Ты мое наваждение - Елена Полярная

я стала нетерпеливо топтаться на месте, дожидаясь когда подруга откроет дверь. И хоть день считай только начался и только начало двенадцатого, я чувствовала себя окончательно вымотавшейся и уставшей, словно после трудного рабочего дня. Хочется принять душ и лечь в кровать, чтобы снова забыться и уйти от всех навалившихся на меня неприятностей. Вот правильно говорят, беда не приходит в дом одна. Ещё недавно я думала, что у на с Данилом всё серьёзно, что он хочет больше времени проводить со мной, поэтому предложил нам съехаться, о чём я не решалась сказать маме, ведь она была бы недовольна, узнай, что её будущий зять поселился в нашей с сестрой квартире. Я мечтала о свадьбе, уже даже распределила наперёд свою зарплату с учётом денег, которые я буду откладывать на торжество. Нет, я не хотела устраивать нечто помпезное, но судя по словам подруг, успевших выскочить замуж, и предварительному просмотру ресторанов, платьев и тортов, стало понятно, что даже если проводить свадьбу только для близких людей, без шика, то и на это уйдёт кругленькая сумма. А теперь я стою под дверью своей подруги, потому что мне больше некуда идти, и со мной остались только мои разбившиеся в дребезги мечты о счастливой жизни с любимым мужчиной.

Меня до сих пор немного потряхивало от поступка Вари и хотелось поставить сестру на место, но… Как же сложно оказывается «воевать» против члена своей сестры. Одна мысль, что у нас с ней дело дойдёт до полиции или суда казалась мне абсурдной и не правильной. Ну как так? Мы же с ней сёстры. Может это глупо, может я слишком жалостливая, чем в своё время и воспользовался Данил, но так резко себя перестроить я не могу.

Дверь наконец открылась и я встретилась взглядом со злыми карими глазами Ксюши. Нахмурившись и скрестив руки на груди, подруга смотрела на меня прямо как жена на провинившегося мужа, который обещал быть дома к десяти вечера, но приполз только под утро.

— О, нашлась пропажа! Ну и куда ты вчера исчезла? Ты хоть себе представляешь, как сильно я разнервничалась⁉ Я же о тебе переживаю, и я не слепая, так что прекрасно знаю, что у тебя что-то случилось, а ты… Эх ты! Не стыдно?

— Стыдно, очень стыдно, — с готовностью согласилась, надеясь, что Ксюша быстро оттаит и не будет давить на мою совесть.

— Удивительно, как ты после вчерашнего нашла силы ко мне прийти! И почему не позвонила? Что у тебя с телефоном? Я всё утро… — тут Ксюша заметила мои вещи и замолчала, удивлённо приподняв брови. — Так, а это уже интересно. И что же происходит? Хотя нет, пока не отвечай. Давай заходи в квартиру, горе ты моё луковое. И сразу предупреждаю, на этот раз тебе же будет лучше, если ты не станешь от меня ничего скрывать, не то тебе не поздоровится. И не надо улыбаться, ты просто ещё не видела меня в гневе. Я ух какая становлюсь! Обещаю, я буду твоим самым страшным кошмаром.

Подруга помогла мне занести вещи в квартиру, после чего мы устроились на кухне, где мне налили зелёный чай и сделали парочку бутербродов. И стоит сказать, что при виде еды ко мне снова вернулся звериный голод и пока я всё не съела, я не начинала свой рассказ. Зато потом, когда в животе появилась приятная тяжесть, я поделись с Ксюшей своими неприятностями. При этом ожидаемого чувства стыда не было. Просто вчера я волновалась, что же обо мне подумают другие, когда узнают, что меня променяли на мою же сестру, а сегодня… Сегодня мне было уже всё равно, хотя к моему рассказу добавилась ещё и история с Евгением Витальевичем, как я умудрилась привлечь его внимание, и то, как меня выгнали из моей же квартиры.

— Офигеть, — выдавила из себя Ксюша, стоило мне замолчать. — Я даже не знаю, что тебе сейчас сказать. У меня просто в голове не укладывается, как этот урод мог так с тобой поступить! Вот он конченный! А твоя сестра… У неё с головой всё в порядке? Она не думает, что Данил также легко променяет её на другую девчонку, как сделал это с тобой? Уверена, стоит ему встретить какую-то симпатичную и выгодную бизнес-вумен, то он сразу же перепрыгнет на неё. А ты ему ещё и с работой помогла!

