Адель Паркс - Мужей много не бывает

— Ну да. Я его буду вести. Так сказать, осуществлять конферанс. Стиви, я видел твою фамилию в списке финалистов, но я не был уверен, что это именно ты. Стиви Джонс — распространенное имя. Мало ли кто там мог оказаться. Ты ведь в последнее время не особенно светился на британской сцене, ведь так? Я и не знал, куда ты подевался и чем занимаешься. Ездил по заграницам, делал бабки? А сейчас возвращаешься и хочешь с помощью этого конкурса громко заявить о себе?

— Вроде того, — бормочу я.

— Это ты правильно рассудил, дружище. Сам Элвис сделал в точности то же самое 31 июля 1969 года. Он выступал в «Хилтоне», отеле, который располагается в стороне от Стрипа и поэтому, для привлечения посетителей, всегда делал особый упор на развлекательные шоу. Каждый вечер сотни людей уходили ни с чем, так как не могли попасть в зал, хотя в программе было два концерта: первый в восемь вечера, второй в полночь.

Все, что Нил может рассказать мне об Элвисе, я уже знаю. Возможно, он догадывается об этом, но он очень любит звук собственного голоса, и ему трудно просто так взять и заткнуться. Кроме того, он уже здорово навеселе, а пьяные люди часто подпадают под влияние одной и той же иллюзии: они думают, что их разглагольствования окружающим очень интересны. Я выключаю Нила из сознания и несколько мгновений размышляю над тем, что я только что сказал Белинде, как получилось, что мы с ней поцеловались, и что нам делать теперь, когда в нашем настоящем вдруг появился человек из нашего прошлого. Бросив взгляд на Белинду, я понимаю, что она занимается тем же самым, — лицо у нее стало белое, как алебастр.

— Вы уже играли? — спрашивает Нил.

— Немного, — отвечаю я.

— А ты, Белчонка? Мне всегда казалось, что ты — тайная игроманка. В тихом омуте черти водятся. — Он пихает меня локтем в ребра.

Судя по взгляду, каким одарила Каррана Белинда, она неприятно изумлена тем, насколько точно ему удалось уловить суть ее характера. Может, она и ненавидит карточные столы и игровые автоматы, но она самый рисковый человек из всех, кого я знаю.

— Девочка моя, я бы советовал тебе хорошенько взяться за игровые автоматы. Могу даже подсказать кое-что. Если тебе вдруг выпадает выигрышная комбинация, то лучше, когда в автомате лежат три твои монеты, — в этом случае ты получаешь в полтора раза больше денег, чем когда там всего две монеты. При этом одна игра по-прежнему стоит четвертак. Тут, Бел-чонка, весь трюк состоит в том, что программа этих автоматов допускает выплату больших сумм только тогда, когда у тебя в запасе две-три монеты, а не одна. Но в то же время, согласно статистике, менее четверти всех игроков в автоматы опускают в щель монетоприемника больше одной монеты зараз. Это, так сказать, сведения для избранных. — Он заговорщицки подмигивает Белинде. Она никак не реагирует, и вряд ли ей вообще нужен был этот совет. — Я страшно доволен, что вас встретил. Завтра все будет совсем как в старые времена. Удачи тебе, Стиви. Удачи тебе, парень. — У Нила всегда была привычка повторять какую-нибудь фразу, чаще всего патетическую, несколько раз.

— Большое спасибо, — с запинкой отвечаю я. Если мне когда-нибудь и была нужна удача…

— Ну, нам уже пора, — говорит Белинда и лихорадочно машет официантке, чтобы та принесла счет. Она неплохо знает Нила Каррана и поэтому понимает, что он способен трепаться весь день до вечера; при этом ему совершенно не требуется наше активное участие в разговоре. — Стиви нужно примерить костюм. Ему нельзя опаздывать на генеральную репетицию.

— О да. Мы проводим все мероприятие на очень высоком уровне. Генеральная репетиция со зрителями — это само по себе событие. Мы берем даже плату за вход. Вот как все серьезно, — гордо говорит Нил.

— Ну да, ведь так организаторы заработают в два раза больше денег, — говорит Белинда. — Я права?

— Еще как права, девочка моя. — Нил улыбается. — Это я придумал. — Кажется, он не понял, что это была шпилька. Белинда вечно жаловалась, что организаторы конкурсов заботятся только о своем кармане и что призы могли быть и получше. Она никогда не понимала, как можно выступать на сцене, когда за это почти ничего не платят.

— И еще я нашел им нескольких спонсоров, — добавляет Нил. Пятидесятилетний шотландец, не стыдящийся своей алчности. Если бы Нил Карран родился на юге, то уже наверняка владел бы рекламным агентством или сколотил состояние в качестве биржевого маклера в Сити.

Он продолжает:

— Вся эта гулянка стоила нам кучу денег, ведь каждый финалист привез с собой еще трех человек. — И тут он задает самый неприятный вопрос: — А кстати, с кем вы приехали, раз у вас нет детей?

Я не думаю, что ответ «С моей девушкой и еще одним мужем Белинды» подошел бы для этого разговора, поэтому я испытываю облегчение, когда Белинда берет вожжи в свои руки.

Она целует Нила в щеку и, не моргнув глазом, врет:

— Ну, Нил, нам было очень приятно тебя увидеть, но сейчас мы должны оставить тебя в компании твоего ленча. — С этими словами она хватает меня за руку и тащит прочь. Сейчас она на двести процентов выглядит преданной женой двойника Элвиса, которая внимательно следит, чтобы у ее мужа перед выступлением было достаточно времени на то, чтобы уложить волосы, пришивает блески на его сценический костюм, тратит многие часы на поиск в Интернете самых лучших золотых очков и так далее. Именно такой женой Белинда никогда не хотела быть. — Ну, я так понимаю, мы увидимся вечером, на репетиции, — бросает она через плечо.

— Так оно и будет, красавица. Можешь на меня рассчитывать. Пока.

Мы подходим к барной стойке и оплачиваем счет, затем выходим из закусочной. Пока мы не садимся в такси, Белинде удастся сохранять на лице улыбку, но оказавшись в безопасности, она немедленно, будто обжегшись, бросает мою руку и набрасывается на меня, словно Аттила-гунн.

— Черт возьми, Стиви, что ты опять натворил?! — со злостью шепчет она.

— Я? — Я более чем удивлен.

— Почему ты не проверил, нет ли среди персонала, обслуживающего мероприятие, знакомых нам людей?

Да, тут я сглупил. У меня в номере лежит брошюра с краткой информацией об участниках конкурса, приглашенных артистах и конферансье. Я ее даже не открывал.

Черт, ну конечно все обязательно должно было полететь вверх тормашками. И как меня, не кого-нибудь, могла обмануть псевдоискушенность Беллы Эдвардс, когда я отлично знал, что она — это всего лишь Белинда Макдоннел, разряженная в дорогие тряпки. Белинда всегда влипала в подобные ситуации. В школе ее всегда ловили за списыванием домашней работы — никого не ловили, а ее ловили. Если она играла в хоккей и ей доставался решающий удар, она всегда промахивалась мимо ворот. Ее мать умерла от рака легких. Ей с детства везло, как покойнику. И как она с таким везением могла так долго скрывать, что у нее два мужа?