Елена Свиридова - Мой вечный странник

— Ты хочешь сказать, он и есть один из организаторов? — догадался Дмитрий. — Возможно, но он будет оставаться в тени, потому что в прошлом у него были серьезные проколы. Все это трудно доказать, но, судя по тому, что выяснили мои ребята, ему есть чего опасаться.

— А нам следует опасаться его, — сказал Джек.

— Послушай, мы приближаемся к развязке, — сказал Дмитрий Сергеевич Джеку. — Не думал даже, что она наступит так быстро.

— А ты не торопишь события, Митенька? — осторожно спросил Джек. — Мы еще многое не выяснили. Например, насчет киллера-дилетанта.

— Мы выяснили главное, а этот маньяк сейчас волнует меня меньше всего, — сказал Дмитрий. — Какой-нибудь псих типа убийцы Джона Леннона или Джанни Версаче… Не вижу смысла сейчас им заниматься.

— А мне кажется, что тут ты немного ошибаешься, — мягко сказал Джек.

— Почему? — удивился Дмитрий.

— Знаешь, у меня нет никаких серьезных доводов, кроме чисто интуитивного ощущения, что этот тип тоже скоро появится… Не хотелось бы, чтобы он успел что-нибудь еще натворить.

— Ладно, если ты так считаешь, то на всякий случай примем меры, — согласился с другом Дмитрий.

Когда Константин Астахов появился в вестибюле больницы, его окликнул санитар, дежуривший у входа.

— Вы к кому, молодой человек?

— К Ларисе Сосновской, — ответил он.

— Тогда вам придется подождать, — сказал дежурный, взявшись за телефонную трубку и набирая какой-то номер. — Простите, как ваша фамилия?

— А почему вы спрашиваете? Разве ее запрещено посещать? — возмутился Астахов.

— Нет, обычная формальность, — спокойно сказал санитар, пригладив рукой волнистые светлые волосы. — Каждый визит мы обязаны согласовывать с главврачом. Странно, что вы этого не знали.

— Забыл, наверное, — произнес Константин, небрежно сунув руку в карман. — Моя фамилия — Астахов.

— Заполните, пожалуйста, эту карточку, — дежурный протянул ему листок бумаги, — фамилия, имя, отчество, цель визита. Время мы проставим сами.

— У вас что, военный завод или тюрьма? — с иронией произнес Астахов, вынимая из кармана ручку и глядя на дежурного. — Я режиссер фильма, в котором снимается Сосновская, пришел по срочному делу… Неужели этого недостаточно?

— Вот так и напишите, — вежливо сказал дежурный. — Я же сказал вам, это простая формальность.

— Впервые в больнице сталкиваюсь с такой чудовищной бюрократией! — раздраженно проворчал Астахов и стал заполнять карточку дрожащей рукой. Потом протянул ее дежурному.

Тот бегло пробежал по ней глазами, снова взялся за трубку и сказал:

— Евгений Борисович, я могу пропустить Астахова в палату Сосновской? Да, заполнил…

— Скажи ему, Стас, чтобы сначала заглянул ко мне в кабинет, у больной, мол, было вчера ухудшение, поэтому ввели такие строгости, — ответил Джек. — Мы с Дмитрием Сергеевичем хотим с ним побеседовать, но этого ему, пожалуйста, не говори.

— Понял. — Стас положил трубку, поправил белый халат и снова обратился к Астахову: — Вам разрешили посещение, только сначала зайдите, пожалуйста, в десятый кабинет на втором этаже. Больной вчера стало хуже, поэтому вам необходимо перед встречей пройти дополнительный инструктаж у лечащего врача.

Астахов ничего не ответил и быстро направился вверх по лестнице. Через несколько секунд он уже бежал по коридору, приближаясь к палате Ларисы. Но вот прямо перед ним возник Джек и, преградив ему дорогу, произнес очень вежливо:

— Куда же вы так торопитесь, Константин Андреевич? Разве вас не предупредили внизу, чтобы вы зашли ко мне?

— Ах да… — пробормотал Астахов, снова опуская руку в карман. — Извините, задумался, все вылетело из головы…

Джек аккуратно взял его под руку, ту самую, которую он держал в кармане, и повел к себе в кабинет. Войдя туда, Астахов увидел за столом крупного незнакомого мужчину, а сразу за дверью молодого парня в белом халате.

— Присядьте, пожалуйста, Константин Андреевич, — все так же вежливо произнес Джек.

В голосе врача Константину послышалась скрытая ирония. Возможно, это была только его обостренная мнительность, но он тотчас вспылил:

— Да что тут у вас происходит?! Почему не пускаете меня к актрисе, с которой я работаю?

— Вы нарушаете правила, установленные в нашей больнице, просто не знаю, что с вами делать, — произнес Джек задумчиво.

Константин почувствовал что-то неладное, оглянулся и увидел, что парень в белом халате стоит прямо у него за спиной. Только этого еще не хватало! Он испуганно спросил:

— Что вам от меня надо?

— Не надо так волноваться, — заговорил вдруг здоровенный мужик, вставая из-за стола. — Просто мы хотим задать вам несколько вопросов.

— Это что, тоже простая формальность? — Астахов зло ухмыльнулся.

— Не совсем, — сказал все тот же здоровенный мужик, продолжая наступать на него. — Скажите, где вы были в момент покушения на Артема Сосновского?

— Вы не имеете права! — закричал Астахов, сжимая что-то в кармане. В тот же момент он почувствовал, как его крепко схватили за руку сзади. Он огрызнулся: — Я вам не псих! Вы что, собираетесь надеть на меня смирительную рубашку и отправить в отделение для буйных?

— Не думаю… — улыбнулся Джек.

— Так где же вы были? — повторил свой вопрос Дмитрий Сергеевич.

— Я… я был дома, — буркнул Астахов, пытаясь высвободить руку.

— У вас есть свидетели?

Астахов рванулся, и в этот момент стоявший сзади парень резко вывернул ему руку, спрятанную в кармане, и выхватил из нее пистолет.

В это время к зданию больницы подъехала черная «Волга» с тонированными стеклами, из нее вышел следователь Стручков и быстро направился ко входу.

— Евгений Борисович, Стручков появился, — сообщил по телефону Стас. — Что делать?

— Пропусти его, — ответил Джек. — Проводи в палату и ни на секунду не выпускай из виду.

— Понял, — ответил Стас.

Константин Астахов, обхватив руками голову, бормотал какие-то бессвязные слова и истерически рыдал. Наконец он поднял лицо, из его перекошенного рта вырвалась фраза:

— Вы… отправите меня в тюрьму?

— Этого мы еще не знаем, — спокойно ответил Дмитрий. — У нас срочное дело, а с вами мы продолжим разговор через некоторое время. Пока посидите здесь и подумайте. У вас ведь есть над чем подумать, верно?

Астахов ничего не ответил и снова закрыл руками лицо.

Лариса увидела, как дверь в палату приоткрылась, и в сопровождении Стаса, переодетого в санитара, появился следователь Стручков.

— Не буду мешать, — сказал Стас и сразу же вышел.