T Novan - Под прицелом ...

- Ты пойдешь бегать?

Я поглаживаю ее шею кончиками пальцев.

- Думаю, нет. Я хочу спуститься на кухню и приготовить нам завтрак до того, как вернутся родители.

Она тихо стонет и краснеет. Я вижу, как краска смущения начинает заливать все ее тело. Черт, это так мило.

- Теперь мне придется смотреть в глаза твоей маме.

Я целую ее в плечо.

- Солнышко, все будет хорошо. Но конечно же нам не стоит рассказывать всем направо и налево, чем мы занимались прошлой ночью, - я и не знала, что она уже жалеет об этом.

Келс переворачивается в моих объятиях и внимательно смотрит на меня.

- А как ты объяснишь вот это? – она нежно притрагивается к засосу, который оставила на мне прошлой ночью.

- Может быть, меня покусали постельные клопы.

Она смеется над моей шуткой, которую не ожидала услышать.

- Не думаю, что она поведется на это.

- Неужели все было так плохо, Келс? – спрашиваю раньше, чем успеваю прикусить язык.

Боже, я не хочу повторного фиаско, как в Омахе.

- Что было так плохо? – переспрашивает она и до нее доходит смысл моего вопроса. – Нет, Харпер. Совсем нет, - она целует мой подбородок и прижимается ко мне. – Прошлая ночь была чудесной. Ты была чудесной. Все было просто замечательно.

- Правда?

- Правда. На самом деле, ну его к черту, этот завтрак. Мы всегда успеем перекусить в самолете. Но некоторые вещи будет сложно проделать в воздухе.

Ее руки накрывают мою грудь, и я издаю еле слышный стон.

- Милая, ты когда-нибудь слышала о «Клубе любителей секса на высоте»?

Келси невинно моргает.

- Это когда пролетаешь над Денвером?

Боже, я просто обожаю просыпаться в одной постели с этой женщиной!

- Э, нет. Но я помогу тебе заполнить заявку на членство попозже.

Мы неловко топчемся возле арендованной машины. Келси и я прилагаем все усилия, чтобы не касаться друг друга, что невероятно сложно. Все чего я хочу сейчас – это прикоснуться к ней, держать ее в руках, гладить ее.

Харпер, пора заканчивать с этими фантазиями! Или ты никогда не сядешь на самолет. Чтобы лететь над Денвером. Келс, а у тебя ведь есть чувство юмора, кто бы знал.

Папа замечает мой мечтательный взгляд и подмигивает.

Нам уже пора. Я почти ничего не понимаю из того, что нам говорит мама на прощанье.

- Позвоните нам, когда вернетесь в Лос-Анджелес, чтобы мы не волновались о вас.

Келси умудряется ответить ей, так как я кажется потеряла дар речи.

- Мы обязательно позвоним, Сесиль.

- Девочка моя, зови меня мамой, - мама крепко обнимает Келси и целует ее в обе щеки. – И приезжай к нам поскорее. Хотя бы на Рождество, если не раньше.

Я не слышу ответа Келси из-за того, что ко мне подошел папа, чтобы сказать пару напутственных слов. Он проводит рукой по моим волосам, как всегда делал в детстве.

- Не будь слишком упрямой, Харпер Ли, - шепчет он мне. – И ничего не бойся. Я тебя учил не избегать никаких трудностей.

- Так точно, сэр.

- И спасибо, что приехала домой на День Благодарения, солнышко. Мы всегда счастливы, когда ты с нами.

- Я тоже, папа, - целую его в щеку и оборачиваюсь к маме.

Она широко распахивает руки и улыбается мне. Я обнимаю ее, ощущая себя маленькой девочкой, которая всегда находила защиту и успокоение в этих руках.

- Я люблю тебя, мое сердце. И очень горжусь тобой, - говорит она на французском.

- Я тоже люблю тебя, мама, - ощущение того, что мама гордится мной, дороже всего на свете.

- Береги ее. И уезжай уже, пока я не начала плакать.

- Да, мэм.

Я постараюсь хорошенько заботиться о Келси. Я тоже не хочу сейчас плакать, поэтому целую ее в щеки, затем взбираюсь в «Эксплорер» прежде чем мое сердце передумает, чтобы снова вернуться домой.

Сидя в кресле на борту самолета, мне нехорошо от одной только мысли, что такая чудесная поездка должна быть омрачена перелетом. Если бы можно было выбраться отсюда, я бы предпочла ехать высокоскоростным междугородным поездом.

Харпер сидит рядом со мной и меня удивляет, как она умеет так здорово справляться со всем этим. Я чувствую себя сардиной в банке, несмотря даже на наши места в первом классе. Хорошо еще, что мы не находимся в тесной кабинке пилота.

- Ты в порядке, Крошка Ру?

- Э … ну ты же знаешь про мое отношение к самолетам.

- Да, но на этот раз у меня есть с собой волшебное лекарство, - она подмигивает мне. – Расслабься и доверься мне.

- Без проблем, - я делаю попытку улыбнуться, но лишь вздрагиваю, заслышав, как закрывают дверь, и понимая, что теперь мне уже не выбраться из этой ловушки.

- Знаешь, - тихонько смеюсь, когда она обхватывает меня сзади, - это мне вряд ли поможет добраться до автоответчика.

- Ты, - она тянет меня назад, покрывая сзади поцелуями шею, - не должна сейчас проверять звонки.

- Но у меня там пришли какие-то сообщения, - проворачиваюсь в ее руках.

Ответом на это заявление является лишь глубокий и страстный поцелуй.

Там были какие-то сообщения?

Ну их к черту. Все равно мне не нравятся большинство из тех, кто оставляет их.

Ее руки еще крепче сжимаются вокруг меня и поцелуй продолжается. Мы начинаем терять равновесие и падаем на диван. Надо будет намекнуть ей покупать рубашки на застежках, а еще лучше на липучках, потому что эти пуговицы начинают выводить меня из себя.

- О, да, так приятно, - издаю стон. Она находит особо чувствительное место на моей шее. Не думаю, что кто-то добирался до него раньше.

Харпер вытаскивает мою рубашку из джинсов. Мне удается расстегнуть верхнюю пуговицу на ее рубашке, и я начинаю стаскивать с ее плеч. Боже, как же я обожаю эти красивые плечи!

- Келс … пожалуйста …, - шепчет она, расстегивая мои джинсы.

Я знаю, в чем состоит ее проблема. Она действительно проделала отличную работу, чтобы отвлечь меня во время полета (просто удивительно, что она может сделать, имея в наличии лишь одеяло, кубик льда и алкогольный коктейль), но сейчас она вся сгорает от желания и острой потребности в разрядке.

- Я могу чем-то помочь тебе, Таблоид?

- О да, - кивает она, помогая мне полностью снять с нее рубашку. Затем каким-то чудом ей удается скинуть с себя ботинки, и я слышу как они со стуком падают на пол. – Только не дразни меня.

- Тебе не нравится?

- Нет, - она снова целует меня. Это не медленный, а глубокий требовательный поцелуй.

Пока мои руки блуждают по ее торсу, ее губы издают стон. Она наконец снимает с меня рубашку и лифчик, и начинает гладить мою кожу. О, мне это очень нравится.