Он меня достал. Она меня достала (СИ) - Блашкун Елена

Ника успела только подумать об этом, когда в двери осторожно постучали. Вместо ответа девушка подошла, и сама открыла их. На пороге стоял Громов и оценивающе смотрел на нее, будто стараясь понять, успокоилась ли девушка, или все-таки стоит зайти попозже. В этот момент Нике до ужаса захотелось просто обнять его и почувствовать, как тебя точно так же обнимают в ответ, что она немедленно и сделала.

— Прости меня, — негромко произнесла девушка. — Я не знаю, что на меня нашло. Точнее знаю, но я не должна была себя так вести. Ты не виноват ни в чем, а я…

— Не извиняйся — я прекрасно понимаю тебя. Я и сам был шокирован увиденным и тем, что за столько лет он не признался тебе.

— Дело не только в этом. Ты с самого начала все правильно сказал — Сережа не понесет наказания за свой поступок, потому что Суворов этого не позволит. Неважно какие улики будут против него и сколько свидетелей — деньги и связи решат все. Я не смогу сыграть против него, как бы не хотела. Что же касается тебя, то тут я даже и не подумаю просить помощи, хотя теперь точно знаю, что Алексей Николаевич явно недооценил тебя. Как бы там ни было, но я прекрасно понимаю, что Сережа — твой брат. Ставить тебя перед выбором я не могу, да и не имею права. Нет, ты не думай, я не собираюсь сдаваться. Но теперь я буду мыслить более реально и понимать, чем ограничены мои личные силы, и что я могу сделать для того, чтобы справедливость восторжествовала. — девушка подняла голову и посмотрела в глаза мужчины: — Алекс, ты так много сделал для меня, а я даже не поблагодарила тебя за это. Прости. Просто после твоего появления в моей жизни, события закрутились с такой скоростью, что я даже не успевала следить за ними, не говоря уже о том, чтобы что-то решать.

— Ника, ты, кажется, до сих пор не поняла одну простую вещь — ты — не случайный человек в моей жизни, и уж точно не очередная кукла в постели. Я хочу от тебя гораздо большего, потому что ты — моя любимая женщина. А, значит, я буду делать для тебя столько, сколько будет в моих силах, и решу все проблемы, которые смогу. Что же касается моего брата… Пока я не готов тебе однозначно ответить, потому что у меня тоже есть кое-какие мысли на этот счет. Могу обещать одно — если он возьмется за старое, то я не стану его жалеть.

Девушка положила голову ему на плече и грустно улыбнулась — так хотелось поверить в его слова, но она очень боялась того, что это снова окажется ложью. Последние недели показали, что она была слишком доверчивой и наивной, а ведь хотелось, как и прежде, быть для себя сильной, независимой и твердой.

Прошла всего одна ночь, а распределение сил на доске серьезно поменялось, и каждый почувствовал это на своей шкуре. С самого утра телефон Громова разрывался на части, а очередной звонок нес в себе только плохие новости.

Самыми серьезными стали разговоры со Святом и Мишей, которые никак не могли обойтись без Алекса.

Святослав набрал его около десяти утра, сообщив, что в их офис ворвались неизвестный, и, за считанные секунды повалили весь персонал на пол. Дальше с каждым из сотрудников провели серьезную беседу и объяснили, что новая компания — это только прикрытие для отмывания денег, рэкета и сетевых махинаций. Естественно, каждому из причастных к ее работе, грозит реальный срок. Да, в офис уже вызвали лучших адвокатов, но факт остается фактом — такой скандал им не удастся тихо замять и решить все без последствий. Часть существующих клиентов может просто отказаться от их услуг, а новые вряд ли станут даже смотреть в их сторону. Для молодой компании это равносильно банкротству, потому что своими силам им справиться вряд ли получиться — для возвращения репутации придется потратить немало средств и времени.

Звонок Миши обескуражил еще больше. Тот звонил, точно зная, что Ника находится с Алексом и требовал, чтобы девушка объяснила ему что происходит.

— Объясни, в чем дело, что случилось? — взволнованно спросила Майер, взяв трубку в руки. За всю жизнь ей приходилось всего несколько раз видеть зятя таким, и это стало серьезным поводом насторожиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ник, я не знаю, что ты сделала, но босс тебя ищет, и взялся за дело серьезно. Похоже, ты ему очень нужна, раз он попробовал выйти на тебя через меня. Но благодаря Алексу мы с Машкой надежно спрятаны.

