Сыграй мою невесту, бывшая (СИ) - Ксения Фави

так искренне туда уставился, что Майя сразу ее поправила. И подарила мне натянутую улыбку.

— Доброе утро…

— Доброе утро! У нас блины! — мелкий приветствует бодрее.

А я думал, чем необычным пахнет в моей съемной квартире? Ага. Счастьем и уютом.

Вот только правильно Ваня сказал, оно у них.

— Класс! — подмигиваю ему. — Май, я схожу на пробежку. Не надо ничего?

Бывшая пожимает худенькими плечами. Орудует лопаткой и больше не смотрит на меня.

— Да вроде бы нет.

Я выхожу пружинистой походкой. Но внутренне я просто убегаю… Сверкая пятками.

Не хочу просто взять и подумать, что такое утро… Могло быть нашим общим.

Хм, кажется, я все же так думаю.

Бегаю, проветриваюсь. Даю себе больше нагрузки, чем всегда. В парке какие-то две девчонки тоже тренируются, хихикаю, показывают мне палец вверх.

Симпатичные? Не знаю. Я как будто близорукий, вижу их расплывчатым пятном.

Домой возвращаюсь незамеченным, снова иду в душ. Когда спускаюсь в гостиную, никого там не нахожу. Только листок бумаги на холодильнике.

"Мы поехали в студию. На столе блины, доешь. Холодные они все равно будут невкусные потом. Майя".

Да, почувствуй себя батей, доешь за семьей. От глупой улыбки ломит щеки.

Кроме блинов там еще смородиновое варенье и сгущенка в вазочках. Нарезанная ветчина. Делаю себе кофе и ем вкуснейший завтрак за последнее время. При том, что она вообще не обязана была делать на меня.

Хотя… Намекнула же, что все равно бы выкинула.

Допиваю кофе, подхожу к окну и настежь распахиваю его. Хочется выгнать этот запах… Это тепло, которое против воли появилось в квартире и… внутри. Подставляю грудь ветру.

Что она там написала? Едет в студию?

Надо приступить к выполнению своей части договора.

Ее личная школа-студия танцев… Наверное, это больше всего удивило меня в ее будущем. Был уверен, Майя выбрала плыть по течению и просто будет на содержании мужа, которого нашел отец. А уж тот явно бы не выдал ее за бедного.

Но у бывшей не просто работа, а свое дело. Мне ли не знать, какой это труд и риски?..

Ты свободен, как птица в полете. Но так же свободно можешь пиздануться вниз, и никто не подхватит тебя. Перешагнут и затопчут.

Кстати, Майка чуть не упала. Но я поймал ее, хоть и с ужасным, по ее мнению, предложением.

Ладно, если они в студии, значит, мне тоже туда. Не спросил, устраивает ли ее тот район. В любом случае, можно все переиграть.

Глава 5

Майя

К сожалению, я не знаю, где сейчас находится моя мама. В глобальном смысле слова. Мне было пять, когда отец выгнал ее из дома и больше не говорил про нее.

Подозреваю, ее он тоже запугал.

В тот же день папа привел другую женщину, которая в моей жизни не играла практически никакой роли. Была нянькой. Хотя возможно, у настоящих нянь их подопечные вызывают больше эмоций.

Потому что, например, нам с Ванькой с няней повезло. Я нашла ее банально — в мамском чате района. Это младшая сестра одной из тамошних активисток.

Стеша — прекрасный человечек! Ей двадцать, но это безумно ответственная девушка. Учится на логопеда и в свободное время сидит с чужими детьми. За деньги, конечно. Студентке они необходимы. Но берет не очень дорого.

Когда мы лучше узнали друг друга и подружились, я предложила ей место в своей студии. Администратором на полдня.

В параллель Стеша следит за Ванькой, которого я привожу туда. За эти няньские услуги я плачу отдельно.

— Стеша, привет! Мы живем у тёсски!

Сын говорит это слово коряво, через свистящую "с". Няня даже не сразу понимает.

— Что? — морщит аккуратные брови.

Стеша — милая шатеночка, которая всегда кропотливо ухаживает за собой.

Вздыхаю. Надо рассказать новости. Сейчас будет такой же шок, как у сестры.

— Я вышла замуж, — устало опускаюсь перед ней на стул.

— За кого?!

Ах да, она не в курсе.

— За бывшего.

Няня также не знает, кто отец Ваньки. Мы приятельницы, но не близкие подруги.

Но она сразу выразительно смотрит в сторону ребенка. Тот кошмарит черным маркером стеклянную доску. Вроде бы смывающимся.

— Он его? — от шока няня задает бестактный вопрос.

А я и не скрываю. Прикладываю палец к губам только из-за Ванюшки.

— Угу.

— Маленький не знает?

Мотаю головой.

— Там все сложно, Стеш. Лучше пока не говорить.

— Поняла.

В ней я могу быть уверена. Чего не скажешь про все остальные сферы моей жизни.

Но есть еще что-то, что меня радует. Поток клиентов в мою студию не иссякает. Да, он не огромный. Далеко… Но люди все же идут, и сегодня у меня занятие с новым мальчиком. По возрасту ровесником моего сына.

Мама хочет его протестировать и немного подготовить к "поступлению" в большой коллектив. Мечтает, чтобы сын стал танцором.

К слову, мой малыш давно дал понять, что танцы не для него.

У Ваньки вообще две ипостаси. Он может сидеть и кропотливо собирать конструктор, рисовать, слушать книжку. Но если активничает, в нем просыпается настоящий медвежонок! Ему нужно все разбрасывать, валять, ломать. Какие там связки в танцах?.. Пока не представляю, в какой спорт его можно отдать.

Напрашивается борьба, бокс. Но меня смущают травмы в этих видах спорта. А еще, вдруг в мальчике проснется агрессия? В общем, одной парня тяжелее растить, чем я думала.

Кстати, о парнях и о родительстве. Выхожу после конца занятия к ресепшн, а там меня ждет гость. Вовсю болтает с Ванькой и Стешей.

Скрываю удивление, как могу. Во-первых, еще не ушла семья клиентов. Во-вторых, мы же вроде как счастливые молодожены. Я должна радоваться муженьку.

— Стефания, запиши Даниила на среду на это же время, — прошу сотрудницу и поворачиваюсь к маме мальчика, — как я и сказала, нужно занятий десять. А там посмотрим.

Полненькая брюнетка энергично кивает.

— Да! Да! У нас все равно есть месяц до отбора. Лишним точно не будет!

Я пока сама не поняла перспективы маленького Даниила. Никогда не даю гарантий родителям, но выкладываюсь с каждым ребенком по полной. У этого вроде есть способности. Посмотрим.

— Мы можем идти? — высокий папа Даника нетерпелив. — Извините, у меня встреча.

— Да, конечно, — улыбаюсь клиентам.

Мило, что несмотря на занятость, мужчина привез и поддержал семью. Мама Дани счастливая.

Смотрю на нашего папашу. Они с Ванькой что-то рисуют в четыре руки маркерами на стеклянной доске-мольберте. Кажется, спортивную машину. Малыш сидит на стульчике, его отец прямо на полу. Вот точно, первые сорок