Джейми Макгуайр - Прекрасная катастрофа

— Могу я позаимствовать твой утюжок для волос? — спросила Америка.

— Мер, я в порядке. Иди на занятия.

— Ты не в порядке. Я не хочу оставлять тебя одну сейчас.

— Зато это все, чего я сейчас хочу.

Она открыла рот, чтобы начать спорить, но вздохнула. Я не изменю своего решения.

— Я вернусь после занятий, проверить как ты. Отдыхай.

Я кивнула, закрывая за ней дверь. Кровать подо мной заскрипела, когда я на нее упала в приступе гнева. Все это время я верила, что важна Тревису; что нужна ему. Но в тот момент, я чувствовала себя блестящей новой игрушкой, как сказал Паркер. Он хотел доказать, что я все еще была его. Его.

— Я ничья, — сказала я пустой комнате.

После того, как прозвучали это слова, мною овладела печаль, которая не покидала меня с предыдущей ночи. Я никому не принадлежала.

Никогда в жизни не чувствовала себя такой одинокой.

Финч поставил передо мной коричневую бутылку. Ни он, ни я не хотели праздновать, но меня, по крайней мере, успокоил тот факт, что Тревис, по словам Америки, любой ценой постарается избежать вечеринки влюбленных. Красная и розовая упаковочная бумага покрывала пустые пивные банки, падая с потолка; повсюду ходили девушки в разнообразных красных платьях. Столы были накрыты крошечными сердечками из фольги, и Финч закатил глаза от вида смешных украшений.

— День Святого Валентина в общаге. Романтика, — сказал он, глядя на проходящие мимо парочки.

С тех пор, как мы приехали, Шепли и Америка направились танцевать внизу, а Финч и я выражали свой протест, дуясь на кухне. Я быстро выпила содержимое бутылки, решительно настроенная размыть воспоминания о прошлой вечеринке влюбленных, на которой я была.

Финч открыл вторую бутылку и дал ее мне, зная, как я отчаянно хочу забыться.

— Я возьму еще, — сказал он, возвращаясь к холодильнику.

— Бочонок для гостей, а бутылки для Сиг Тау, — съехидничала девушка позади меня.

Я посмотрела вниз на красную чашку в ее руках.

— Или, может, твой парень тебе так сказал, потому что рассчитывал на простой перепих.

Она прищурилась и отошла от стойки с чашкой в руке.

— Кто это был? — спросил Финч, ставя еще четыре бутылки.

— Да какая-то сучка из общины, — сказала я, провожая ее взглядом.

К тому времени, как Шепли и Америка присоединились к нам, на столе уже стояло шесть пустых бутылок. У меня онемели зубы, и мне стало немного легче улыбаться. Я чувствовала себя более комфортно, опираясь на стойку. Тревис так и не объявился, и я могла мирно пережить оставшуюся часть вечеринки.

— Ребят, вы собираетесь танцевать, или как? — спросила Америка.

Я посмотрела на своего партнера.

— Потанцуешь со мной, Финч?

— А ты в состоянии танцевать? — спросил он, поднимая бровь.

— Есть только один способ это узнать, — я потащила его на танцпол.

Мы прыгали и тряслись, пока под платьем не стала появляться тонкая пелена пота. Только я подумала, что мои легкие взорвутся, как заиграла медленная песня. Финч, испытывая неудобство, начал оглядываться, смотря на формирующиеся парочки.

— Ты собираешься заставить меня танцевать под эту песню, не так ли? — спросил он.

— Сегодня день Святого Валентина, Финч. Представь, что я мальчик.

Он засмеялся, обнимая меня.

— Это сложно сделать, особенно когда на тебе короткое розовое платье.

— Не важно. Как будто бы ты никогда не видел парня в платье.

Финч вздрогнул.

— Твоя правда.

Я захихикала, положив голову на его плечо. Из-за алкоголя мое тело казалось тяжелым и вялым, когда я пыталась двигаться под медленный темп музыки.

— Не против, если я вмешаюсь, Финч?

Сзади нас стоял Тревис, наполовину веселый, наполовину готовый к моей реакции. На моем лице сразу же заполыхала кровь. Финч посмотрел на меня, потом на Тревиса.

— Конечно.

— Финч, — прошипела я, когда он начал уходить. Тревис прижал меня к себе, а я попыталась сохранить между нами как можно большее расстояние.

— Я думала, ты не собирался приходить.

— Не собирался, но я знал, что ты будешь здесь. Я должен был прийти.

Я осмотрела комнату, избегая его взгляда. Каждое движение, которое он делал, мне было до боли знакомо. Изменение давления пальцев в тех местах, где он дотрагивался, скольжение его ног рядом с моими, перемещение рук, легко касающихся моего платья. Мне было нелепо притворяться, что я ничего не замечаю. Его глаз уже зажил, синяк практически прошел, и на лице не было красных пятен, будто я выдумала их. Все признаки той страшной ночи исчезли, оставив лишь острые воспоминания.

Он следил за каждым моим движением, и когда песня почти закончилась, он вздохнул.

— Красиво выглядишь, Пташ.

— Не смей.

— Не смей что? Говорить, что ты красивая?

— Просто…не смей.

— Я не имел это в виду.

Я тяжко вздохнула от разочарования.

— Ну спасибо.

— Нет…ты красивая. Я про то, что сказал в комнате. Я не собираюсь врать. Мне понравилось, что я сорвал тебя со свидания с Паркером…

— Это не было свиданием, Тревис. Мы просто ели. Теперь он не будет со мной разговаривать, благодаря тебе.

— Я слышал. Мне жаль.

— Нет, не правда.

— Т… Ты права, — сказал он, заикнувшись, когда увидел мое раздражение. — Но я… это была не единственная причина, по которой я взял тебя на бой. Я хотел, чтобы ты была там со мной. Ты — мой талисман удачи.

— Я вовсе не твоя, — огрызнулась я, сердито посмотрев на него.

Он сдвинул брови и перестал танцевать.

— Ты мое все.

Я сжала губы, пытаясь показать свое раздражение, но невозможно злиться, когда он так смотрит на меня.

— Ты ведь, на самом деле, не ненавидишь меня… правда? — спросил он.

Я отвернулась, увеличивая между нами дистанцию.

— Иногда, я мечтаю о том, чтобы так и было. Это бы все чертовски облегчило.

Его губы расплылись в осторожной, едва заметной улыбке.

— Итак, что тебя раздражает во мне больше всего? То, что я сделал, чтобы ты меня возненавидела? Или понимание, что ты не можешь меня ненавидеть?

Гнев вернулся. Я оттолкнула его и помчалась вверх по лестнице, на кухню. Мои глаза начали блестеть от слез, но я обещала не становиться рыдающей нюней на вечеринке влюбленных. Возле стола стоял Финч, и я вздохнула с облегчением, когда он протянул мне еще одну бутылку пива.

Весь следующий час я наблюдала за Тревисом, как тот отсылал девчонок и накачивался шотами с виски в гостиной. Каждый раз, когда он ловил мой взгляд, я отводила глаза, решив провести этот вечер без разборок.

— Вы двое выглядите жалко, — сказал Шепли.