Оливия Карент - Дигди? Никогда!

— Это такси…

Билл сжал ее плечи в своих ладонях и с надеждой предложил:

— Кэт… давай отпустим машину…

Она долго молчала, потом выразительно посмотрела и решительно сказала:

— Нет, Билл. Нет. Я знаю, что все, все, все делаю неправильно! И тебя… и сама… совсем запуталась… Послушай, Билл!!! Оставь меня! Забудь про меня! Просто забудь и все!!! Пойми, мы не будем вместе никогда! Ты пойми главное, Билл. Я никогда не смогу забыть то… Нет! Не хочу говорить об этом! И вспоминать не хочу! Уезжай Билл! Уезжай навсегда!!!

Билл выслушал ее в полном молчании, мрачно попрощался и ушел. Флора упала на диван и горько зарыдала. Сомнения и незабываемая обида разрывали ее душу.

54

Билл, разумеется, очень обидели слова Флоры, но и озадачили. Он догадался, что Флора хотела объяснить причину, столько времени являвшуюся преградой между ними, но почему-то так и не решилась сделать это. Ее молчание оставалось для Билла неразрешимой тайной, и он не знал, что же предпринять, чтобы все стало понятным, ясным, определенным. Если причина, действительно, убедительна, реальна и непреодолима, что ж! Придется принять неизбежное — развод, как ни протестовало все внутри против подобного шага. Пока же ему, Биллу, приходилось бороться с какими-то ветряными мельницами, призраками, фантомами, что, конечно, заранее было делом проигрышным и абсурдным. Больше так продолжаться не могло. Билл пришел к твердому убеждению, что надо действовать самым решительным образом и выяснить, наконец, что являлось камнем преткновения в их с Флорой взаимоотношениях. И либо убрать его с дороги, либо…

Подтолкнул Билла к действию неожиданный звонок Нэнси.

Поначалу Билл воспринял его с раздражением и недовольством, но все-таки заставил себя держаться спокойно и корректно.

Они обменивались какое-то время ничего не значащими фразами, а затем Нэнси насмешливо сказала:

— Уильям, мне сообщили интересные сведения. Я даже не поверила сначала. Поэтому мне любопытно узнать правду, что называется, «из первых рук». Твою машину видят довольно часто перед домом Флоры…

Нэнси многозначительно замолчала.

— И что? — невозмутимо уточнил Билл.

— Да, в общем, ничего. Хотела узнать, если ты ее, действительно, часто встречаешь, как она. Мы же подруги все-таки.

— Хорошо, — односложно ответил Билл.

Нэнси засмеялась:

— Ты сказал это таким тоном, что у меня создалось впечатление, будто Флора, как минимум, при смерти! И почему ты так мрачен? Уж не увлекся ли ты нашей холодной неприступной затворницей? А, Уильям?

— Допустим, это так. Тебя-то, Нэнси, почему это волнует? — саркастично усмехнулся Билл.

— Меня?!! Нисколько! Впрочем, мне жалко тебя, Уильям.

— Это почему же?

— Напрасная трата времени и сил! — опять едко засмеялась Нэнси. — Уильям, прими мой совет: оставь в покое Фло и найди поскорее другой объект для сердечной привязанности. Уверяю тебя, я хорошо знаю Флору. Знаю давно. Все притязания бессмысленны. Вряд ли кому-нибудь удастся растопить сердце нашей ледяной неприступной монахини. Думаю, и тебе, в том числе!

— Спасибо за совет, Нэнси. Ну, а что мне по силам, а что — нет, я сам знаю лучше всех.

— В случае с Фло ты их явно переоцениваешь, Уильям! — иронично заявила Нэнси. — Ах, Билл, Билл!.. — вздохнула она. — Ты многого не знаешь, и поэтому так самоуверен. Поверь, Фло — безнадежный случай! Она никогда не будет принадлежать ни одному мужчине на свете, потому что безраздельно отдала всю себя единственному возлюбленному на свете — Винсенту Макдауэллу. Винсу. Для нее равных ему не было, нет и не будет. Никогда!

