Сердцеед для блондинки - Илона Шикова

Вот прямо сейчас, пока я еще нежусь в кровати, потягиваюсь и не хочу вставать. Пока мой мозг еще окончательно не проснулся и готов принять любую правду, даже если она мне не понравится. Но где-то в сердце эхом отдается: «Не переживай, птичка, тебе понравится».

– Намек понял, – Захар расплывается в улыбке, всем своим видом показывая, какое у него замечательное настроение с утра.

Еще бы, он же вчера не пил, в отличие от меня, хотя его довольная физиономия не раздражает, а наоборот, придает сил и желания все выяснить раз и навсегда. Мне почему-то кажется, что именно сейчас он не соврет.

– Если честно, я сама с трудом понимаю, на что намекаю, – прищуриваю глаз, продолжая играть в гляделки с парнем. Мне нравится пробуждение рядом с ним. Может, понаглеть и потребовать кофе в постель?

– Ну, как же, – Захар приподнимает бровь, – каждую ночь сексуальный марафон, чтобы утром ты не думала от меня сбегать.

– Маньяк! – фыркаю, пытаюсь оторвать голову от подушки, однако мой спутник давит одной рукой мне на плечо, заставляя снова принять горизонтальное положение.

– Кто бы говорил! – кривится и улыбается одновременно, чем вызывает у меня негромкий смешок. – Накинулась на меня вчера, чуть не изна…

– Еще скажи, что тебе не понравилось, – наглым образом перебиваю парня, чтобы не вогнал меня в краску окончательно намеками с явным эротическим подтекстом.

Если честно, сама поражаюсь своему остроумию и смелости вкупе с любопытством. Это точно влияние Захара, не иначе – лежу голая в чужой кровати с больной головой и радуюсь, что провоцирую парня на откровения и на проявление своих чувств.

Это точно я, или меня подменили за ночь? Тогда уже и на вчерашний вечер тоже, потому что от воспоминаний все-таки начинаю краснеть.

– Понравилось, конечно, – довольно спокойно и с очень серьезным выражением лица произносит Захар и снова давит мне на плечо, когда я пытаюсь встать во второй раз. – Не очень, – произносит негромко, наклоняя голову к моему лицу, а я замираю и от искрящихся синих глаз, и от появляющейся хрипотцы в голосе. – До конца не распробовал, поэтому не очень. Еще хочу! – поясняет мой спутник, а до меня только сейчас доходит смысл его слов.

– Ах, ты, аферюга! – легонько бью его в плечо, а он переворачивается на спину и начинает громко смеяться. – Не распробовал он, видите ли, – резко вскакиваю с кровати и перекидываю ноги через край. – Я старалась, соблазняла, как могла, а он…

Замедляю конец фразы, так и не закончив своей мысли, потому что натыкаюсь взглядом на прикроватную тумбочку. Точнее, на поднос, стоящий на ней – чашка кофе, эклеры и небольшая розовая розочка в стакане с водой.

– По соблазнению пятерочка, причем твердая, – слышу за спиной довольный голос Захара, – а вот со остальным будем тренироваться. Плохо ты старалась, птичка!

– Это мне? – поворачиваю голову к нему, никак не комментируя его пламенную речь.

– Ты видишь здесь еще кого-то? – он облокачивается на руку и приподнимает бровь вверх.

– Спасибо, – наверное, я опять краснею, потому что слова застревают где-то в горле, а эмоции берут верх над всеми мыслями.

– Не за что, – спокойно отвечает Захар, продолжая меня сканировать.

Голова начинает кружиться от переизбытка чувств – надо же, какой он у меня заботливый. Раньше, помнится, ни разу не приносил кофе в постель, а сейчас вот решился сделать девушке приятное. И от этих мыслей настроение поднимается до максимального предела, а на лице расплывается довольная улыбка.

Надо срочно в душ, чтобы привести себя в порядок и не щеголять перед Захаром, в чем мать родила. А то еще и вправду решит, что я его снова соблазняю.

Хватит с меня вчерашней смелости, сегодня могу и не решиться на повтор.

– Отвернись! – командую, встаю с кровати и направляюсь к выходу, чувствуя спиной прожигающий взгляд.

– Чего ради? – прилетает довольно громкое, когда я уже переступаю порог комнаты.

– Потому что я стесняюсь, – не поворачивая головы, кричу в ответ и слышу за спиной заливистый смех парня.

– Птичка, ты меня когда-нибудь точно в ступор загонишь, – Захар никак не может успокоиться, продолжая громко смеяться. – Кстати, розовая зубная щетка – твоя!

Останавливаюсь прямо перед дверью в ванную и усмехаюсь – Господи, что за предрассудки! Почему, как девочка, так сразу или розовая, или красная? А может мне зеленый цвет нравится или, к примеру, фиолетовый? Но главное же не цвет зубной щетки, а забота парня, поэтому с хорошим настроением открываю дверь и захожу в ванную.

Контрастный душ и небольшая разминка делают свое дело: я чувствую прилив энергии, неиссякаемые силы для дальнейших свершений и море позитива.

Захар не знает, как действует на меня алкоголь – я быстро пьянею, потом так же скоренько прихожу в себя, а утром у меня неиссякаемые жизненные силы, несмотря на небольшую головную боль. К тому же после чашки крепкого кофе и голова перестанет болеть, а энергии прибавится. Но только до обеда – после часа дня меня потянет в сон, и я могу проспать до позднего вечера, поэтому всегда стараюсь не злоупотреблять алкоголем, чтобы следующий день не пропал даром.

Мы больше не возвращаемся с Захаром к обсуждению сегодняшней ночи – мне немного не по себе от вчерашней смелости, а парень не настаивает, видя, как я иногда теряюсь от его слишком откровенных намеков.

– Кстати, надо Карине позвонить, а то ж я никак домой не попаду без ключей, – дельная мысль внезапно приходит в мою многострадальную голову, когда я допиваю свой кофе вместе с эклерами.

– Зачем звонить? – Захар лежит на спине, закинув руку за голову.

– К сожалению, – я развожу руками в разные стороны, что выглядит немного комично в мужском халате на несколько размеров больше, – по балконам лазить я не умею.

– Оставайся у меня, – его голос тверд, даже немного резок, а наши взгляды в очередной раз за сегодняшнее утро встречаются.

– Мне кажется, мы торопимся, – тяжело вздыхаю, не зная, как правильно объяснить свои мысли.

– А по-моему, мы опаздываем, – все также серьезно произносит парень, глядя прямо в глаза. – Года так на четыре.

И что ему сказать в ответ? Что я тоже очень этого хочу, но все еще остерегаюсь повторения ошибок прошлого? Между нами социальная пропасть, но в то же время одним лишь нам понятная близость? Эта мысль не дает покоя все это время – неужели у нас снова не получится?

– Захар, – я первая прерываю молчание, однако парень не дает больше сказать ни слова.

– Закрой глаза, – не отводит пристальный взгляд, и я, как обычно, подчиняюсь. Слышу звук открываемого ящика, какой-то