Бог Разрушения - Рина Кент

— Просто чтобы ты знал, я не одобряю.

— К твоему сведению, не могу вспомнить, чтобы меня волновало твое мнение, — я сделал паузу. — Кроме того, не стоит ли вам всем научиться уважать ее желания? Никогда не задумывались, что эта чрезмерная опека, возможно, душит ее?

— Мы просто хотим лучшего для нее.

— А она не хочет?

— Я этого не говорила.

— Но ты имела это в виду. Она достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения без твоего или чьего-либо еще нежелательного вмешательства.

Она открывает рот, но смотрит мне за спину, и ее глаза превращаются в большие лужи паники.

Я оглядываюсь назад и вижу тень двух мужчин, прежде чем они исчезают в боковом здании.

— Майя? — я зову ее по имени и щелкаю пальцами перед ее лицом.

Она вздрагивает, и страх распространяется по ее дрожащим конечностям. Это похоже на состояние Мии, когда она до смерти боялась темноты.

— Я… мне нужно идти, — она бежит к машине Мии, и дважды пытается открыть дверь.

Я продолжаю смотреть на то место, где исчезли мужчины. Интересно.

Я откладываю эту информацию на потом, пока пишу Мие.

Лэндон: Твоя сестра просто притворилась тобой, чтобы разлучить нас. Я раскусил ее, как только увидел ее притворные глаза. Разве я не должен получить за это награду?

Не отвечает.

Я постукиваю пальцем по задней крышке телефона несколько тактов, затем снова набираю сообщение.

Лэндон: По моему скромному мнению (я просто шучу — во мне нет ничего скромного), флюиды запретной любви бьют очень сильно. Но к черту это, я прав?

Она снова читает сообщение, но не отвечает.

Хотя Мия и получает удовольствие от роли средневековой принцессы, увлеченной ухаживаниями и разговорами о чувствах, в последнее время она меня не игнорирует.

А может, это она подослала Майю?

Нет, она не из тех, кто уклоняется от конфронтации. Если бы она хотела мне что-то сказать, она бы без колебаний вторглась в мое пространство и высказала мне все, что думает.

Мой телефон загорается в руке, и я смотрю на ее имя. Мия не звонит, по понятным причинам. Она также не любит звонить по FaceTime, за исключением тех случаев, когда речь идет о ее родителях.

Если только не…

Я отвечаю.

— Что-то случилось?

— Все замечательно, за исключением твоего назойливого вмешательства. Мы с Мией хорошо проводим время, так что, может, ты отвалишь?

Бип.

Бип.

Бип.

Я смотрю на экран своего телефона, когда в ухе раздается этот очень знакомый — и вскоре очень мертвый — голос.

Чертов Рори, похоже, будет молится о своих похоронах.

Кто я, если не самый добрый самаритянин?

Глава 29

Мия

Сегодняшний день стал эпическим по соотношению совершенно случайных событий.

Во-первых, Майя попросила взять мою машину, потому что ее сломалась, а она отказывается, чтобы ее телохранители возили ее на своем, цитирую, «супер-старом бизнесменском Мерседесе».

Во-вторых, я увидела, как Николай чуть не упал с балкона во сне, и мне пришлось затаскивать его внутрь с Гаретом.

Он спросил меня, встречаюсь ли я еще с Лэндоном, и когда я ничего не ответила, он ушел, не сказав ни слова.

Нико всегда был нашим с Майей защитником. Брат, который ходил по школе и объявлял, что если они прикоснутся хоть к одному волосу на нашей голове, то им придется начать готовиться к пожизненным каникулам в аду.

Он же скрывал от мамы и папы наши проделки, хотя иногда и получал за это по ушам. В других случаях присоединялся к нам.

В основном, он давал нам возможность жить вне оков жизни принцесс мафии.

Поэтому тот факт, что он одновременно злится и разочаровывается во мне, заставляет меня чувствовать себя дерьмово. Гарет сказал, что он одумается, но не похоже, чтобы он сам верил в свои слова.

Еще хуже то, что я попадаю в ловушку этого придурка, как только заканчиваю занятия и иду по улице.

Его зовут Рори, если я правильно помню. Я знаю его, потому что часто видела его фотографии вместе с Лэндоном на их безвкусных вечеринках Элиты. Причина, по которой я так хорошо его помню, заключается в том, что он обычно находится рядом с Нилой, которую я лично изучила после того, как услышала ее разговор в комнате Лэндона.

Мне было просто любопытно. Ничего более. Ладно, может быть, я немного ревновала и хотела посмотреть, с кем мне придется иметь дело.

Во всяком случае, Рори решил, что сегодня как никогда подходящее время для нашего знакомства. Он выше меня ростом, немного слишком худой, с вьющимися светлыми волосами, которые кажутся слишком большими для его головы. Но больше всего в нем поражают налитые кровью глаза, которые можно было бы использовать в фильме ужасов.

Когда он впервые прервал мою прогулку, на нем были солнцезащитные очки, но теперь, похоже, он не заботится о своем имидже богатого английского мальчика.

При других обстоятельствах я бы притворно улыбнулась и прошла мимо него, но он зашел дальше и разозлил меня до смерти.

Пока я читала сообщение Лэна и проклинала Майю за ее выходку, этот мудак отобрал у меня телефон, держал меня на расстоянии вытянутой руки и звонил Лэну, чтобы сказать ему откровенную ложь.

— Не за что, — положив трубку, он протягивает мне телефон.

Я выхватываю его обратно, ярость закипает в моем животе, а тысячи проклятий покалывают кончики пальцев.

Рори смотрит на меня с полным безразличием и очевидным пренебрежением, словно я кукла в витрине магазина.

— Я понятия не имею, что он в тебе нашел.

Простите?

Я уже собиралась это показать, но он продолжает:

— Ты не более чем дырка, которые он может получать сотнями, если захочет. Что такого особенного в твоей?

Наглость этого ублюдка. Сегодня ты связался не с тем человеком.

Но прежде, чем я успеваю напечатать несколько слов, он вклинивается в мое пространство, прижимая меня к стене старого закрытого паба.

— Ты отвлекаешь его от важного, а мы не можем этого допустить. Без Лэндона, замышляющего хаос, наш клуб не выживет.

Это хорошо, если хотите знать мое мнение.

Но парень, похоже, с этим не согласен, потому что его глаза сузились на мне в своем кровавом блеске.

— Если ты исчезнешь из поля зрения, все вернется на круги своя.

Я печатаю отрывистыми движениями, затем показываю ему.

— Ты уверен, что хочешь причинить мне боль? Во-первых, твои яйца будут в опасности, потому что твой покорный слуга будет