Бет Чиотта - Очарованная

Мерфи вскинул бровь.

— Значит, это не твой личный интерес? Боги остановился на пороге, опустив голову.

— Давай не будем об этом.

— Как скажешь. — Они с Софи составляли по меньшей мере интересную пару. Хотя оба в данный момент, как казалось Мерфи, бродили словно впотьмах. Скорее всего сейчас не самое лучшее время, чтобы влезать в тонкости их страстного увлечения.

— Не ошибешься, если предположишь, что Лулу приедет в аэропорт провожать сестру и близкого друга. — Боги сунул в рот пластинку жвачки и водрузил на нос темные очки. — Было бы неплохо, если б там присутствовал кто-то, кто мог бы облегчить боль расставания.

Мерфи улыбнулся.

— Ловко придумано. — Он остановил брата, обняв за плечи, и задержал в своих объятиях немного дольше, чем обычно. — Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь, брат.

Боги тоже коротко сжал его плечи, хлопнул по спине.

— Желаю тебе того же.

Глядя, как Боги садится в машину и отъезжает, Мерфи пообещал себе звонить ему по крайней мере раз в неделю. Хотя, думал он, затворничество вряд ли решит проблемы Боги. Но ведь каждый человек одолевает своих демонов по-своему.

Мерфи предстояло сразиться со своими, И проигрывать этот бой он не собирался. Мерфи взглянул на часы: 14.00. Отлично. Ему нужно кое-что купить.

Руди сунул руки в карманы брюк, чтобы скрыть нервную дрожь. Наблюдать, как Жан-Пьер оформляет багаж, оказалось тяжелее, чем он ожидал. Три дня он готовился к этой минуте. Три дня убеждал себя в том, что совершил бы чудовищную ошибку, если б, пойдя на поводу у собственных эгоистичных желаний, попросил Жан-Пьера остаться. Прежде чем строить взаимоотношения, нужно сначала поработать над собой. Руди хотелось, чтобы они раз и навсегда воссоединились с Жан-Пьером. Без сомнений. Без каких бы то ни было оговорок. Ему хотелось Рождества в Вермонте. «Постарайся увидеть это. Воплотись в это».

В то время как Жан-Пьер будет добиваться признания, Руди тоже придется хорошенько потрудиться. Остается только надеяться, что Люк или какой-нибудь другой мужчина не встанет у него на пути и не испортит все дело, пока он настраивается.

— Ты как?

Вопрос задала Афия, стоявшая справа от него. Находившийся по правую руку от Афии Джейк поверх ее головы бросил на Руди сердитый, предостерегающий взгляд.

— Хорошо, малыш. Просто волнуюсь за Жан-Пьера. Лос-Анджелес — большой город.

— Да, но у Жан-Пьера ведь там друг, верно? Руди подавил вспышку ревности.

— Верно.

— И Софи будет рядом. Она производит впечатление очень… самостоятельной. С ним все будет в порядке. — Афия пожала Руди руку. — Прекрасно, что ты с пониманием отнесся к такому повороту в его судьбе. Вдруг он получит «Оскара» за лучшие костюмы? Разве это не чудо? — Афия посмотрела на Джейка. — Если он и впрямь будет номинирован на «Оскар», мы вылетаем к нему немедленно. — Она прижала руку к животу. — Это путешествие на Западное побережье станет первым для нашего малыша.

Джейк накрыл ладонью руку жены и подмигнул ей:

— Ты просто ищешь повод посмотреть на меня в смокинге.

— Прошу тебя, — сказал Руди, благодарный за эту легкую, шутливую болтовню. — Если мне предстоит услышать эту историю о сексе в машине еще раз…

— Боже мой, Афия, — сделал ей выговор Джейк, поблескивая глазами. — Одно то, что он твой лучший друг, не значит, что ты все-все ему должна рассказывать.

— Ну я же не все ему рассказала. Только… кое-что. — Афия, вспыхнув, откинула назад волосы. — И вообще у нас с Руди нет друг от друга секретов.

Черт! Руди потрогал ворот своей синей рубашки, ослабил узел галстука.

— Вы не против, если я попрощаюсь с Жан-Пьером наедине?

Джейк с готовностью воспринял повод отвлечься. Он взял Афию за руку и потащил за собой к прилавку с мороженым.

— Пойдем, детка. Я умираю как хочу шоколадного мороженого «Роки роад».

Руди улыбнулся, видя растерянное выражение Афии, и снова почувствовал себя виноватым. Весь этот спектакль был устроен ради нее. А он как эгоист ухватился за предложенные Джейком «отношения на расстоянии», предпочтя их «отдыху друг от друга», о котором говорил Жан-Пьер.

Руди нервно выдохнул и приблизился к Жан-Пьеру, который стоял в очереди пассажиров, ожидавших прохода через рамку металлоискателя. В облегающих джинсах, рубашке в белую и черную полоску и блестящем пиджаке тот выглядел чертовски соблазнительно. Как шестой член Великолепной пятерки[19]. Он удачно вписался бы в общество геев Западного побережья. Руди попытался скрыть свою тревогу за вымученной улыбкой.

— Ну что, готов?

Жан-Пьер кивнул, закинул повыше на плечо сумку. В его глазах с длинными ресницами стояли слезы.

— Это нелегко.

У Руди перехватило горло.

— Если честно, то хуже некуда. — Только спустя минуту, преодолев неловкость и собравшись с духом, Руди спросил то, что безумно хотел знать все эти дни: — Ты сможешь когда-нибудь меня простить?

Жан-Пьер сжал его плечо. У него был взгляд человека, умудренного жизнью.

— Я простил тебя в тот момент, как только ты вошел в мою комнату и я увидел твои измученные глаза, заяц. Дело не в неверности. Главное — это доверие и уважение к чувствам другого.

Руди кивнул:

— Ты не доверяешь мне. Понимаю.

Жан-Пьер печально улыбнулся.

— Как это может быть, что ты, такой тонкий психолог, когда это касается других людей, не понимаешь, что происходит с тобой? Это тебе не хватает доверия. Поверь в меня, в нашу любовь. Ты даже не позвонил мне, чтобы дать знать, что ты не валяешься где-нибудь мертвый на дороге. Ты предпочел избежать прямого разговора. — Голос и взгляд Жан-Пьера смягчились. — Это тебе не хватает решимости, чтобы разобраться во всем, что так тебя страшит. Наверное, тебе не стоит искать ответы на свои вопросы в книгах, лучше слушай свое сердце.

Руди пристально посмотрел на Жан-Пьера. У него в горле стояли слова, которые он так давно хотел ему сказать, но он по-прежнему оказался не в силах их выговорить. Он проклял свою неуверенность, и на глазах у него выступили слезы.

— Если вдруг на тебя снизойдет озарение, ты знаешь, где меня искать. — Жан-Пьер бросил поверх его головы взгляд на Афию, улыбнулся ей, помахал рукой и расцеловал Руди в обе щеки, пожимая ему руку. — Прощай, заяц.

Глядя вслед проходящему через контроль к выходу на посадку Жан-Пьеру, Руди пережил тысячу смертей.

— Нет, не «прощай», — прошептал он. — А до новой встречи.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я отложила поездку? Лулу улыбнулась сестре:

— Уверена. — Зачем откладывать неизбежное? Она знала, что Софи все равно вырвется отсюда, это только вопрос времени. Сестра стремилась сделать карьеру и прославиться. А где искать успеха, как не в Голливуде? — Ты в любом случае уедешь в Лос-Анджелес, и мне спокойнее, когда Жан-Пьер с тобой рядом. Что, если друг сможет свести тебя с нужными людьми?