я почти не сомневалась, что они завели этот разговор по просьбе Джонатана.

– Прости, но вряд ли я смогу. Понятия не имею, что собой представляют такие праздники, – извиняющимся тоном сказала я. – В Англии это не принято. У нас, если рождается мальчик, отцу дарят бочонок портвейна, если девочка – матери браслет. А ты, насколько я понимаю, толкуешь совсем о другом.

Дайана слегка нахмурилась.

– Бочонок? Портвейна? Звучит как-то… хм. Нет-нет, «рождение до рождения» – милый-премилый вечер: будущая мама приглашает ближайших друзей, те приходят с подарками для маленького.

Бонни кивнула.

– Чудесный праздник Могут приехать и будущие бабушки. Люди очень сближаются. Этот головокружительный вихрь приготовлений к встрече малыша!

Она замахала руками, изображая головокружительный вихрь, а Дайана, подыгрывая ей, стала вращать глазами.

– Как все обрадуются, если ты устроишь традиционное английское чаепитие! – прибавила она. – В точности такое, как описывают в детских книжках!

– Да, было бы неплохо, – пробормотала я, чувствуя, что меня припирают к стенке. – Но разве нет четких правил? Кто должен помогать будущей матери? Не лучшая ли подруга или главная подружка невесты?

Дженнифер, Дайана и Бонни как по команде тяжело вздохнули и принялись рассматривать остатки орешков в тарелках.

– Ой, простите, – быстро произнесла я. – Наверное?..

Нет, честное слово! Джонатан познакомил меня с друзьями, но не потрудился объяснить, каких тем в разговорах с ними не следует касаться.

Бонни окинула подруг быстрым взглядом и взяла ответственность на себя.

– Главной замужней подругой невесты на свадьбе Дайаны была Синди.

– Только ничего не подумай. Я люблю Синди, – пожалуй, слишком торопливо проговорила Дайана. – Но – ха-ха! – не желаю, чтобы она приближалась к моему ребенку.

– Без надзирателя! И огнетушителя, – подключилась Дженнифер.

– И потом, у нее ведь теперь Паркер, и хватает своих забот. Она в любом случае отказалась бы, – торопливо пояснила Бонни. С небольшим опозданием.

– О! – произнесла я.

Мы все потупили взгляды.

В наступившем молчании отчетливо послышались голоса мужчин на другом конце стола.

– Так в чем же различие, Джонатан? – серьезно и громко спросил Курт. Его голос звучал так, будто он всю жизнь работал на телевидении. – По-твоему, рынок жилья в Соединенном Королевстве претерпит серьезные изменения, если государственным жильем станут управлять общие собрания?

В глазах Джонатана поблескивали тусклые огоньки усталости, но он вежливо кивал и с интересом наблюдал, как, иллюстрируя свои речи, Курт передвигает по столу бутылочки с приправами. Почувствовав на себе мой взгляд, Джонатан почти незаметно шевельнул бровью, и я прочла в его глазах знакомое: «Есть только ты и я больше никого». На сердце потеплело.

Я в жизни не бывала на «днях рождения до рождения». Признаться, и по детям-то не схожу с ума. Но если Джонатану хотелось, чтобы я взялась за это дело, раз он так для меня старался не могла не согласиться. Теперь мне даже казалось, я с удовольствием помогу Дайане. Правда с удовольствием.

Если же в ходе приготовлений придется столкнуться с Синди… Что ж, встреча будет случайной.

– Как приятно, что ты просишь о помощи именно меня, Дайана! – воскликнула я весело. – Даешь мне возможность поближе познакомиться с Нью-Йорком. Если хочешь, как-нибудь на этой неделе встретимся за чашкой кофе? У меня уже есть кое-какие идеи.

– Отлично! Отлично! – Дайана так отчаянно захлопала в ладоши, что ее короткие волосы запрыгали, однако потом снова легли как надо.

– Я действительно рада, – пробормотала я, когда Бонни и Дженнифер возликовали так же искренне, как Дайана.

У меня вдруг возникло чувство, что не все столь печально и, быть может, я сумею войти в компанию Джонатана. Может быть…

– Мелисса? – позвала Дайана, внезапно посерьезнев.

– Что?

Ее лицо расплылось в ангельской улыбке.

– Малыш говорит «спасибо».

Не вцепись я в бокал, она наверняка взяла бы мою руку и прижала к своему небольшому для беременной животику, дабы я не сомневалась. Я смущенно улыбнулась.

– Очень мило!

– Ах! – довольно воскликнула Бонни, точно сваха после удачно провернутого дела. – Вот и славно!

Глава 18

Я погрузилась в раздумья о подготовке к празднику, но они, увы, не избавили меня от жуткого позора: новость о Годриковом «преступлении» стала-таки достоянием общественности.