— И не напоминай! На самом деле, я давно чувствовала, что что-то не так, но просто не хотела это замечать. Всё это казалась мне какой-то мелочью, хотя от Данила исходила фальш. Если бы я была умнее, или хотя бы ценила в первую очередь себя, то ничего бы этого не произошло. Я бы уже давно послала Данила куда подальше, а не принимала его предложение. Знаешь, я же тебе соврала, что он сделал его в ресторане, сняв для меня весь зал и наняв музыкантов. Мне просто было стыдно говорить, что ему было настолько плевать на романтику, что он просто заказал суши, купил бутылку шампанского и положил коробочку с кольцом на стол. Да я… о многом умалчивала или приукрашала. Дура. Не было у меня в жизни той сказки, о которой я мечтала, но мне очень хотелось, чтобы другие об этом не узнали.

Не в состоянии вынести сочувствующий взгляд Ксюши, я опустила голову, злясь на себя и свою слабость. Но зато теперь я чувствую себя намного лучше, когда хоть кто-то знает правду. Не знаю, почему я всё время врала, видно всё дело в воспитании, из-за того, что мама вдалбливала мне в голову, что я не должна взваливать свои проблемы на чужих и давать повод для злорадства и сплетней. Я и от родных много чего скрывала, зная, что меня или не поймут, или осудят.

— Вот дурочка! Ты давай ещё и дальше вини себя в том, в чём ты совершенно не виновата. Какая разница, как человек сделал тебе предложение, если он тебя по-настоящему любит? Здесь нечего стесняться. Но… да, к Данилу это теперь не имеет никакого отношения. Потому что он и не любил. Но плевать на него! Ты найдёшь себе ещё лучше. А может и уже нашла. — Тут Ксюша хитро улыбнулась и легонько толкнула меня локтем в бок. — Кому расскажи, у кого ты провела эту ночь, никто не поверит. Это же надо было соблазнить самого финансового директора!

— Прекрати! Я его не соблазняла и ты это знаешь. Ему просто стало меня жаль.

— Ага, жаль ему стало, а как же! Фиг кто из мужчин за просто так поможет женщине, если только он не хочет с ней «а» — переспать, «б» — произвести на неё впечатление, «в» — поиметь какую-то материальную выгоду. Судя по твоему рассказу, Евгений Витальевич выбрал вариант «б».

— Не смешно.

— А я и не смеюсь. Ты ему явно понравилась, раз он отвёз тебя к себе домой, а не приказал охране вытолкать тебя в первый зал. А потом он ещё и накормил тебя завтраком и вызвал такси, хотя ты всё ночь защищала свою честь, — тут Ксюша не удержалась и рассмеялась, а вот я пожалела, что не умолчала о своих попытках донести до начальника, что я не такая и ничего не будет.

— Ну или я просто была настолько жалкой, что он мне посочувствовал.

— Да хватит уже! Ты не жалкая… ну разве что глупая, это да, с этим не поспоришь. Да и вообще, сочувствие — это чисто наша, женская фишка.

— Лучше скажи, куда ты сама делась и как ты вообще согласилась участвовать в моём глупом плане? — решила перевести тему, не желая слушать, что я могу понравиться такому мужчине, как Евгений Витальевич. Не стоит мне сейчас вообще думать о любви, от неё одни проблемы. К тому же ясно как день, что мы с начальником не пара, мы слишком разные, да и не подходим друг другу по социальному статусу. Я уже не восемнадцатилетняя золушка, чтобы в меня влюбился богатый принц.

— Знаешь, после нескольких бокалов шампанского, твой план начал казался гениальным. К тому же я тоже хотела узнать, как же празднуют корпоратив наши Всевышние. Ну а когда ты прорвалась во второй зал, меня скрутила охрана и вышвырнула из клуба, так что мне пришлось уйти ни с чем.

— Оу, мне так жаль…

— Не надо. Это было даже весело и не так позорно, как я себе это представляла. Правда наши теперь, наверное, думают, что я тоже охочусь за кошельками директоров, но это несмертельно. А ещё, если честно, я была уверена, что тебя вышвырнут вслед за мной, так что я ждала тебя на входе, но ты так и не появилась, ещё и телефон был отключён.

— С телефоном у меня беда. Он не выжил после падения и дождя из алкоголя.

Ксюша сочувственно похлопала меня по руке и неожиданно снова рассмеялась. И её смех был настолько заразным, что