Виктория Клейтон Виктория Клейтон - Дом подруги

Сделав вид, что не заметила эту парочку, я погрузилась в разговор с хозяином дома, мистером Лидделлом. Вдруг я почувствовала рядом чье-то присутствие.

— Привет, Чарльз, — воскликнула я, повернувшись к озадаченному ректору спиной (каюсь, это было весьма невежливо с моей стороны).

Чарльз поцеловал меня в щеку — невероятная дерзость с его стороны, учитывая, что Сюзанна ни на минуту не спускала с него глаз. А ее глазки, острые, точно миниатюрные буравчики, вонзились в нас с такой силой, что я даже испугалась, как бы она не просверлила в нас дыру. В эту минуту она как раз разговаривала с Робертом на другом конце комнаты.

— Ты выглядишь просто очаровательно. — Ты на меня не сердишься? — невозмутимо спросил Чарльз.

— Я? Конечно, нет. А с чего я должна сердиться?

— Ну, хотя бы потому, что я не позвонил.

— Я не сержусь. Конечно, сначала я была слегка разочарована… но потом… потом благодарна тебе.

— О! Значит, ты все-таки рассердилась!

— Нет. По-настоящему — нет.

Кстати, это была чистая правда. Все эти недели я действительно почти не вспоминала о нем.

— У меня не было ни одной минуты свободной.

— Я так и поняла, — кивнула я, выразительно глянув на Сюзанну.

— Да, это Сюзанна. Помнишь, я тебе о ней рассказывал. В то утро, когда я вернулся от тебя в Майлкросс-парк, она свалилась мне как снег на голову. Я и знать не знал, что она в Англии.

— Детей она тоже привезла?

Удар попал в цель. До сих пор мне еще ни разу не доводилось видеть, чтобы Чарльз растерялся, и сейчас я откровенно наслаждалась. Лицо у него потемнело от злости.

— Откуда ты знаешь?

— Сюзанна позвонила мне сразу же, как только ты уехал.

— О господи! — Он провел ладонью по лицу, словно стряхивая невидимую паутину. Потом сморщился. — Эта женщина — точно пушечное ядро у меня на ноге! Добралась до меня даже в Англии!

— Не надо было крутить с ней роман, когда вернулся в Южную Африку. Так что сам виноват. Впрочем, это не мое дело.

— А я и не собирался! — задиристо бросил он. — Кто-то ей разболтал, что я вернулся, и она сразу примчалась. А потом… потом соблазнила меня. Честное слово, у меня не было ни единого шанса. Я просто не мог устоять!

Я рассмеялась:

— Скажи честно, Чарльз, а ты вообще можешь устоять перед какой-нибудь женщиной?

Он тоже засмеялся. На лице у него было написано облегчение. Видимо, Чарльз не ожидал, что после всего этого я встречу его так спокойно и по-дружески.

— Конечно — если она страшна как смертный грех.

Вдруг Сюзанна повернулась и решительно направилась к нам. Не сказав ни слова, она взяла Чарльза за руку и с нескрываемой враждебностью оглядела меня с ног до головы. Теперь, когда она была так близко, было видно, что кожа у нее очень смуглая, но даже под слоем загара бросалось в глаза, какая она неровная, с расширенными порами. Не помог даже щедрой рукой нанесенный макияж. Было очевидно, что она уже здорово выпила.

— Привет. Меня зовут Диана Фэйрфакс, — сказала я, видя, что Чарльз все никак не может решиться представить нас друг другу.

Лицо Сюзанны будто заледенело. Мне показалось, она не верит собственным ушам.

— О… но мне казалось, вы живете в Кембридже!

Голос ее, низкий и волнующий, обладал какой-то удивительной мягкостью и производил завораживающее впечатление. Он до странности не вязался с вульгарным обликом этой женщины.

— Так оно и есть. Я приехала погостить у друзей.

— Иисусе! Куда ни плюнь, попадешь в очередную шлюху Чарльза!

— Привет, Чарльз! Какой приятный сюрприз! — прощебетала Мин. Я даже не заметила, как она подошла. — Не знала, что вы будете здесь. Без очков я не вижу дальше собственного носа, но никогда их не ношу — только когда работаю. Тщеславие — моя маленькая слабость.

— Привет, Мин. — Чарльз поцеловал ее в щеку. — Как пишется?

Это было настолько характерно для Чарльза — помнить такие вещи, — что я улыбнулась про себя. Кстати, думаю, в этом и крылся секрет его обаяния.

— Закончила! — похвасталась Мин. — И прямо сегодня отослала в издательство. Чувствую себя как кошка, чьих котят раздали — такая же неприкаянная. Странное чувство — не знаешь, куда себя деть.

— А вы, наверное, еще одна его шлюха? Ну, Чарльза, я имею в виду? — влезла Сюзанна. В ее низком, воркующем голосе явственно слышалась презрительная насмешка.

— Хм… нет. Увы — нет. — Если Сюзанна рассчитывала вышибить Мин из седла, то та обманула ее ожидания.

— Ну и женщина! — прошептала Мин, когда мы отошли. — Я уж думала, она сейчас вонзит в тебя свои клыки и растерзает в клочья! Так вот она какая — эта его любовница! Жуткая особа! Бедняжка Чарльз — он этого не заслужил!

Мин подвела меня к седовласому, чуть сутуловатому мужчине. Это был Мартин Дойс, деревенский врач.

— Я заметил вас, как только вы вошли, — сказал он, обращаясь ко мне. На губах его появилась улыбка. — Слава богу, я уже достаточно стар, чтобы любоваться красивой женщиной, не вызывая ни в ком ревности.

— Это плохо или хорошо? — рассмеялась я.

— В целом, наверное, неплохо. Старость мне по душе. Теперь я по крайней мере знаю, что доставляет мне огорчение, и могу этого избежать.

— Да? А вот я часто чувствую себя несчастной и боюсь, что буду чувствовать еще не раз, — ответила я. И даже сама удивилась — такая откровенность была совсем не в моих привычках. Впрочем, Мин уже ускользнула, заметив в толпе кого-то из знакомых, так что ничто не мешало мне быть откровенной.

— Знаете, я знал многих совершенно счастливых людей — я говорю о нашем захолустье, — которые жили в полной нищете. Фермеры, сезонные рабочие, к примеру… Правда, это было довольно давно. Такое понятие, как достойная бедность, в наши дни отошло уже в область преданий. Ну-с, что касается вас, моя юная леди, то выглядите вы на редкость здоровой. Стало быть, умирать не собираетесь. Тогда причины может быть только две: либо кто-то из ваших близких доживает последние дни, либо несчастная любовь. Думаю, последнее.

— Да. Вы угадали.

— Вы ведь не замужем?

— Нет.

— Значит, он женат?

— Да.

— И счастливо?

— Да. На самом деле. Во всяком случае, так мне всегда казалось.

— Однако теперь он находит вас привлекательнее собственной жены. И что же ему так понравилось? Форма вашего носа изящнее, чем у нее? Или ваши шутки смешнее?

Я расхохоталась.

— Держу пари, так оно и есть. Послушайтесь моего совета, юная леди. Бросьте его! Иначе вам придется обманывать себя и обманывать его, повторять, что, несмотря ни на что, вы очень счастливы. И так все время. Оно того не стоит, уж вы мне поверьте.