Пенни Винченци - Жестокий роман. Книга 1

Очень жаль!

— Да, очень.

— Затем я подумал о Джулии, но эта роль не по ней.

— Да. А Сюзанна Йорк? Я слышала, что она неплохо играет.

— Не знаю. Возможно, но боюсь, она не согласится…

— Тебе следует подумать о какой-нибудь малоизвестной актрисе, — сказала Аннунциата и одарила Пирса такой плотоядной улыбкой, что Хлоя вздрогнула.

— Милая моя, — ответил Пирс, — я бы с удовольствием это сделал, но не знаю, кого пригласить. Вот если бы ты была малоизвестной! К тому же я просто не могу позволить себе такой роскоши. Мне нужна актриса с именем. Иначе я не получу необходимую сумму.

— Ну ладно. — Аннунциата вскочила. От прежней любезности не осталось и следа. — Наслаждайся своим чаем, Пирс. Джеффри уже ждет меня. Пока.

Когда она ушла, Пирс смущенно взглянул на Хлою:

— Мне очень жаль, Хлоя, что вы присутствовали при этом неприятном для меня разговоре.

— Я не прислушивалась к нему, — солгала Хлоя, огорченная тем, что Пирс назвал Аннунциату милой.

— Она очень талантливая актриса, но с ней трудно иметь дело и чертовски тяжело работать. К сожалению, она не понимает этого. Из-за своего характера она редко получает хорошие роли.

— Неужели ей никто не говорил об этом? — удивилась Хлоя.

— Говорили не раз, но она неврастеничка, так что с этим ничего не поделаешь. У нее уже дважды была сильная передозировка наркотиков.

— Боже! — воскликнула Хлоя. — Кажется, среди актеров слишком много неврастеников.

— Боюсь, что да, — сказал Пирс, загадочно улыбаясь. — Наша работа связана с большими нервными перегрузками. Поэтому мне так приятно общаться с вами.

Вы начисто лишены подобного недостатка, — Не знаю. — Хлоя тоже улыбнулась. — Иногда я бываю слишком эмоциональной. Вы бы очень удивились, увидев меня в такие минуты.

— Конечно. — Пирс серьезно посмотрел на нее. — По-моему, вы — воплощение уравновешенности и постоянства. И к тому же храбрости, — добавил он.

— О, вы мне льстите, но, увы, это не так.

Пирс задумался, а потом попросил:

— Расскажите о себе. Вы честолюбивы? Может, мечтаете завести свое дело и руководить тысячами подчиненных? Или создать сеть отелей?

— О Господи, конечно же, нет, — возразила Хлоя. — Я совсем не честолюбива. Точнее сказать, у меня есть амбиции, но они иного рода.

— Какого же именно?

Хлоя опустила глаза, ибо всегда смущалась, рассказывая о своей мечте.

— Я хотела бы иметь большую и счастливую семью.

И больше ничего. Я надеюсь выйти замуж за человека, которого полюблю, и иметь от него много детей. Чтобы у нас был свой дом, а в нем царило веселье. Мои дети всегда будут чувствовать, что я рядом с ними и готова помочь им. Для меня это самое главное в жизни. — Хлоя умолкла и осторожно посмотрела на Пирса, опасаясь, что тот рассмеется. Увидев, что он серьезен, она добавила:

— Не сомневаюсь, что такая мечта кажется вам ничтожной и смертельно скучной. Для шестидесятых годов это слишком старомодно.

Пирс долго смотрел на Хлою, потом осторожно погладил ее по щеке, отводя прядь волос.

— Это прекрасная мечта, — сказал он. — И ничуть не скучная. Я думаю, мисс Хантертон, что вам лучше всего выйти замуж за меня.

Он, конечно же, шутит, подумала Хлоя, однако шутка ей понравилась. Хлоя молчала, не поднимала глаз и думала, что ему ответить. Она бы тоже пошутила, но это ей не удалось.

