Кэти Келли - Если женщина хочет...

21

Когда Хоуп с детьми приехала встречать Мэтта в аэропорт Фарранфор, там было яблоку упасть негде. Мэтт должен был прожить дома три недели, и Хоуп не представляла себе, как она их пере­живет. «Некоторые браки выдерживают даже настоящую измену, по сравнению с которой мое поведение просто пустяк», – утеша­ла она себя. И все же ей хотелось, чтобы эти три недели поскорее закончились и Мэтт благополучно вернулся в Бат.

Когда Мэтт появился в толпе туристов, обремененных огром­ными чемоданами, Милли и Тоби бросились к нему с криками: «Папа, папа!» Мэтт ухитрился подхватить их на руки и добраться до Хоуп, толкая тележку бедрами. Не выпуская детей, он накло­нился и поцеловал сгоравшую от стыда жену.

– Я скучал по тебе, – вздохнул Мэтт. – Очень.

– Я тоже, – ответила Хоуп, старательно изображая радость: в этом было ее единственное спасение. – Давайте посадим папу в машину. Там вы расскажете, чем занимались, пока его не бы­ло, – все так же радостно сказала она детям.

Уговаривать их не пришлось. Вскоре Тоби и Милли, стараясь перекричать друг друга, рассказывали о том, как вырезали кар­тинки из золотой фольги, как Милли лепила пирожки из грязи, а потом эта грязь оказалась даже на ее ночной рубашке.

– На ночной рубашке? – переспросил Мэтт. – Потрясающе! Как это тебе удалось?

Дети трещали, счастливый Мэтт слушал их, время от времени любовно поглаживал бедро Хоуп и улыбался ей. «В конце концов все наладится, – думала она. – Если только я сумею держать рот на замке».

Когда они добрались до Редлайона, Мэтт предложил отметить его приезд ленчем во «Вдове Мэгуайр».

– Заодно отдохнешь от готовки, – сказал он Хоуп. – Ты это заслужила.

Во «Вдове» было полно туристов, решивших воспользоваться благодатным началом мая, чтобы ознакомиться с достопримеча­тельностями Керри. Детям взяли сосиски с чипсами, а себе зака­зали рыбный пирог – фирменное блюдо, готовившееся только по пятницам. Пока Мэтт делал заказ у стойки, Хоуп следила за ним и ломала себе голову, что она нашла в Кристи Де Лейси. Да, Кристи был очарователен, как щенок чистых кровей, но Мэтт намного привлекательнее. Разве можно было сравнить страст­ные, но пустые глаза Кристи с добрыми, любящими глазами Мэт­та? Мэтт был благородным добрым львом, а Кристи – нервным самовлюбленным пуделем. Как она не замечала этого раньше?

– Посмотрите-ка, кого я привел! – с улыбкой сказал вернув­шийся Мэтт.

– Привет! – весело воскликнула Дельфина, обняла Хоуп и поцеловала в макушки довольных детей. – У Юджина выходной, а я взяла отгул. Мы пробездельничали и не успели ничего приго­товить. Можно сесть с вами?

За ней вперевалку шел Юджин, похожий на плюшевого миш­ку, добродушный и не слишком опрятный. Только что выглажен­ная рубашка через минуту выглядела на нем так, словно ее выну­ли из корзины с бельем, по которой пробежало стадо буйволов.

– Несите стулья! – сказал Мэтт.

За столом, рассчитанным на четверых, сразу стало тесно. Они болтали о том, что погода стоит прекрасная и что деревня набита битком. Даже в пансионе неприветливой миссис Иген нет ни од­ной свободной комнаты. Все соглашались, что это просто чудо.

Дельфина сказала, что отель тоже переполнен. Ей стоило не­малых трудов получить отгул.

– Они тебя совсем загнали, – нахмурился Юджин, не склон­ный к преувеличениям. – Она не брала отгулов с самого Рожде­ства, – объяснил он Мэтту и Хоуп. – Этот их управляющий вы­жимает из служащих все соки.

