Ширл Хенке - Беспутный и желанный (Клятва верности)

Деду явно хотелось выпроводить из дома дочь, остаться наедине с внуком и разделить с ним его забавы.

Селия из окна увидела, как экипаж Ребекки остановился у подъезда. Опустив занавеску, она с тревогой обернулась к Рори.

– Я не уверена, что правильно поступаю.

Он в ответ подарил ей обаятельную ирландскую улыбку.

– Как молоды мы были когда-то… – чуть ли не пропел он. – Вы сделали, может быть, самый правильный поступок в жизни.

– Мы уже не так молоды, – сурово сказала Селия. – И ошибки обходятся нам все дороже.

С этими словами она покинула гостиную. На нее ирландские улыбки Рори не действовали. Заимев богатого мужа, Селия обрела доступное ее воображению прочное семейное счастье.

Ребекка потянула за дверной колокольчик, и служанка тотчас же ей открыла, будто уже ожидала гостью у самой двери. Впустив Ребекку, она присела в реверансе.

– Доброе утро, мадам. Пожалуйста пройдите в гостиную.

Пробормотав эту фразу, девушка словно бы испарилась. Ребекка немного опоздала, и ей показалась странной тишина, царившая в доме. Не слышно было женских голосов и звякания чайной посуды. Вероятно, гости не явились вовремя и чаепитие не началось.

Ребекка шагнула в гостиную, стягивая с рук перчатки.

– Селия! Где ты? – позвала она.

– Селии здесь нет.

Ребекка уронила перчатку, увидев Рори, который возник словно из пустоты и преградил ей отступление в прихожую. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы оправиться от потрясения.

«Что будет, если Амос узнает?»

– Что ты делаешь в доме Селии? Зачем ты здесь?

– На все твои вопросы один ответ очевиден. Ради встречи с тобой я воспользовался ее помощью… как в прошлые времена.

Он загораживал ей выход и пугал ее, словно хищный зверь, встретившийся одинокой женщине в безлюдных Скалистых горах. «Черт побери Селию с ее романтическими идеями! Надо бежать отсюда. Но как?»

– Я хочу уйти, Рори. Нам не о чем говорить.

Ребекка попыталась обойти его, но его вопрос буквально пригвоздил ее к месту.

– Почему бы нам не поговорить о Майкле? – Его тон был обманчиво ласков.

Она видела, что дьявольский ирландский темперамент светится в его глазах, будто угли в разгорающемся очаге. Еще немного, и он вспыхнет и станет неуправляемым. Сейчас Рори для нее был страшнее, чем Амос во время его гневных вспышек. Она старалась найти подходящий ответ, но язык не повиновался ей. «Он все знает!» – билась в мозгу ужасная мысль.

Напряжение, возникшее между ними, было подобно вольтовой дуге. Вот-вот вспыхнет ослепительный электрический разряд. Рори приблизился к ней, и она заглянула в его голубые глаза, точно такие же, как у ее сына. Только у мальчика они искрились радостью, смехом и любовью к матери, а эти глаза были холодны как лед, а огонь в них не предвещал ничего хорошего.

– Да, Майкл мой сын. Не отрицай этого очевидного факта, Ребекка. Разве это не издевательство назвать нашего сына моим именем и растить его в логове злодея? Или тебе было мало того, что ты изменила мне и своим клятвам?

Ярость помогла ей преодолеть растерянность.

– Ты еще можешь обвинять меня, подлый изменник! Это ты жестоко издевался надо мной!

– Ты позволила негодяю Амосу воспитывать моего сына! – Рори словно бы не обращал внимания на ее слова.

– А что мне оставалось? Ты подвел меня на край пропасти… Все-таки Уэллс позволил Майклу носить его имя.

– Его имя? И наследовать его состояние… Ты сделала выбор. Я предложил тебе носить имя Мадигана, ничем не запятнанное. Ты же предпочла нажитое кровожадным вампиром богатство!

– Ложь! Все, что ты говоришь, – это мерзкая ложь. Я не хотела выходить замуж за Амоса.

– Однако ты оказалась с ним в одной постели! Тебя поманило его богатство. Но твои бриллианты так же холодны, как и твой муж. Не правда ли, дорогая?

Рори издевательски погладил, а потом ущипнул ее щеку. Она стремительным движением отбросила его руку.

– Ты ведешь себя не лучше Амоса.

Он взглянул на нее с презрением.

– Я уподобился ему… да, конечно, я сравнялся с ним по богатству и кое-что усвоил из его манер. Но я еще не душил женщин, не угодивших мне в постели…

– Не понимаю, о чем ты говоришь. И не знаю, в чем ты меня можешь обвинить. Мне было всего семнадцать лет, и я была беременна. Ты бросил меня ради… – Ребекка задохнулась. Подступавшие рыдания мешали ей говорить. – Ради ярких огней Денвера и соблазнов большого города…

– Ты же знала, что я скоро вернусь. Я был избит до полусмерти на поединке, а потом…

– Я тебя умоляла, просила не ехать туда… Я предчувствовала, что ты не вернешься.

– Значит, ты не верила в мою любовь к тебе, Ребекка. – Это был не вопрос, а утверждение печальной истины.

– Ты оставил меня одну…

– А тут явился Амос и посверкал перед твоим взором бриллиантовым колье…

Ни она, ни он уже не могли сдерживать кипящую в них обиду за прошлое.

– …Я думал, что никогда не прощу тебе то, что ты вышла замуж за убийцу моего брата, но теперь я понял, что на тебе лежит большая вина – ты отдала моего ребенка в руки Амосу. Скажи, он знает, что ребенок не от него?

Выражение ее лица, омертвевшего и бледного как мел, подтвердило его догадку.

– Какая же ты мать, если доверила сына такому ублюдку, как Амос?

Ребекка стиснула кулаки так, что ногти впились в нежную кожу ладоней.

– Как бы ни был плох Амос, он вырастил Майкла как своего сына и наследника не в пример истинному папаше, посвятившему свое время шлюхам.

Рори проглотил оскорбление. Взгляд Ребекки был невинен. За ней была правда, недоступная сейчас, в эти минуты, его пониманию. Поэтому он смирился.

– Я устроил это наше свидание, чтобы предупредить тебя. От Амоса исходит опасность. Он маньяк. Ты можешь погибнуть от его рук… Я хочу, чтобы ты ушла от него. Я предлагаю свое покровительство вам обоим – тебе и Майклу.

– Тебе нужен мой сын! – вскричала Ребекка. Ее глаза побелели от бешенства. – Ты хочешь отнять моего мальчика! Все остальное – это пустые слова.

– Ты сошла с ума! Прежде всего я забочусь о тебе. Амос опасен.

– Он не осмелится тронуть Майкла. Я уже говорила тебе… Майкл его единственный наследник.

Ребекке и самой казалось, что произносимые ею слова противоречили здравому смыслу, но она не доверяла Мадигану так же, как и Амосу Уэллсу. Рори выглядел еще более опасным, чем Амос, характер которого она хотя бы изучила на протяжении многих совместно прожитых лет.

– Майкла воспитывали чужие женщины, пока ты проводила время в Вашингтоне со своим блистательным супругом. Не потому ли он прятал моего сына от глаз знакомых, что слишком уж разительно его сходство со мной?