— Откуда ты об этом знаешь? — удивилась блондинка, внимательно слушая слова мужчины.

— Да потому что, черт возьми, они стали искать меня у родителей! Только что мне звонила мама и со слезами просила рассказать, где ты прячешься!

— Что?!

— Ника, я понимаю, что это тупой трюк — вынудить тебя выйти к ним, используя нас, но объясни мне, хотя бы в чем дело. Я должен понимать, насколько риск оправдан!

Динамик работал слишком хорошо, и Алекс, сидевший рядом, слышал каждое слово. Чертыхнувшись, он забрал телефон и поинтересовался:

— Где живут твои родители? Расскажи мне о разговоре, и я постараюсь со всем разобраться. Я заварил эту кашу, так что мне и решать.

Мужчины быстро переговорили, после чего Алекс снова набрал Свята, на этот раз прося отправить по указанному адресу людей.

Как только телефон замолчал, послышался звонок в двери. К этому моменту Громов был готов уже взвыть, потому что голова буквально раскалывалась от избытка информации и необходимости решить в короткий срок множество серьезных проблем.

— Старый сукин сын решил вспомнить молодость? — Дмитрий Викторович ураганом ворвался в дом, сметая все на своем пути. — Он еще не понимает, с кем связался! На кой черт вообще все затеял? — Заметив Нику, он оценивающе посмотрел на нее и твердо произнес: — Ты, девочка, должна быть о-о-очень ценным человеком в его окружении, раз уж мой бывший тесть решил воспользоваться всеми своим связями.

— Не в Нике дело, и ты это прекрасно понимаешь, так что отстань от нее, — остудил пыл отца Алекс. — Он хочет найти меня.

— Зачем? Преподать урок?

— Может и так, но, думаю, дело в другом. Вчера ночью от его дуболомов сбежал Сережа, и дед уже понял, что я виделся с ним, а если и нет, то это только вопрос времени. Он хочет точно знать, что по крайней мере один из его внуков останется при нем. Как ты понимаешь, говорю я не о себе.

— Ты виделся с Сережей? А он какого черта у тебя забыл? — удивился Громов-старший.

— Меня, — с вызовом ответила Ника, присаживаясь на подлокотник дивана рядом с Алексом.

— А, так вот из-за чего весь сыр-бор начался… — рассмеялся мужчина. — Правду говорят — ищите женщину. Ну что ж, сынок, не могу не заметить иронии — его отец украл у меня мою женщину, ты же, как и полагается, достойно отомстил за нашу семью.

— Прости, но сейчас у меня не то настроение, чтобы оценить твои шуточки, — без тени улыбки произнес Алекс. — Он заходит слишком далеко и, как я подозреваю, просто хочет вынудить меня выдать себя и встретиться с ним.

— Но ты же не думаешь делать это?

— Как раз-таки думаю. Только вот пытаюсь понять, как вернуть себе преимущество и при этом не рисковать людьми. Мы с ним играем на разных плоскостях — если меня интересует только сфера бизнеса, то он готов рисковать и чужими жизнями. А же на такое не стану идти, сам понимаешь.

— Похоже, ему все же удалось тебя быстро достать. Рад, что ты, в отличие от многих, не потерял до сих пор голову и не кинулся к нему в ноги. Да, время не на нашей стороне, но встречаться со старым лисом без козыря в рукаве нельзя, тут ты прав.

— Есть идеи? — хмуро поинтересовался Алекс. — Учти, похищать Алису и держать ее в заложниках я не собираюсь.

Дмитрий Викторович усмехнулся, но пропустил последние слова сына мимо ушей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— В прошлый раз ты обыграл его на его же поле — договорился с клиентами без его помощи, почему бы и сейчас не использовать бизнес?

— Как? Боюсь, я могу только заблокировать счета «Эдема» да сбить его работу, и не более. Обо всем остальном я только слышал краем уха. Я даже не знаю, какие именно компании принадлежат деду — все записано на других людей, — Алекс устало прикрыл руками лицо. На плечи опустились нежные руки Ники, и от этого стало легче.