К таким, как ты, не возвращаются (СИ) - Айрон Мира

Тёмные ресницы Баадура Александровича медленно поднялись, помутневший взгляд огромных зелёных глаз вперился а потолок.

Даша склонилась над хозяином дома, и кончик её косы на этот раз угодил тому прямо в нос. Баадур взял косу в руку, а взгляд его сфокусировался на испуганном лице Даши.

— Ну здравствуйте, Дарья Васильевна, — хрипло сказал Баадур. — Я так и знал, что вы затаили на меня обиду. Признавайтесь, что вы сделали со мной? Порчу навели? Или просто дали по башке?

Глава 3

— Ну… если вы шутите, Баадур Александрович, значит, не всё так плохо? — голос Даши опять предательски задрожал. Ей было очень жаль хозяина дома. — Здравствуйте.

— Здоровье мне сейчас не помешает, тут вы правы. А вы почему так испугались-то? На вас лица нет.

— На вас, думаете, есть?

— Умеете вы подбодрить, Дарья Васильевна! А телефон зачем сейчас достали?

— Скорую нужно вызвать.

— Нет, не надо. Не надо скорую, — Баадур положил ладонь на руку Даши, не давая позвонить.

— Вы что, боитесь врачей, Баадур Александрович?

— Я никого не боюсь, — ему удалось это произнести высокомерно, хоть он и смотрел на Дашу снизу вверх. — Просто чувствую, что не надо. Скоро совсем очухаюсь. Можете дать мне воды?

Кивнув, Даша с готовностью вскочила, но Баадур опять поймал её за руку. А себя тоже поймал: на мысли, что ему по-прежнему нравится прикасаться к Дарье Васильевне. Даже сильнее нравится, чем при первой встрече.

— Не трогайте, пожалуйста, ничего из того, что стоит на столе, хорошо? Воды наберите из кулера. Там и стаканы одноразовые есть, вот в такой стакан.

— Поняла, не беспокойтесь, — Даша скрылась в кухне.

Баадур осторожно сел и даже потряс головой. Вроде, ничего. Не мутит, голова не кружится. Слабость есть. Откинувшись на спинку дивана, внимательно смотрел на Дарью Васильевну, которая вошла с двумя пластиковыми стаканчиками в руках.

Она предложила Баадуру выбор, а из того стакана, который остался у неё, тут же выпила всю воду. Баадур оценил её жест. Она хочет, чтобы он ей доверял. Но сначала пусть ответит на его вопросы.

— Как вы здесь появились, Дарья Васильевна? — голос у Баадура почти полностью восстановился.

— Мне удалось узнать ваш адрес, и я приехала, чтобы просить вас о помощи. Но сначала я звонила вам, вы не отвечали. И ещё кто-то звонил, когда я зашла в дом.

— То есть, мои персональные данные есть где-то в свободном доступе? Адрес, номер телефона? — удивился Баадур.

— Нет.

— Понятно, — усмехнулся он. — Но вы, конечно, не скажете, как вам удалось узнать их?

— Может, позже и расскажу, — уклончиво ответила Даша.

— А в дом вы как попали? И был ли тут ещё кто-то?

— Здесь я никого, кроме вас, не видела. А вошла через ворота и в двери. Всё было открыто.

— Замечательно, — Баадур потёр виски. — А жёлтая спортивная машина у дома или во дворе стоит?

— Нет. У дома стоит только моя машина.

Баадур начал вставать, и Даша, вскочив, придержала его локоть двумя руками. Он молча принял её помощь. Чувство было двоякое: с одной стороны, совсем не хотелось выглядеть при ней слабаком, а с другой, — ему очень нравилось то, как она за него переживает.

— Куда вы собрались, Баадур Александрович?

— В кабинет. Это здесь, на первом этаже. Проводите меня?

— Конечно.

Двери в кабинет были открыты. Высвободив руку, Баадур подошёл к сейфу. Сейф тоже оказался открыт. Заглянув внутрь, Баадур выпрямился.

— Так я и знал, — махнул он рукой.

— Вас обокрали? Значит, нельзя было ничего трогать тут, Баадур Александрович! Что же вы так неосторожно? Ведь полиции…

— Не будет никакой полиции. Давайте вернёмся в гостиную.

— Вам плохо?

— Если только от мысли, что меня развели, как наивного чукотского юношу.

Они вернулись, и Баадур вновь устроился на диване. Даша стояла, сжав ладони, и Баадур недоумевающе и выжидательно смотрел на неё. Собирается она опять сесть рядом с ним, или так и будет стоять?

