Мой капитан - Уитни Грация Уильямс

ждала их получения, чтобы рассказать всем. Я хотела сначала сама подержать их в руках.

И тут, когда я уже дрожала от нетерпения при мысли обо всех возможностях, которые открывались после издания книги, моя собственная газета, где я работала, вышла с огромным заголовком, разбившим все мои надежды:

Известный независимый автор Брук Кларксон выпускает новую книгу «Тайны „Клуба на высоте“».

Схватив газету, я впилась глазами в статью, надеясь, что это какая-то шутка, но все оказалось по-настоящему. Ее книга в точности напоминала мою, и прежде чем я успела позвонить своему агенту с вопросом, почему я ничего об этом не знаю, мой шеф в New York Times шлепнул мне на стол предварительный экземпляр книги Брук.

– Реймонд слег с гриппом и не успеет написать обзор, – сказал он. – Она выходит только через три месяца, но он уговорил издателя, и мы получили экземпляр. Можешь быстренько написать рецензию?

Вопрос звучал риторически. Шеф тут же вышел из комнаты.

Я целый час пялилась на книгу, прежде чем открыть ее в надежде на простое совпадение. Ну могут же быть на обложке массового издания те же фотографии самолетов?

Я начала читать, и волосы у меня на загривке поднялись дыбом.

Это была моя чертова книга. Моя чертова история.

Каждое слово моего романа было перевернуто и изменено, спрятано под более выспренним и жестким стилем. Но все равно – плагиат сиял из каждой буквы.

Я пролистала всю книгу, узнавая фразы и сюжетные повороты, которые лично, своей рукой писала несколько месяцев назад. Со слезами ярости, текущими по лицу, я заставила себя перечитать каждое слово статьи, чтобы проверить, может, автор хотя бы упомянула меня в благодарность за украденный труд. «У меня есть знакомый в авиакомпании, – писала она в середине статьи. – Я сумела пристроиться туда на пару месяцев в качестве стюардессы и вот теперь счастлива поделиться со своими читателями этой историей».

На вопрос, что вдохновило ее на такой замысел, она отвечала: «Ну, мне всегда хотелось писать о том, что было бы интересно прочесть самой. Как-то я летела в самолете и разговорилась со стюардессой. И мне захотелось оказаться на ее месте, узнать ее жизнь, я воспользовалась подходящим моментом и решила создать нечто такое, наполовину выдуманное, но отражающее реальности этого мира».

В конце интервью шли блиц-вопросы. Один оказался особенно характерным:

– Читали ли вы какие-нибудь книги о стюардессах, авиакомпаниях или пилотах, работая над своим романом?

– Абсолютно нет, – ответила она. – Я вообще никогда раньше не читала книг об авиации. Я сначала придумываю историю, а потом консультируюсь с экспертами по техническим деталям. И изо всех сил стараюсь никогда не читать чужих книг во время работы.

Ее ложь была болезненной для меня, но выделенные строки в конце статьи ударили еще больнее. «По всем вопросам и за дальнейшей информацией насчет „Тайны „Клуба на Высоте““ просим обращаться к агенту автора Кеннеди Б.»

Я никогда до того не знала, что такое разбитое сердце, никогда не чувствовала, как это бывает, когда сердце вырывается из груди и бьется отдельно от тебя. Я старалась не рыдать, но от попытки сдержать слезы они текли только сильнее.

Книга Брук не только вышла на три месяца раньше моей, но и стала бестселлером. И оставалась в списке бестселлеров много недель. Про нее написали все известные критики, и все издатели стали охотиться за «подобными историями». Но когда моя книга наконец увидела свет, она была жестоко отвергнута как «подделка», и в рецензиях писалось, что «ничего похожего на оригинал», и «для дебюта мисс Дж. могла бы придумать что-то получше, чем копировать предшественников».

После этого я не открыла ни одного конверта от издательства. Я только рассовывала их по всем углам квартиры в качестве напоминаний о своей изгаженной мечте. Я перестала отвечать на звонки и письма Кеннеди, хотя их и было немного, и как бы мне не приходилось трудно финансово, я вернула издательству двадцать пять тысяч аванса за продолжение.

Я была слишком оскорблена, чтобы написать им еще хоть что-то.

Но я написала свою первую настоящую колонку в New York Times: «Как это бывает, когда сволочь-автор бестселлеров ворует у начинающего писателя, а твой агент – Кеннеди Б. из литературного агентства „Бронсон и Е.“ помогает ему вышибить из тебя кишки». И я не старалась оставаться в рамках и подбирать слова. Я назвала все имена и даты и привела доказательства, что каждое слово в опубликованной книге представляло собой вариант из моей работы.

Поскольку у меня сложились отличные отношения с отделом логистики и никогда никаких сложностей не возникало, статья дошла уже до отдела печати, когда мою диверсию обнаружили. А когда на следующий день я пришла на работу, меня уволили. И внесли в черный список.

И стерли из памяти, как будто я никогда там не работала.

В тот же месяц, что я потеряла работу своей мечты в New York Times, пришло письмо от «Элитных перелетов»: я прошла последние проверки, но должно пройти время, прежде чем они отправят меня в Даллас для прохождения восьминедельной тренировочной сессии. И даже после нее я буду находиться в резервном составе бортпроводников, и это может продлиться от четырех месяцев до четырех лет.

У меня все еще была работа на полставки сотрудником гейта, и я хотела сохранить ее. И я вспомнила о том огромном доме, про который я как-то писала эксклюзивный репортаж. Это был очень красивый дом, полный миллионных квартир, и насколько я поняла во время работы над репортажем, им постоянно были нужны «инженеры домашней службы», которых нанимали каждую неделю.

В отчаянии я решила попробовать это как временную меру. И совершенно перестать писать, по крайней мере пока.

Выбора у меня не оставалось.

* * *

Мы встретились с Кеннеди в кафе на Пятой авеню. Я сразу увидела ее, как только вошла.

Прелестная восточная женщина с длинными черными волосами казалась такой же дружелюбной