От слов Нэнси кровь прилила к голове Билла и больно запульсировала в висках. Он едва сдерживался, чтобы не бросить трубку. Разочарование, ярость, боль, обида, ревность… Эти чувства захлестнули его, как вырвавшаяся на волю из жерла вулкана лава, сжигая его душу, испепеляя ее.

— Ты так уверена, Нэнси… — медленно, с сомнением, произнес Билл, усилием воли заставляя себя продолжать разговор. — Возможно, ты ошибаешься.

— Ошибаюсь?!! Ха-ха!.. — усмехнулась Нэнси. — Да она с 14 лет сходила по нему с ума! От нее другого не слышали, только «Винс, Винс, Винс…»! И конечно, единственной мечтой Фло была мечта о замужестве. Им понадобилось шесть лет, чтобы, наконец, приблизилась мечта Фло стать миссис Макдауэлл. Но… не судьба! — с нарочитой горечью вздохнула Нэнси.

— М-да?.. — неопределенно протянул Билл, больше не находя в себе сил вымолвить ни слова и борясь с неодолимым желанием немедленно бросить трубку.

— Винс погиб перед самой свадьбой. Он утонул на глазах Фло. Она впала в продолжительную депрессию, а потом стала затворницей и посвятила все свое время сначала учебе, потом работе и постоянным воспоминаниям о своем любимом незабвенном Винсе. Так что, подумай сам, Билл, есть ли у тебя хоть малейший шанс на выигрыш в этой, на мой взгляд, бессмысленной дуэли с Винсентом? Уверяю тебя, что нет. Фло до сих пор душой и телом безраздельно принадлежит ему, своему драгоценному Винсенту.

— Ну, в конце концов, это личное дело Флоры, кому принадлежать, кого любить, — бесстрастно произнес Билл.

— Да, конечно, — согласилась Нэнси и достаточно быстро завершила беседу, попросив передать от нее Флоре горячий привет, если он ее встретит, и сообщила, что скоро вернется из своего затянувшегося путешествия.

После разговора с Нэнси Билл метался по комнате, не находя себе места от переполнявших ег разноречивых чувств. Ему хотелось сокрушить и разрушить все кругом, как были разрушены его любовь, его надежды, его счастье, его жизнь.

Значит, вот в чем причина! Все-таки в этом загадочном Винсе! Но почему, почему, почему она не сказала прямо?!! Зачем согласилась на его, Билла, предложение о женитьбе? Почему с таким пылом и страстью отвечала и отвечает на его ласки, объятья, поцелуи?!! Отвечает… Ну, конечно, отвечает!!! Нет! Не все так однозначно в жизни Флоры, как следовало из рассказа Нэнси.

Билл сел в кресло и задумался.

«В конце концов, понять Кэт можно, — немного успокоившись, принялся рассуждать он. — Очевидно, она любила этого Винса. Их связывали многолетние отношения. Конечно, это не просто вычеркнуть из жизни. Да и незачем! Тем более, все так трагично сложилось. Разумеется, Кэт трудно. Я чувствую, она меня любит, но, очевидно, психологически никак не может перейти те грань, за которой навсегда оставит свое прошлое. А возможно, ей мешает ложное чувство вины перед погибшим Винсентом. Поэтому она никак не может признать очевидное: мы любим друг друга и должны быть вместе. Не может… А я могу и должен взять решение этой проблемы на себя. Хотя, черт побери, я ничего не могу с собой поделать!!! Я все понимаю. Все!!! Но, как это ни глупо и не бессмысленно, я ревную, дьявольски ревную Кэт к этому парню!!! Кэт… — Билл вдруг вспомнил настойчивую просьбу Флоры не называть ее этим именем. — «Вы не единственный, кто называл меня так» — сказала тогда она. Не «единственный»… Я уверял ее, что мне это безразлично. Черта с два!!! Тогда, возможно, я считал именно так. А теперь… Нет! Надо успокоиться и постараться избавиться от этого мучительного чувства ревности к прошлому Кэт. Это — ее прошлое и только ее касается. Мне нет до этого дела, до ее прошлого. Оно было у нее, было у меня. Было… А нас объединит настоящее. А впереди — совместное будущее».