Даша, будто поняв, села.

— Почему вы не хотите вызывать полицию, если вас обокрали, Баадур Александрович?

— Мне вновь приснилась Инга, — задумчиво и немного грустно ответил Баадур. — Второй раз за этот год. До этого она никогда мне не снилась.

— Инга? — робко спросила Даша.

— Да, — кивнул Баадур. — Моя покойная жена. Её не стало четыре года назад, она разбилась на машине. Очень любила быструю езду и была фаталисткой.

— Очень жаль, Баадур Александрович. Сложно выражать сочувствие в таких ситуациях.

— Да. Впервые Инга мне приснилась в конце прошлого лета. Она осудила меня за мой выбор. Сказала, что не ожидала такой глупости от меня.

— А что вы выбрали?

— Не что, а кого. Девушку. Вику. Хотя… Вы правы, всё-таки она что, а не кто.

— И сегодня Инга вновь приснилась вам? Прямо сейчас, когда вы спали на диване в гостиной?

— Да. Она сказала, чтобы я отдал им всё, пусть подавятся. А мне судьба скоро даст намного больше. После прошлого сна… Я склонен прислушиваться к словам Инги. Но проверить надо.

Баадур взял со стола телефон и набрал номер. Даша слышала, как бесстрастный электронный голос ответил, что абонент находится вне зоны доступа сети. Баадур позвонил снова, — с тем же результатом.

— Что и требовалось доказать.

— А что у вас украли? Или это секрет?

— А вы заперли ворота и двери?

— Да, конечно. Только под охрану не сдала, не умею.

— Потом, — опять махнул рукой Баадур. — Наличку я в сейфе не храню. Предпочитаю держать деньги на счетах. В сейфе была коллекция старинных монет, которую завещал мне мой дед, и драгоценности Инги. Я хранил это всё как память. Я не нумизмат и не коллекционер, меня монеты мало интересуют. Но дед очень дорожил своей коллекцией. И кажется, я знаю, кто заказчик сегодняшнего спектакля.

— Кто?

— Один очень влиятельный в определённых кругах человек. Помешан на старинных монетах. Коллекционеры — они же, как правило, знают друг друга. Этот человек знал о коллекции деда. Возможно, даже бывал у деда дома и видел. Удалось ему и узнать, что коллекция досталась мне. Несколько раз он засылал ко мне людей, предлагал продать ему коллекцию. А я упёрся. Память же.

— А эта Вика…

— Нет, — Баадур покачал головой. — Изначально она не была подставной. Мы познакомились абсолютно случайно. Но не зря говорят, что у каждого человека есть своя цена. Купили и Вику. Видимо, в какой-то момент Вике стало выгоднее обнести меня, чем оставаться со мной. Тем более, я не хотел жениться на ней. После Нового года её как подменили. Она уволила троих помощниц по хозяйству. Видимо, ей нужно было обыскивать дом, а помощницы мешали. Однако с последним увольнением я категорически не согласился, уговорил Елену Викторовну вернуться. Сейчас она в отпуске. Вот Вика и поспешила выполнить задание. Но не удержалась, пожадничала, прихватила украшения Инги.

— Знаете, чужие украшения, да ещё украденные, счастья и удачи точно не принесут. И коллекция тоже. Ваша Инга права. Вы избавились от предателя в доме.

— Это точно. Уверен, Вика уже на пути куда-нибудь за границу. Это при хорошем для неё раскладе. Если её не обманули. А при худшем…

Баадур замолчал, но Даша и так всё поняла.

— Вы в опасности, Баадур Александрович! А у вас даже поста охраны нет в посёлке, улица — проходной двор!

— Зачем мне охрана? Я не махараджа, чтобы меня охранять. Да и кому я нужен теперь? Доказать-то всё равно ничего не смог бы. Но замки я поменяю, даже на воротах. Завтра же.

— А сегодня? Вы уверены, что здесь безопасно?

— Если так переживаете, оставайтесь, — усмехнулся Баадур. В его огромных глазах был вызов, и даже что-то провокационное. — Будете меня охранять. Вы же спасли меня.

— Я вас не спасала. Вы бы сами проснулись. К счастью, ваша Вика не переусердствовала со снотворным. Но я останусь.

Баадур поднял брови и прикусил губу. Очень интересно. Его взгляд скользнул по фигуре Даши.

— Правда, не так, как вы себе воображаете, махараджа! — насмешливо сказала Даша. — Потому поберегите себя, вы ещё слабы.