Мишель Жеро - Жаркая ночь

Тяжело вздохнув, Энни опустилась на кровать.

– Я должна была отвезти Льюиса домой.

– Чепуха! – воскликнул Рик, садясь на кровать рядом с Энни и чувствуя, как его обволакивает знакомый запах. О Господи, оказывается, он даже по ее запаху соскучился! – Ты могла бы подождать. Я бы поехал с тобой. Хадсон был тебе очень дорог, значит, и мне небезразличен.

Не глядя на Рика, Энни прошептала:

– Я хотела остаться, но потом случился пожар, тебя отвезли в госпиталь, и я знала, что приедут твои родные. – Взглянув на него, она поспешно отвернулась. – Я боялась, что ты и твои братья не захотите видеть меня в вашем доме. С каждым часом моя уверенность в этом крепла, и я решила уехать, чтобы всем было спокойнее. И потом, мне все равно нужно было отвезти Льюиса домой, вот я и решила воспользоваться этим обстоятельством, уехать и хорошенько все обдумать.

– А что тебе требовалось обдумывать? Энни изумленно воззрилась на него:

– Мы с тобой очень разные, Рик.

– Да. Ну и что?

Изумление Энни сменилось яростью.

– Ты когда-нибудь задумывался о будущем? О нашем с тобой будущем? – сердито выкрикнула она.

– Да, – снова проговорил Рик, и голос его прозвучал настороженно.

– Помимо секса?

– Знаешь, мужчины не всегда думают только своими органами, иногда и головой.

– А почему это я должна верить, что между нами существует нечто большее? Я не собираюсь бросать работу, изменять свою жизнь ради того, чтобы с тобой спать! Ты даже ни разу не сказал мне, что любишь меня!

Ну вот! Теперь она еще и любовь приплела!

– Ты тоже, – отрезал Рик. – Я же тебе сказал, что у нас с тобой есть одно незаконченное дело. Нам нужно его закончить.

– Отлично, – бросила Энни, пожимая плечами. – Давай закончим, только порознь. Ты – в Висконсине, я – в Огайо. Может, и существуют женщины, которые способны жить с мужчиной, не сказавшим им ни слова о любви, но я не из таких. И вообще, Рик, я могу сама о себе заботиться. Мужчина для этого мне не нужен.

– Да знаю я, черт побери! И тем не менее ты поедешь со мной.

– Нет, не поеду!

Рик одарил Энни мрачным взглядом, однако эта вспышка гнева его смутила.

– Как же, так я и разрешу тебе, Энни, снова исчезнуть из моей жизни!

– И как же ты мне запретишь?

Рик открыл рот, и из него вылетели слова, поразившие его самого: он не думал, что когда-нибудь еще раз их произнесет:

– Хочешь выйти за меня замуж?

Энни отодвинулась, не спуская с него глаз:

– Это вопрос или предложение?

– Просто ответь.

На секунду Рик закрыл глаза. О Господи! Должно быть, он и впрямь в нее влюблен. И пяти минут не сидит с ней в одной комнате, а от ее близости уже голова идет кругом.

Но он понимал, чего она хочет.

– Потому что если это предложение, – тоненьким голосом проговорила Энни, – то не слишком-то оно романтичное.

А, к черту гордость!

Опустившись на одно колено, не обращая внимания на изумленный взгляд Энни, Рик взял ее за руку:

– Энни, ты сводишь меня с ума. Я в отличие от большинства других парней начисто лишен романтики. Единственное, что я могу сказать, – это то, что ты мне нужна, и я хочу, чтобы ты всегда была со мною рядом. Выходи за меня замуж, решай, детка. Все в твоих руках.

Внезапно Энни рассмеялась.

Рика будто обожгло огнем. Он тут стоит перед ней на коленях, распинается, а она смеется?!

– Энни...

– Да! – перебила она его. – Да! Я с радостью выйду за тебя замуж, упрямый, дикий, глупый викинг!

Рик не представлял, что можно так принимать предложение руки и сердца, и нахмурился:

– Могла бы ограничиться банальным «да», без всяких украшений.

Протянув руку, Энни коснулась его лица, провела пальцем по его губам. Рик замер. Он едва сдержался, чтобы не схватить Энни в объятия, не швырнуть на кровать и не заняться с ней любовью.

– Но мне нравятся все эти определения. Без них ты не был бы таким, какой ты есть. Ах, Рик, как же я по тебе скучала!

Последнее заявление Рику больше всего пришлось по душе.

– Я тоже, – буркнул он, вставая. – В доме без тебя так тоскливо, даже Бак захандрил. – Рик снова сел на кровать, решив еще немного подержать Энни за руку, и, пристально глядя на их переплетенные пальцы, признался: – Я тоже сильно по тебе скучал.

Энни застенчиво потупилась:

– Мне было необходимо, чтобы ты за мной приехал.

– Я знаю, – тихо заметил Рик. – Крошка, я никогда тебя не брошу, обещаю тебе это. Но и ты должна мне пообещать, что больше никогда от меня не сбежишь.

Щеки Энни вновь окрасились яркой краской.

– Я хочу... я все еще немного побаиваюсь, Рик.

– Ничего, это пройдет. Все у нас будет хорошо. – Тронутый ее признанием, Рик ласково погладил Энни по спине. Он не знал, поможет ли это успокоить страхи Энни, но почувствовал, что от его прикосновения она немного расслабилась. – Ты же хочешь быть со мной, правда?

Энни кивнула и придвинулась к нему.

«А вот это уже лучше», – подумал Рик. Больше похоже на то, о чем он мечтал во время долгого пути, проделанного в одиночестве.

– Ну вот видишь. А я никуда не собираюсь уезжать со своей земли. Мои предки жили на этой ферме в течение ста шестидесяти лет. И мы с тобой будем там жить. Вместе. Ты уже привезла своего Льюиса домой, проследила за тем, чтобы его положили в родную землю, теперь можешь заняться мной.

Энни рассмеялась, и Рик с облегчением вздохнул. Слава Богу! Он ненавидел, когда Энни пребывала в унынии, и обожал слушать ее заразительный смех, веселые шутки. По натуре она была девушкой общительной и жизнерадостной, на жизнь смотрела легко, что Рику очень нравилось.

Одарив его ленивой улыбкой, Энни заметила:

– А знаешь, вчера я сделала одно потрясающее открытие. Рик с некоторым беспокойством взглянул на нее:

– И какое же? Ты мне расскажешь?

– Думаю, что да. Я поняла, что всю свою жизнь искала счастье. Сначала я думала, что нашла его в своей работе, потом – в том, что наконец отыскала Льюиса и отвезла его домой. Но я ошибалась! Счастье – это ты. Это тебя я искала всю свою жизнь.

Наступила тишина. Рик молча смотрел на Энни, на ее теплые карие глаза, ласковую улыбку, а потом, обхватив ладонями ее лицо, наклонился и поцеловал.

– Может быть, это я тебя искал всю свою жизнь, – проговорил он и ничуть не удивился собственным словам.

– Это правда? – прошептала Энни, глядя на него широко раскрытыми глазами.

– Да. – Рик улыбнулся и провел пальцем по ее губам, щеке, потом по шее, вниз, до мягкой груди. – Но я страшно устал ждать, Энни. Поехали домой.

Внезапно он заметил, что на глаза Энни навернулись слезы.

– Вот черт, детка, прости. И зачем только я это сказал! Вот идиот! Я...

– Помолчи, Рик, – перебила его Энни смеясь и быстро поцеловала. – Когда ты сказал «домой», я кое о чем вспомнила, и мне просто стало немного грустно, вот и все.