— Вы свободны завтра вечером? — неожиданно спросил Пирс. — Если да, то я очень хотел бы, чтобы вы поужинали со мной.

Хлоя смотрела на Пирса, чувствуя, что с ней происходит что-то странное. Ее охватили неописуемая радость и волнение. Откуда-то смутно доносились звуки мелодии «Однажды вечером». Хлоя всегда ненавидела эту песню, но сейчас она показалась ей очень приятной. Да и сам зал вдруг словно озарился, хотя раньше показался ей мрачноватым. В душе Хлои пробуждалось какое-то странное ощущение, и она хорошо знала, что это такое.

— Вы не должны этого делать, — сказала она наконец.

— Знаю, что не должен, — ответил он и ласково улыбнулся. — Но я хочу этого.

Как и предполагала Хлоя, Пирс повел ее в «Ритц».

Это был роскошный ресторан, в котором, как она полагала, Пирс бывал очень часто. Хлоя была на седьмом небе от счастья и только опасалась, что они встретят там много аннунциат.

Пирс предложил послать за ней машину, но Хлоя отказалась, сказав, что доберется сама. Когда она вошла, Пирс ждал ее в коктейль-барс. Он поцеловал Хлою в щеку и смотрел на нее так, словно видел впервые.

Хлоя была очень хороша в своем черном вечернем платье, которое облегало се, подчеркивая высокую грудь и тонкую талию. Ее волосы были стянуты в пучок на макушке, а отдельные пряди падали на плечи. Сегодня она первый раз воспользовалась накладными ресницами, а глаза подвела тушью, как Аннунциата.

— Сегодня вы выглядите немного старше, — сказал он, не отрывая от нее глаз.

— Да, — сказала она, гордо вскинув голову. — Я подумала, что рано или поздно должна наложить макияж Мне надоело выглядеть слишком юной. Мать всегда говорит, что я похожа на школьницу старших классов.

— Сейчас вы не похожи на школьницу, — заметал он. — А что будете пить?

— Нет, кет, — сказала Хлоя, — сейчас я не буду пить ничего, кроме минеральной воды со льдом и лимоном.

— Хорошо. — Пирс сделал знак официанту, чтобы тот принял заказ. Хлоя заметила, что он слишком часто посматривает на ее грудь. — Ну а теперь расскажите мне, чем вы занимались сегодня.

За разговором прошло несколько часов. Дважды к ним подходили какие-то люди и приветливо здоровались с Пирсом. Красивую блондинку он представил Хлое как своего агента. Вторым был молодой и на редкость красивый юноша, который как-то по-женски обнял Пирса и почему-то обратился к нему со словами «любовь моя». Это очень поразило Хлою. Пирс сказал ей, что это очень талантливый поэт-лирик, работающий над текстом его будущего мюзикла.

Интерес Пирса к се особе удивлял Хлою и вселял в нес уверенность в себе. К концу вечера она чувствовала себя свободно и раскованно, но говорила меньше, чем Пирс, который с упоением рассказывал ей о своей жизни, об отце и матери, о своих школьных годах, о службе в военно-воздушных силах.

— Когда война наконец закончилась, я попытался поступить в Королевскую академию театрального искусства, хотя чуть не умер от страха.

— И что же?

— Поступил. Все прошло нормально.

— Что значит нормально?

— Это значит, что я получил несколько престижных премий и роль в одном из спектаклей академии — Пирс улыбнулся и подмигнул ей. — Господи, это было так интересно! Именно в это время я повстречал Джунивер и вскоре женился на ней. Она была неплохой актрисой и замечательным человеком. Джунивер родилась и выросла в долине Уэльса и впитала в себя музыкальную культуру этого края. Мы были счастливы, но очень короткое время. А потом… Потом к ней пришел успех, кстати, намного раньше, чем ко мне. Получив роль Офелии в драматическом театре Бристоля, она слишком зазналась.