Бертрис Смолл - В объятиях ветра

– По-моему, уже готово, босс.

Скай подняла револьвер и щелкнула затвором почти в то же время, когда Арнольд переломил о колено палку, чтобы подбросить ее в огонь, Лоринг снял с головы шляпу и вытер пот, который выступил у него на лбу. В свете мерцающего пламени его волосы казались одного цвета с огнем. Арнольд приподнял клеймо, которым пользовался Расти Глассмен. Его она уже видела на спине у Мэтта, и теперь оно горело белым цветом в темной ночи.

Арнольд не спеша приблизился к Мэтту и, усмехнувшись, посмотрел на него. Сердце девушки начало бешено биться. У нее не было выбора. Она не могла взять их двоих. Уверенная в своем решении, она бесшумно поднялась на ноги. Она направила свой револьвер на Арнольда и, указав на Лоринга, скомандовала волку:

– Пайка, Эсуп. Пайка.

Мужчины услышали звук ее голоса и быстро обернулись. Арнольд потянулся за револьвером, и Скай спустила курок. Арнольд схватился за грудь и упал лицом вниз, рядом с костром. В тот же момент Эсуп прыгнул на Лоринга и навалился на него своим мощным телом. Лоринг бросил клеймо и инстинктивно попытался защитить лицо и горло от смертоносных клыков волка.

Скай дала Эсупу команду остановиться, но быть готовым напасть снова на Лоринга. Его клыки находились всего в паре дюймов от горла мужчины. Скай со всех ног бросилась вперед, вынув охотничий нож Арнольда, висящий у него на поясе, и перерезала веревки Мэтта.

Как только Мэтт смог подняться, он крепко обнял ее.

– Скай! Слава Богу, ты жива. – Мэтт зарылся лицом в ее длинные мягкие волосы; и прижал ее к себе. – Я так за тебя боялся. Я собирался вернуться за тобой. Я пытался. Прости, мне не удалось.

Она прильнула к нему, понимая, как прекрасно вновь оказаться в его объятиях.

– Я знала, что ты попытаешься. Я в этом и не сомневалась. Уэяч мертв, Мэтт. Балкин пытался спасти меня, и они убили друг друга.

Мэтт взглянул на Эсупа, все еще стоящего на своем боевом посту.

– Этот волк помог тебе. Но как он нас нашел?

– Не знаю, по всей видимости, он искал меня.

– Он действительно настоящий друг.

– Да, лучший.

– Убери волка, – осторожно произнес Лоринг, не отрывая взгляда от животного, которое рычало над его лицом.

– Боюсь, у меня не получится, – недружелюбно ответил Мэтт. – Он слушается только Скай.

– Тогда скажи ей, чтобы она его убрала. Мэтт взял у Скай револьвер и встал. Его сильно избили, и все его лицо было измазано кровью, а один глаз почти совсем не открывался.

Мэтт подошел на несколько шагов к Лорингу.

– Скай, Убери его.

– Венр, Эсуп. Венр.

Волк неохотно отошел от него и подошел к Скай, не спуская с Лоринга глаз. Он был готов наброситься на него при первых же признаках сопротивления.

– Вставай, Лоринг, – скомандовал Мэтт.

– Ах ты, сукин сын, Риордан.

– Вставай!

Лоринг смотрел, как Мэтт соединял вместе обрывки веревки длиной примерно три фута.

– Ты слышал, что Уэлч и Балкин мертвы? – спросил Мэтт. – Похоже, никто не придет тебе на помощь, Лоринг, – он повернулся к Скай. – Возьми лассо, которые привязаны к седлам Лоринга и Арнольда, хорошо? И прикажи Эсупу доставаться на месте.

Скай послушалась и почти тут же вернулась. Волк сидел рядом с Мэттом, глядя на Лоринга злыми, сверкающими глазами.

– Хочешь совершить надо мной правосудие, Риордан? Я владею Вайомингом, помни об этом.

– Твой отец тоже думал, что владеет Техасом, но, как оказалось, это совсем не так. Руки за спину.

