Лучший друг моего брата (СИ) - Софья Крылова

взглядом. Диким и голодным. Отворачиваюсь.

— Нет. Этого не будет. Я вообще не хочу никогда детей. Если бы девка от меня залетела. Тут же отправил бы на аборт. К счастью, со мной такое не случиться. У меня правила: нет защиты, нет любви.

Меня будто простреливает. В голове стучит молотком, уши заложило. Резко стало плохо.

Его слова сразу отправляют меня в самый худший день моей жизни.

Нет, не хочу вспоминать. Я запретила себе это делать.

Хватаю стопку со стола. Тут же опрокидываю ее в себя. Потом ещё и ещё. Пока мысли не оставляют меня в покое.

— Мерзко. Как хорошо, что вас не слышит Кирилл с Кирой. — Выдыхаю. Снова опрокидывая в себя текилу. Ни чувствую жжения, вкуса. Вообще ничего.

— Пойдем потанцуем — тянет меня Ника.

Соглашаюсь. Думаю, ещё немного и я напьюсь. И скажу какую — ни будь глупость. На Савельева стараюсь не смотреть. Но прекрасно чувствую, как он прожигает меня своим темным взглядом.

— С тобой все хорошо? — обеспокоенно спрашивает Ника. Когда мы выходим на танцпол.

— Да все отлично. — Морщусь. Вливаясь в поток музыки. И просто отдаюсь танцу. Не замечая ничего вокруг. Моя голова опустела. Все прошлое оставляя где-то позади.

Алкоголь сильно ударил по мне. Я обычно так много не пью. Но слова Савельева что — то сделали со мной. Не отдавала отчёт своим действиям.

Ника на второй песни выдохлась. Ушла к столику.

— Слабачка- Ника махнула рукой и засмеялась.

Я снова продолжила танцевать. И вот я уже прижимаюсь к парню.

— Красотка, Мы снова встретились. — Оборачиваюсь на голос человека, что трётся об меня.

Бармен! — кричу. Поворачиваюсь к нему лицом.

— Денис, а тебя?

— Ксюша

Парень, конечно, миленький, к сожалению не мой тип. Но для танцев вполне подойдет.

И танцует он неплохо. Когда руки хватают меня за талию. Я напрягаюсь. Парень не успел ничего понять, как ему прилетает по лицу. Он падает на пол.

Поднимаю глаза на башенного. Савельева.

— Еще раз увижу тебя с ней, конечности по вырываю До тебя дошло! — Орет на парня, что лежит, не пытается встать.

Савельев бьёт его ногой в живот.

— Ауч, а вот это не спортивно — замечаю, пытаясь присесть и посмотреть, как там Денис.

Но мне не дает. Савельев хватает меня за руку и куда — то тащит.

— Отпусти, придурок! Дай посмотрю, что с ним! — пытаюсь вырваться из стальной хватки. Только он ещё сильнее сжимает руку, причиняя мне боль.

Запихивает меня в женской туалет. Девчонки возмущённо начинают галдеть.

— Пошли вон! — орет. Они вздрагивают. Поспешно вылетают.

— Савельев, Ты головой где-то приложился? — Ору на придурка, что так и не отпускает. Закрывает дверь за защёлку.

Осматриваюсь и замечаю небольшой диван. Будто специально для того, чтобы можно было трахаться, не отходя от кассы.

— Ты что, Блять, там вытворяла? Танцевала, светила сиськами. И ещё это уёбок тёрся об тебя. И ты, сука, позволяла! — орет на меня.

Отпускает мою руку. Потираю ноющие место.

— Савельев Тебя вообще не должно волновать, что и кому я позволяю. Оставь меня в покое! — кричу в ответ.

— Никогда — Рычит.

И совсем наглеет, когда рука стискивает мою попку, начинаете ее мять, как котенок лапами. Другой рукой хватает за волосы, несильно дёргает.

Приближая к своему лицу, впивается в мой рот с диким рыком и бешеным напором. Он даже не ждёт, отвечу я ему или нет.

Он просто насилует мой рот. Руками шарит по телу, куда могут дотянуться его наглые ручонки. Упираюсь руками в грудь, пытаясь отшвырнуть. Но это же Савельев! Ему все равно, что Хочет кто — то другой.

Это не нормально. Все то что он сейчас делает. Это не поцелуй. Он будто наказывает меня. Показывая кто главный. Мне это не нравится.

Ногтями впиваюсь в его руки. Но это его не останавливает. Он пьяный. До него сейчас не достучаться. Все без полезно. Я в ловушке.

— Савельев-мычу в губы.

Его рука через джинсы лезет и хватает мою задницу, до боли сжимая.

— Хватит, не надо! — начинаю плакать. Слезы катятся по лицу. Оставляя соль на губах.

Савельев тоже это чувствует, отстраняется от губ, смотрит затуманенным взглядом.

— Что происходит? Ты же хочешь. Не сопротивляйся. Я знаю, ты меня любила. Малявка. Мечты сбываются.

Не помню, когда я подняла руку. Слышу только звук громкой пощёчины.

— Пошёл ты, мудак. С возрастом свойственно понимать свои ошибки. — Вырываюсь и убегают из бара. Хватаю верхнюю одежду.

Прохладный воздух освежает. Но делая меня вялой и уставшей.

Слезы продолжают течь по лицу. Не останавливаю поток.

Спустя столько времени. Я опять это делаю.

Думаю о Савельеве лучше, чем он есть. И снова ошибаюсь.

Какая я дура. Чувствую, как меня начинает мутить, шатает из стороны в сторону. Держусь за стену и меня вырывает. Весь алкоголь выходит из меня. Через пару секунд снова выворачивает. Потом опять и опять.

Ощущаю как меня гладят по спине, держа мои волосы. Спустя, кажется, вечность меня отпускает. Блевать больше нечем.

— Лучше? — шепчет Савельев, протягивая бутылку воды. Осушаю.

— Теперь да.

— Пойдем, я вызвал такси.

Сейчас не возражаю его присутствию. Одна бы я не справилась.

В такси меня снова развозит. Засыпаю на коленях у Никиты. Обо всем думать буду завтра.

Глава 7

Похмелье — это отстой. Никогда так не напивалась. И никогда больше не напьюсь. До сих пор мутит. Смотрю на время. Нет ещё и десяти.

На столике лежит булка воды и таблетка. Не думаю о том, как она туда попала. Мне все равно, лишь бы помогло.

После таблетки чувствую себя намного лучше. Снова ложусь в постель. Хочется ещё немного поспать. Но сон никак не идёт ко мне.

Решаю освежиться, смыть весь вчерашний день и забыть о нем.

После душа чувствую себя как заново рождённой.

Нужно выпить кофе и съездить к брату. Хочется понянчиться с племяшкой. Да и родителям дать отдохнуть. Вчера они чуть-чуть посидели.

Меня застаёт в врасплох. Шум на кухне. Живот урчит от запаха Кофе. Осторожно иду на запах.

Застаю на своей кухни Савельева. Переодетый и чисто выбрит. Значит, он ночевал не здесь. Уже хорошо. Да и проснулась я во вчерашней одежде. Кроме, естественно, куртки сапог и носков.

— Что ты здесь делаешь?

Савельев оборачивается на меня, стоя у плиты

.-И тебе доброе утро. Завтракать будешь? — как ни в чем не бывало, ставит перед мной дымящий кофе и яичницу.

— Савельев. Ты умеешь готовить? Удивлена.

Не собираюсь отказываться от