Темный покровитель - М. Джеймс

Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она любит красивые вещи — роскошные вещи. Я знаю, что ей нравятся украшения. Несмотря на наши разногласия, она не раз надевала комплект, который я подарил ей на наш вечерний выход. По дороге на работу я уже дважды проходил мимо небольшого ювелирного магазина и, уходя, заглядываю туда, чтобы взглянуть.

Когда я вхожу, звякает колокольчик, и я чувствую запах часового масла и какого-то ароматизатора, а также воска для пола. Когда я вхожу, мои туфли щелкают по сверкающему паркетному полу, и я сразу же вижу, как из задней комнаты выходит женщина средних лет с черными волосами, собранными в высокий пучок, и приветливой улыбкой на ее лице.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — Она подходит к стеклянному прилавку. — У нас есть всевозможные украшения. Вы ищете что-то конкретное?

— Просто осматриваюсь. Думаю, я пойму, что мне нужно, когда увижу это. — Я приятно улыбаюсь ей в ответ, и она кивает.

— Позовите меня, если захотите посмотреть на что-то поближе. Я буду сзади.

Здесь есть несколько витрин с обручальными кольцами и свадебными наборами, что неудивительно, поскольку я представляю, как много людей прилетают сюда, чтобы сделать предложение или выйти замуж. Мне приходит в голову, что у Джии нет обручального кольца, но мне кажется, что это нечестно, покупать его для нее, учитывая, что я не спрашивал, и теперь у нее нет выхода. Я также не знаю, чего бы она хотела, и если выбрать что-то, что ей не понравится, то эффект будет противоположным тому, к чему я стремлюсь.

Я просматриваю ассортимент ожерелий, а затем смотрю чуть ниже, на витрину с браслетами на пластиковых запястьях манекенов. Большинство из них с бриллиантами, несколько бирюзовых, но один привлекает мое внимание.

— Можно посмотреть поближе? — Спрашиваю я, и женщина тут же появляется и устремляется к витрине, где я стою.

— Конечно. — Она отпирает стеклянный ящик, достает браслет, на который я указываю, и кладет его на бархатную подушечку. — Вот, пожалуйста.

Он прекрасен. Нежный и женственный, в стиле теннисного браслета, состоящего из розовых гранатов и мелкого жемчуга, перемежающихся между собой. Я легко могу представить его на изящном запястье Джии, и у меня есть ощущение, что он ей понравится.

— Я возьму его, — решительно говорю я женщине, протягивая кредитную карту.

— Конечно. У нас есть подходящие серьги. — Она несет браслет к кассе, а затем, заглянув в другой футляр, достает серьги, чтобы показать мне. Это изящные цветы, лепестки которых состоят из одинаковых розовых гранатов, а в центре каждого — жемчужина. — Уверена, они понравятся вашей жене. Или кому бы то ни было, для кого вы их покупаете. — Она лукаво улыбается, и я поднимаю бровь.

— Я возьму и их. — Я игнорирую замечание и протягиваю ей свою карточку. Я уверен, что здесь полно мужчин, которые приводят сюда любовниц, но это не мой стиль, и это также не дело этой женщины.

Вообще-то я не могу припомнить, чтобы я когда-нибудь покупал женщине подарок, если не считать тех первых подарков, которые я купил Джии. Пока я жду, пока женщина завернет их, я надеюсь, что они понравятся Джии. Я благодарю ее, когда она вручает подарки, кладу маленькие коробочки в карман и смотрю на телефон, чтобы узнать, где она. Я не хочу следить за ней, а хочу, чтобы, если что-то случится, у меня было больше шансов быстро добраться до нее, если она не потеряет свой телефон. Так я чувствую себя спокойнее, зная, что у меня есть хоть какой-то шанс узнать, где она и что она в безопасности, хотя я уверен, что Джиа, узнав об этом, могла бы иметь другое мнение.

Карта на моем телефоне показывает, что она находится в баре и ресторане примерно в миле отсюда, возможно, обедает. Я убираю телефон обратно в карман и ускоряю шаг, и обнаруживаю, что мне не терпится удивить ее во время обеда. Мысль о том, чтобы сесть с ней за импровизированный обед и вручить ей подарок, поднимает мне настроение и заставляет вновь задуматься о том, что, возможно, она была права. Может, у нас действительно есть шанс, если мы постараемся. Даже если мы пока не можем прийти к согласию по поводу физических аспектов наших отношений, может быть, между нами возможна дружба. Со временем, осторожно развивая эту дружбу, возможно, между нами даже возникнут партнерские отношения.

Впервые с тех пор, как я прервал ее свадьбу, я ощущаю надежду на будущее, а не просто смирение. Нам с Джией предстоит решить огромное количество вопросов, но я считаю, что, возможно, мы сможем решать их по очереди. Если она и дальше будет чувствовать себя так же, как вчера вечером, когда она была готова поговорить со мной, а не ругаться, мне кажется, что это возможно.

Я поворачиваю за угол к ресторану, предвкушая встречу с ней. И тут я вижу ее и останавливаюсь на месте.

Джиа — моя жена — сидит за барной стойкой. Само по себе это не вызвало бы тревоги, если бы не тот факт, что бармен, симпатичный молодой блондин, наклонился к ней. Его рука лежит на ее руке, большой палец касается нежной внутренней кожи запястья. И я чувствую всплеск гнева, такого острого и первобытного, что он не идет ни в какое сравнение с тем, что я когда-либо чувствовал раньше.

Я никогда не был слишком жестоким человеком. В молодости я время от времени наслаждался своими обязанностями по охране правопорядка чуть больше, чем следовало бы. Мне нравилось ощущать себя крутым, уничтожать Братву, обеспечивать защиту территории мафии. Но я быстро вырос из этого и никогда не испытывал ничего похожего на то, что чувствую сейчас.

Я хочу вырвать его руку и переломать ему все кости. Я хочу переломать ему пальцы, пока он будет умолять о пощаде, о том, что посмел прикоснуться к ней. А потом…

Медленно я подхожу ближе, желая услышать разговор. И от того, что я подслушал, моя кровь закипает еще жарче.

— Я не видел тебя на уроке серфинга сегодня утром. — Рука бармена не убирается с ее руки, и Джиа не отстраняется. — Я ведь не спугнул тебя, правда? Может, я вчера немного переборщил, но…

— Это сложно. — Голос Джии мягкий, почти с придыханием. В нем нет привычного мне острого гнева, резкости. Ее широко раскрытые глаза смотрят на него с выражением, от которого меня пробирает до костей.

— Я понял. — Его рука скользит вниз, обхватывая ее пальцы,