Лоринг нехотя послушался, и Мэтт связал ему сзади руки небольшим куском веревки. Затем он прикрепил лассо на ветке большой сосны. Веревка была грубой и походила на петлю висельника. Лоринг наблюдал за Мэттом со все возрастающим страхом. Мэтт подошел к Скай и взял у нее револьвер.

– Что ты делаешь, Риордан? Каждый человек заслуживает правого суда.

Мэтт посмотрел на Лоринга, приподняв бровь.

– Будь ты проклят, Лоринг. Я не верю, что правый суд свершился в Техасе, когда вы обвинили меня в изнасиловании Элизабет. Я не верю, что правый суд свершился и здесь, в Вайоминге. Мне кажется, что во всем можно разобраться и без суда.

Лоринг стиснул зубы. Мэтт указал на лошадь Лоринга револьвером.

– Забирайся на лошадь. Я помогу тебе.

– Ты не сможешь повесить меня.

– Я сделаю это так же легко, как ты со своим отцом поставили мне клеймо и оставили умирать. Я это сделаю так же легко, как ты со своим отцом крали скот и убивали людей, ты уже, наверное, со счету сбился, скольких. Да, я сделаю это, и даже легче, чем ты думаешь. Потому что ты не единственный, с кем мне надо свести счеты. Мой палец так и спешит нажать на курок.

Лоринг послушался и через мгновение был уже на лошади. Мэтт подвел лошадь под петлю, набросил ее на шею Лоринга и затянул ее настолько, что Лоринг невольно заерзал в седле.

– Ну а теперь, Лоринг, – сказал Мэтт, вытаскивая из кармана небольшой черный блокнот, – у тебя есть шанс избежать наказания. Ты расскажешь мне все, что ты знаешь, и я отпущу тебя. Я отвезу тебя в город и приведу в суд. Я запишу твое признание, и ты под ним подпишешься. Я включу туда список всего скота, который ты украл, людей, которых ты убил, если ты сможешь всех их вспомнить, и составлю список всех твоих сообщников.

Верхняя губа Лоринга изогнулась в презрительной усмешке, когда Мэтт записывал его показания и перечитывал их. Затем он оторвал карандаш от бумаги и сказал:

– 0кей. А теперь назови имена тех, кто был замешан в игре, которую вели вы с Уэлчем, назови всех, даже мертвых.

– Это тебе не поможет, Риордан. И я могу заявить, что ты заставил меня сделать это. Закон будет на моей стороне, да и люди тоже.

Мэтт некоторое время размышлял над его словами. Наконец он закрыл блокнот и положил его обратно в карман.

– Ты знаешь, по-моему, ты абсолютно прав. Иногда необходимо, чтобы правосудие свершилось без суда и судьи. Так, как ты вершил его в Техасе, и так, как ты пытался сделать это здесь. Поэтому я просто оставлю тебя здесь, на лошади. Посмотрим, как долго она сможет простоять на одном месте, пока не устанет, не проголодается или не захочет пить.

Он взял Скай за руку, и они пошли прочь.

– Риордан, вернись, давай поговорим… Я думаю, мы сможем что-нибудь придумать. Может быть, сойдемся на чем-нибудь, на нескольких головах скота или на большом участке долины Долгой Луны для твоей индианки.

Мэтт развернулся.

– Ты говоришь о сделке? Лоринг кивнул.

– По правде говоря, я не очень люблю такие вещи. Я подумал, как неприятно будет узнать Элизабет, какой ты на самом деле. У тебя ведь никого нет, кроме нее, не так ли? Ты же знаешь, что, если ты сделаешь это, начнется крупный судебный процесс, и она наверняка приедет в Вайоминг, чтобы быть с тобой. И тогда се муж узнает всю правду, а это может так сильно расстроить его, что он разведется с ней и лишит се всего, даже детей не пожалеет. Тогда она возненавидит тебя, и ты действительно останешься один. Но если ты подпишешь признание, то все закончится быстро, и тогда, возможно, ей не придется выслушивать неприятные подробности. Ты даже сможешь сказать ей, что тебя ложно обвинили, и она, возможно, даже поверит тебе.