Измена. Тайная малышка от бывшего мужа (СИ) - Дари Дэй

— так была загружена новой работой. Без дела вообще не сидела.

Больше года назад Поля уехала в теплый городок рядом с морем. Подальше от нашей серой столицы. В гостинице работает. Горничной. Не весть какая важная должность — но я все равно ею горжусь. Она всего добилась сама. Встает на ноги. И мне предстоит.

Когда возможность была — я ей помогала чуть-чуть. И была благодарна за то, что сестра не забыла об этом. Как только я рассказала о Руслане и о том, что она меня предал — сестра сразу предложила собрать свои вещи и перебраться к ней.

Тут и раздумывать нечего.

С работой поможет. Хоть бы в тот же отель. Хоть и горничной. Я даже такой работы не боюсь. Не стыдно убирать за другими. Стыдно в двадцать три года не уметь обеспечить себя. И я пока не умела. Но собираюсь это исправить.

Пройдя еще пару метров, все же не выдержала и обернулась.

И нашла его взглядом. Так же. У входа в задние ЗАГСа. Он все стоял и смотрел.

И я тут еж приказала себе отвернуться.

Волосы хлестнули по лицу, стирая капельки слез.

Нет. — Сцепив зубы, цедила. — Я никогда его не прощу. Никогда не вернусь.

Хотя я знала, что рву по больному.

А дальше… Дни полетели со скоростью света.

Я собрала свои вещи. Оставила дома все карты. Взяла лишь немного налички. Передала ключи нашей соседке, попросив вручить их Руслану, когда он вернется.

Где и с кем он живет я старалась не думать. Но по ночам то и дело представляла яркие, почти осязаемые картинки, как мой муж ложится в постель к этой Тамаре. Как любит ее всю ночь на пролет. И как она готовит ему домашние котлетки на ужин теперь.

Я закрывала воспаленные глаза ближе к утру. А следующей ночью все вновь повторялось. Снова и снова. И моя подушка насквозь была мокрая от горьких слез.

До нужного города добиралась на поезде. И меня так укачало, что по приезде я два дня валялась в угаре и обнимала фаянсового друга в крохотной квартирке сестры.

Полинка, насколько это было возможно, окружила заботой. Взяла выходные и варила мне куриный бульон, а вечерами гладила по волосам, утешая.

На третий день она сама сходила в аптеку и принесла мне тест на беременность.

— Сделай, — неловко переминаясь, сказала. — А то мало ли… Чем черт не шутит. Конечно, может и акклиматизация просто…

Только в этот момент я вспомнила о задержке, и сложила в голове два плюс два.

Сердце в груди замело. И перестало стучать до тех пор, пока я не увидела на тесте две заветных полоски.

— Ну что там? — Просунула любопытная сестра голову в ванную комнату, и замерла увидев меня.

Я сидела на краешке ванны и плакала. Всхлипывала, утирала слезы, и снова рыдала.

Полинка вытянула тест из моих рук. Посмотрела. И рядышком села.

— Ну чего ты плачешь? — гладила она меня по спине. — Ребеночек… Ну и что, что отец козел? Нашего вспомни. А мы вон какие классные у него получились. Ну не плачь, я прошу… А то у меня сердце в груди разрывается…

Я вскинула на нее мокрый взгляд.

— Ты не понимаешь, Полин… — жалобно шмыгнула носом. — Я плачу от счастья…

9

Руслан.

Как попал в этот бар на окраине города просто не помню. Не помню и того, сколько прошло дней с момента, как я последний раз видел Ее. Свою девочку. Свою Сашку.

Любовь всей моей жизни, которую я потерял.

Винить в этом некого, кроме себя.

Потому я глушу внутренний голос в крепких напитках. Янтарная жидкость одного из таких жжет мне глотку, когда я опрокидываю махом стакан.

Горблюсь, сидя за стойкой. Слепо пялюсь в дно пустого стакана. И гаркаю злобно:

— Бармен, повтори.

Спустя три стакана кто-то хлопает меня по спине. Оборачиваюсь, с трудом беря в фокус лицо старого друга. Артур Ковалев теперь на постоянной основе живет заграницей, и в сюда возвращается редко.

Обычно мы классно кутим в такие моменты. Но сегодня мне не до того. Артур это понял, как только услышал в трубке мой посаженый голос. И без вопросов примчался эту дыру.

— Ну что, брат? — усмехнувшись, сел рядом, заняв свободный барный стул. Дал бармену жест — еще два напитка. — Рассказывай.

Я запустил руку в волосы, силясь то ли поправить прическу, то ли выдрать волосы к чертовой матери вместе со скальпом.

— Нечего рассказывать. Я все про… срал. Ее. Потерял ее.

— Развелись все-таки?

Я кивнул.

Артур помолчал, глядя уже не на меня, а перед собой.

— Ты прости, дружище. Я даже не спросил, как дела у тебя. Милка, как?… — а потом я резко заткнулся. — Хотя, знаешь, нет. Лучше не говори. Я че то не вывезу наверное слышать, как у вас все хорошо.

На губах друга появилась грустная полуулыбка.

— А у нас правда все хорошо, — будто насмехаясь надо мной сказал он. — Второго ждем. Девочку. Решили Маруськой назвать.

— Млять, ты смеешься? — подвывал я охрипши. — Нет, я, конечно рад за тебя, но…

— Нет, ты нихрена не рад, брат. — Артур осуждающе покачал головой. — Потмоу что в груди у тебя все дерет от боли. Я же знаю. Сам в такой ситуации был. На стены лез без нее. Чуть с ума не сошел.

— Че теперь делать? — Спросил я как-то беззвучно, не надеясь на руководство к моей сломанной жизни.

— Дурак ты, конечно.

— Дурак, — подтвердил.

— Не что изменил. А что отпустил. Изменить могут все. Ошибиться. Оступиться. Момент, и сам не понимаешь, что под другой телкой делаешь. А последствия такие, что потом только и остается расхлебывать, да надеяться, что не захлебнешься к херам.

— Отпустил… — повторил я глухим эхом, вертя в пальцах стакан. Снова пустой. — Не мог не отпустить. Она не простит, понимаешь? Мне что, силой что ли держать? На цепь посадить? Да я и бы и посадил, если б был хоть один шанс, что она когда-то простит… Но она не простит, понимаешь? Она когда смотрела на меня…

Я внутренне сжался, вспоминая взгляд своей девочки.

Артур положил ладонь мне на плечо в знак поддержки:

— Знаю. Это самое хреновое. Когда смотрят, как на предателя. И видят предателя.

Историю Артура Ковалева можно прочитать в книге

"Измена. Тайный малыш от предателя"

Книга завершена/однотомник/хэппи-энд.

«Артур, у нас мальчик. Вес: 3500, рост: 55 сантиметров. Поздравляю, ты стал отцом» — такая смс пришла на телефон моего