Валентинка в феврале - Анастасия Боровик

телефон, я массировала себе шею и, выдохнув, повернула голову к входу. Вот чёрт! Неужели? Я резко отвернулась и судорожно начала думать, что делать, как быть, куда деваться. Кажется, я оказалась в ловушке со всех сторон.

— Мне нравится этот телефон, и предыдущая модель тоже хороша. Можно ещё раз посмотреть? — обратилась ко мне женщина. Я почувствовала, как сдавило всё тело, ноги словно приросли к полу, а в голове билась лишь одна мысль: «Бежать, бежать скорее!»

— Вам плохо? Вы так покраснели? Может, давление? Вы очень испуганы? — спросила милая женщина, настоящий одуванчик. Зря я подумала, что она может быть неприятной. Я совсем не умею разбираться в людях. Поворачиваю снова голову и вижу, как мужчина ходит по кругу, рассматривая технику. Ещё пару поворотов по магазину — и мы встретимся. Думай, Валя! И я произнесла первое, что пришло в голову.

— Извините, у меня живот скрутило, я отойду ненадолго, к вам сейчас подойдёт другой консультант, — сказала я и согнулась пополам, тихонько охнув от боли. Она посмотрела на меня с сочувствием, и я поняла, что эта милая женщина жалеет меня. Можно идти на актерское, я теперь постоянно кем-то притворяюсь.

— Ой, конечно, я подожду здесь, — сказала покупательница, и я кивнула ей в ответ. Затем постаралась как можно незаметнее привлечь внимание другого продавца, чтобы он заменил меня. Сама же медленно, согнувшись, двинулась в сторону комнаты для сотрудников. Мне казалось, что ещё немного, и я дойду, и мы не встретимся.

Я шла согнувшись, чувствуя на себе заинтересованные взгляды, и нервничала. Всё из-за Кристины! Мама всегда говорила, что врать плохо. Ложь — это зло! Теперь я в этом убедилась. Главное — дойти до комнаты. Поворачиваясь назад, я огляделась и никого не увидела, но при этом продолжала пятиться назад. Кажется, всё получится… А это что такое? Я столкнулась с кем-то и поняла, что моя задница уютно прижата к кому-то твердому. Я попыталась отпрыгнуть, но чьи-то мужские руки с лёгкостью приподняли меня и подтянули к себе. Я была в таком шоке, что не сразу поняла, что произошло. Моё ухо обожгло приятное мятное дыхание, и я услышала знакомый мужской голос, который пробрал меня до мурашек по всему телу.

— Вот ты и попалась, моя Валентинка.

Мы застыли на месте. Неужели он знает, кто я? Как он догадался? Я теребила свой бейджик и вдруг осознала, что на нём написано моё имя. Выпрямившись, я аккуратно сняла бейджик, чтобы не выдать себя. Я решила, что буду всё отрицать, и не собиралась сдаваться без боя. Поворачиваясь, я встретилась с глазами орехового цвета, которые смотрели на меня с весёлым и даже игривым выражением.

— С чего это я «валентинка»? Ты забыл, как меня зовут?

— Нет, конечно, как можно забыть такое очаровательное создание, как ты. Просто после нашей встречи 14 февраля, в день святого Валентина, я решил называть тебя именно так.

Я облегчённо выдохнула, значит, он не знает, кто я такая.

— Понятно, ну что ж, тогда я пойду, а то работа, сам понимаешь… Я попятилась назад и быстро добавила: — Была рада увидеть тебя, встретимся на неделе.

Я вспомнила, что они с Кристиной вроде как должны были пойти на свидание. Я развернулась и подумала, что надо просто уйти. Двинулась вперёд, но меня снова поймали в крепкие объятия и притянули к себе. Стою не двигаясь, пока этот невыносимо красивый мужчина, обманутый двумя сестрами, прижимается к моей макушке и вдыхал аромат волос, держа меня за талию. А что я? Я плыву и закрываю глаза… Одновременно мне стыдно и жарко.

— Я так соскучился по тебе, а ты снова от меня убегаешь. По телефону мы почти не общаемся, и там ты совсем другая… Кажется, тебе безразлично, что писать, и ты откровенна со мной. Может быть, тебе кажется, что я не вижу твоих глаз, и ты можешь писать всё, что хочешь? Или это особенность современной молодёжи — быть смелыми в интернете, а в реальности убегать? Или, может быть, что-то ещё? — усмехается Володя.

Я начинаю приходить в себя. Этот мужчина не мой, отстраняюсь от него. В голове крутятся тысячи объяснений, почему так получилось, но только я открываю рот, чтобы их сказать, как меня затыкают. Быстро, нежно, ласково прижимаются к моим губам и целуют. Я буду бороться с этим позже, а пока скажу сестре, что это всё он, а потом уеду, скроюсь, исчезну куда-нибудь… Но сейчас только его поцелуи…

— Я, кстати, не знал, что ты так хорошо разбираешься в технике? Я думал, ты парикмахер, — говорит Володя, слегка отстраняясь от моих губ, но не прерывая объятий.

— Я разносторонняя личность, но скоро планирую уволиться и посвятить себя исключительно стрижкам, — объявляю я, удивляясь, насколько уверенно звучит мой голос в этой роли.

— Понятно, — говорит Володя. — Пойдём поужинаем?

Я смотрю на часы и понимаю, что пока бегала и прыгала, время пролетело незаметно. Через пару минут я буду свободна. Что делать? Идти на ужин или скрыться? А если я расстрою свидание Кристины? При мысли о свидании внутри меня поднимается жгучее чувство, которое начинает раздражать. Моё лицо мрачнеет. Я никому ничего не должна! Он целует меня, говорит, что соскучился, а сам собрался на свидание с моей сестрой! Гаденыш! Но нет, Валя, он же не знает, что это я. Я пытаюсь расслабиться, но чувствую, что мне хочется плакать и жалеть себя. Зачем он пришёл? Во мне борются столько эмоций, и, кажется, моё поведение не остаётся незамеченным.

— Валентинка, с тобой всё в порядке? Ты сейчас словно испытываешь все муки ада и не хочешь никуда идти? — с улыбкой спрашивает мужчина. Я смотрю на него и тяжело вздыхаю. Я не могу поступить нечестно.

— Володя, проводи меня, пожалуйста, до метро. Сегодня я не могу, мы же договорились встретиться в выходные. А сейчас просто пройдемся, хорошо? И больше так не целуй меня, я всё-таки серьезная девушка, а ты даже не предложил встречаться.

— Верно, ты же убежала от меня, оставив лежать одного бедного раненого мужчину. А так, возможно, ты бы услышала моё предложение… — говорит он, приближаясь ко мне. — И кажется, кто-то поставил мне условие: догнать тебя, чтобы ты стала моей. Как ты думаешь, я поймал тебя сегодня?

Я выставляю ладошку, чтобы он не подходил ближе, но он берёт её, притягивает меня к себе и шепчет на ушко:

— Может быть, ты уже моя?

Мне кажется, я задыхаюсь от странного чувства, которое меня переполняет. Внутри словно