Патриция Хилсбург - Прощай, Эдем! Книга 2: Деннис

Рассказ миссис занял около сорока минут — почти всю аудиокассету.

— Представляете, какой ужас? — закончила свой рассказ миссис Лафарг.

Якобс щелкнул кнопкой портативного диктофона и закрыл шуфляду стола.

— Сочувствую вам, — произнес он, — от всей души сочувствую… — он сделал небольшую паузу. — Так вот, миссис Лафарг, и после этого всего вы еще утверждаете, что наша работа — не столь ответственная, как какая-нибудь иная! — патетически воскликнул Фил. — Да, я прекрасно понимаю вас: быть ассенизатором, вскрывать все язвы и пороки современного общества — не самое приятное занятие… Но ваш замечательный сын выбрал именно это занятие, и — уверяю вас! — он никогда не жалел об этом.

Далее Якобс наговорил Элеоноре столько хорошего про Бернара, что та поневоле начала сомневаться, стоит ли поступать с ним так жестоко, лишая в завещании прав на наследство.

На прощание Якобс спросил будто бы невзначай:

— Миссис Лафарг, а вы не помните — вторая квартирантка…

— Совершенно возмутительное создание!.. — вставила Элеонора.

— Не сомневаюсь, — согласился Якобс. — Да, так эта Мартина Липтон — может быть, она тоже когда-то угрожала вам?..

Элеонора наморщила лоб:

— Точно не помню, но, во всяком случае, она способна на это…

— И все-таки… — продолжал настаивать на своем Якобс. — И все-таки, может быть, вы вспомните, не было ли чего-нибудь подобного?..

— Мне кажется, — неуверенно произнесла Элеонора, — мне кажется…

Размышления Элеоноры прервал телефонный звонок.

Якобс взял трубку.

— Слушаю…

С другого конца провода послышался голос Бернара Лафарга:

— Я только что был в полиции, говорил со следователем…

Якобс насторожился:

— Ну, и что?..

Бернар продолжал:

— Они опознали труп.

— Вот как?.. Каким образом им это удалось?..

— В кармане убитого был найден брелок и связка ключей, один из них был от его квартиры, а замок этот был какой-то очень дорогой…

Якобс явственно вспомнил, что при своем последнем разговоре покойный, сидя за столом, поигрывал брелком со связкой ключей. Он даже вспомнил, как именно выглядел тот брелок — массивный, серебряный, сделанный в виде головы пуделя.

— Ну, и что?..

— Замок был очень дорогой, чуть ли не ручной работы, с какими-то секретами. На нем был порядковый номер. Все владельцы таких замков заносятся в какую-то особую гарантийную картотеку… В общем, по этой картотеке установить личность убитого не представляло особого труда. На всякий случай полиция привела на опознание соседей, и те сразу же признали в убитом Руди Чарлтона…

— И что теперь?..

— Как и положено — будут искать убийцу… или убийц, — уточнил Бернар. — Да, и вот еще что: следователь сказал, что, по данным патологоанатомического расследования, смерть Руди Чарлтона наступила в результате удара в височную часть каким-то острым предметом…

Взгляд Якобса невольно обратился на угол его письменного стола — на тот самый, падая на который Чарлтон и проломал себе череп.

Стараясь казаться невозмутимым, Якобс спросил:

— Они кого-нибудь подозревают?..

Из трубки послышалось:

— На стройке не было обнаружено никаких следов. Следователь сказал, что это вряд ли похоже на ограбление с последующим убийством — тем более, что в бумажнике убитого была найдена довольно приличная сумма — что-то около трех тысяч долларов. Конечно, для убийства этого явно маловато, но все-таки… Правда, неизвестно куда пропала автомашина Чарлтона, красный «корвет». Однако полиция не считает, что Чарлтона убили только потому, что хотели завладеть его автомобилем. Тут что-то другое…

Якобс был предельно собранным: телефонный разговор был очень важный, и он, слушая репортера, тщательно взвешивал каждое слово Бернара.

— Что еще?.. — спросил Фил.

— Единственный стоящий мотив убийства, по мнению полиции, — сведение личных счетов, продолжал Бернар. — Однако, насколько можно верить опрошенным соседям и партнерам по бизнесу, у Чарлтона вроде бы не было серьезных врагов. Все в один голос утверждают, что этот человек отличался необыкновенной покладистостью, что он умел совершенно замечательно ладить с людьми…

Слушая эти слова, Якобс ухмыльнулся.

«Интересно, что они скажут, когда узнают о недавней сцене, произошедшей между Чарлтоном и Харпером в кафе «Маджестика», — подумал Якобс. — Не было врагов… Это мы еще посмотрим!..»

— Ладно, — наконец произнес Якобс. — Спасибо, что позвонил… — он несколько секунд раздумывал, стоит ли говорить Бернару, что тут, в кабинете, находится его мать, но в последний момент решил, что все-таки не стоит. — Можешь отправляться домой и отдыхать… — Фил повесил трубку.

Подойдя к Элеоноре, Якобс поцеловал ей ручку и произнес:

— Большое спасибо, миссис Лафарг, что дали такую прекрасную возможность познакомиться с вами. Думаю, это не последняя наша встреча. Если вы вспомните что-нибудь конкретное из жизни вашей квартирантки Мартины Липтон, — обязательно свяжитесь со мной.

— Хорошо, — согласилась та. — Непременно свяжусь, мистер Якобс.

Элеонора ушла, а Фил, вынув из шуфляды письменного стола диктофон, перемотал кассету на начало и внимательно прослушал рассказ миссис Лафарг.

«В случае чего, — решил он, — этого Бернара можно припугнуть тем, что его матушка содержит притон. Однако, насколько я понял, они не в таких уж хороших отношениях… Впрочем, — Якобс щелкнул кнопкой диктофона, — Бернар в последнее время стал что-то зарываться, а для этого следует найти что-нибудь такое, что могло бы, удержать его от необдуманных поступков… для начала сойдет и это…»

Вытащив из кассетоприемника кассету, Якобс сунул ее в карман.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Анетта Финн обнаруживает в рабочем компьютере Бернара Лафарга статью о Деннисе Харпере и своей лучшей подруге. — Ее мысли на этот счет. — Бернара продолжают терзать сомнения. — Откровенный разговор с Анеттой. — Что же делать?.. — Поиски Бернаром и Анеттой Денниса Харпера и Мартины. — Мартина привыкает к хорошим манерам. @BODY ТЕХТ+ = Вот уже третий день Анетта Финн жила в квартире Бернара Лафарга. Материальных затруднений Анетта не испытывала: у нее еще оставалось немного денег, полученных от Марты при последней встрече. Кроме всего прочего, жизнь у Бернара давала одно заметное преимущество — за квартиру не надо было платить. Откровенно говоря, девушка так и не могла сказать себе, на каких правах она тут обитает. На правах хорошей знакомой? Но, во всяком случае, не настолько хорошей, чтобы так вот запросто жить у малознакомого человека. На правах любовницы? Тоже маловероятно, ведь после той ночи она ни разу не была вместе с Бернаром. На правах невесты? Девушка и верила, и не верила словам Бернара Лафарга, сказанным при ней миссис Лафарг… То есть, она, конечно же, хотела в это верить, но прекрасно понимала, что это вряд ли возможно. «Скорее всего, Бернар тогда сказал своей матушке о нашей грядущей свадьбе лишь для того, чтобы как следует позлить ее, — решила она. — Во всяком случае, сам он, наверняка, уже позабыл о своих словах…»