При упоминании о Кристи Хоуп вздрогнула, а Дельфина груст­но улыбнулась.

– Не преувеличивай, – сказала она. – Наш мистер Нарцисс Де Лейси не такой уж деспот. Кроме того, я не собираюсь рабо­тать там всю жизнь. Хочу открыть собственный салон красоты.

– Серьезно? – воскликнула Хоуп, жаждавшая поскорее сме­нить тему.

– Да, но до тех пор ты протянешь ноги, – проворчал Юд­жин. – Мне не нравится этот человек, – добавил он. – Это на­стоящая акула, глотающая людей.

Дельфина засмеялась и любовно потрепала его по руке.

– Забавно… Все мужчины, которых я знаю, терпеть не могут Кристи, а вот все женщины от него без ума. Уна из бухгалтерии на него просто молится, и даже Мэри-Кейт злится, что ни разу его не видела.

– Хоуп, а ты с ним знакома? – спросил Мэтт.

– Да, – еле слышно сказала она.

– И что ты о нем думаешь?

– Он всегда очень внимателен к ней, – лукаво усмехнулась Дельфина. – По-моему, он в нее влюбился!

Хоуп окаменела, а Дельфина и Мэтт расхохотались.

– Да как он смеет?! – шутливо нахмурился Мэтт. – Может быть, вызвать его на дуэль?

Когда принесли еду, Хоуп обрадовалась. Ей не хотелось отве­чать на вопрос о том, как близко она знает Кристи Де Лейси, и слышать разговоры о его роковом действии на замужних жен­щин. Почему никто не сказал ей это до того, как она устроилась на работу в отель?

Во время ленча Юджин и Мэтт заговорили о футболе, а Дель­фина стала жаловаться Хоуп на свою мать. Оказалось, что они с Юджином все еще набираются смелости, чтобы объявить о своих матримониальных планах.

– Это ужасно, – посочувствовала ей Хоуп. – Я знаю, что твоя мама очень религиозна, но, по-моему, то, что она делает, это со­всем не по-христиански.

– Когда любишь кого-то, то можешь справиться со всем на свете, правда? – спросил Мэтт, сжав руку жены. – Любовь всег­да добьется своего.

Чувствуя себя последней лицемеркой, Хоуп ответила на пожа­тие и едва не расплакалась. Дрянь, какая она дрянь! Хоуп ненави­дела себя. Она не заслуживала такого мужа.

Вскоре к их столику подошла сама веселая вдова Белла Мэгуайр, благоухающая «Шанелью № 5» и звенящая золотыми брас­летами на худых загорелых руках. Умело накрашенная яркая блондинка поздоровалась со всеми и обольстительно улыбнулась Мэтту, с которым еще не была знакома.

– Надеюсь, у вас уже есть билеты на мой благотворительный вечер, – сказала она. – Вечер проводится в пользу собак-пово­дырей для слепых каждый год. Я всегда говорю: чем больше на­роду, тем веселее. Будет буфет и несколько рок-групп.

– Мы придем, – сказала ей Дельфина. – А вы, Хоуп?

– Э-э… да, конечно, – ответила Хоуп.

– Отлично. Тогда я куплю билеты.

– Юджин – очень симпатичный парень, – сказал Мэтт, са­жая Милли в детское кресло. – Но слегка пуританин. Наверно, боится, что этот Де Лейси начнет подбивать клинья под Дельфи­ну, – добавил он.

Оказавшись в коттедже «Кроншнеп», Мэтт начал восхищаться тем, как выросли куры, сколько яиц они теперь несут (три-четы­ре от шести птиц почти ежедневно) и сколько труда положила Хоуп на расчистку зарослей перед домом.

– Пустяки, – пробормотала Хоуп, хотя три дня работала не разгибая спины.