Помощница на заказ (СИ) - Альма Либрем

скандал, рассказала бы, что с деловыми партнерами так вести себя нельзя. Впрочем, кто б это ещё сюда Олю пустил! Даниил ведь не дурак, отдавать свою любимую жену в руки такого идиота, как Воронцов! Это я могу добровольно согласиться на такое приключение, и то не просто так.

— Знаешь, — наконец-то вкрадчиво промолвила Анжелика. — Нам с Асенькой кажется, что ты принял поспешное решение…

Мне почему-то показалось, что Кириллу глубоко наплевать н то, что там его мать с Асенькой думают. По крайней мере, он с таким видом закатил глаза, словно большей глупости в своей жизни не слышал, чем сейчас вот от мамы.

— Ну, я всё равно уже всё для себя решил, — пожал плечами Кирилл. — Мы подписали договор о трудоустройстве. Так что… Ксения теперь работает здесь.

Я мило улыбнулась и затрепетала ресницами. Как мило, что Воронцов сейчас на моей стороне, а Асенька и Анжелика Пантелеевна вынуждены с ним бороться. За своё рабочее место я совершенно не переживала, потому что знала: Даниил меня потом и так на работу возьмет, на старое место, а трудиться в поте чела в доме Воронцовых у мен особенного желания нет. Я вообще, скажем так, с другой целью здесь нахожусь. Но, так или иначе, раз уж явилась, то надо доиграть до конца.

— У нас не настолько много места, чтобы можно было размещать здесь дополнительную прислугу, — скривилась Воронцова-старшая.

— Ну да, — поддержала Асенька. — К тому же, Ксении будет не слишком приятно жить в домике для слуг, под одной крышей с охраной… Правда ведь?

Ну, я и с Асенькой тоже не особенно хочу под одной крышей жить, но ничего страшного, не помру от горя, если вдруг придется потерпеть. И кто сказал, что именно она меня вытравит, а не наоборот?

Кирилл только спасибо скажет, судя по выражению лица.

— А Ксения не будет жить в домике для слуг, — вмешался Воронцов прежде, чем я успела сообщить о своих намерениях. — Она будет жить здесь.

— Здесь?! — возмутилась Анжелика Пантелеевна? И где же? Василиса Михайловна живет одна, но ей положено по статусу, Вика и Лиза вдвоем, ты предлагаешь поселить туда ещё третью девочку? Извини, но прислуга — это тоже люди, и мы должны заботиться об их комфорте.

Я открыла рот, чтобы заявить, что я не прислуга, но не успела.

— Ксения — не уборщица или кухарка, — вмешался Кирилл, который явно не стал бы меня защищать, если б не эта длинноногая и раздражающая одним своим видом Асенька, — а моя личная помощница. Разумеется, она не будет жить со слугами. Её место — рядом со мной.

В его кровати, что ли? Ну-ну, Воронцов, не так быстро!

Я сделала полшага назад, чтобы стоять вровень с Кириллом, и с силой ударила его локтем под ребра, напоминая о собственном существовании и о том, что я не собираюсь так просто сдаваться врагу. Он скривился, но ничем не выдал того, что одержал травму, только раздраженно зашипел в ответ.

Нет уж, мажорчик. Со мной ты спать не будешь!

— Я имею в виду, разумеется, в соседней комнате, — поспешил исправиться Кирилл. — Там ведь рядом есть свободное помещение.

— Но, — вмешалась Анжелика Пантелеевна, — это была моя спальня!

Воу! Меня селят в хозяйскую спальню?

— Да, пока там, где сплю я, ночевал папа, — пожал плечами Кирилл. — Но ты же сама заявила, что после его смерти не можешь там находиться. Комната давно пустует… Так что, не вижу никаких препятствий, чтобы Ксения не могла там поселиться.

— Но… Но… — Ася даже подалась вперед, пытаясь выдавить из себя какое-то оправдание, но разочарованно откинулась на спинку стула, поймав на себе полный раздражения взгляд Анжелики Пантелеевны.

Очевидно, Воронцова-старшая сочла её ремарки неуместными, потому что сверкала глазами так, как будто убить хотела. Ну что, не сказать, что я не понимаю это её инстинктивное желание, мне самой Асю придавить хочется, но только не я ж её сюда привела! И даже не Воронцов.

— Хорошо, — прошипела Анжелика Пантелеевна. — Допустим, ты поселишь Ксению в моей бывшей спальни. Предположим, я даже соглашусь…

— Я не спрашиваю, — перебил её Кирилл. — И этот разговор не имеет значения. Ксю, — он повернулся ко мне, — пойди-ка найди Василису Михайловну, пусть она тебя устроит. Скажи, я велел. А потом можешь с охранником прокатиться к себе, вещи забрать. Я его пришлю. И иди, нам тут с маман поговорить надо.

От уважения в его голосе не осталось ровным счетом ничего. Неужели присутствие Асеньки настолько гневом глаза застилает?

Но я не стала спорить, а вместо этого прилежно улыбнулась и ускользнула за дверь. Вслед мне донеслось возмущенное женское восклицание, но я не оборачивалась. Если хочу здесь задержаться, должна хоть немного, но всё-таки не доставать Кирилла, а воспользоваться его локальным расположением, обустроиться тут, закрепиться на месте.

А потом буду трепать ему нервы.

Пусть даже не надеется на то, что всё пройдет так просто!

Блуждая по дому, я забрела на кухню и обнаружила там трех женщин. Одна из них, пухлая и милая на вид, крутилась у плиты, вторая, лет тридцати пяти-сорока, какая-то подозрительно знакомая на вид, сидела на стуле и раздраженно накручивала русую прядь на палец, третья, совсем молоденькая, нарезала овощи на салат.

— Всем привет! — бодро провозгласила я. — Я Ксюша! Мне Кирилл сказал найти Василису Михайловну, чтобы она помогла мне поселиться…

Все трое, до сих пор даже не обращавшие на меня внимания, одновременно подняли на меня удивленные взгляды.

— Привет! — улыбнулась самая молодая девушка. — Я Лиза! — она представилась мне с таким радушием, словно уже заранее готовилась стать моей подругой, вне зависимости от того, кем я тут работаю, и тряхнула светлыми волосами.

Вид у Елизаветы был, скажем прямо, наивным. Эдакая деревенская или провинциальная девочка, из которой всякие Воронцовы ещё дурь не выбили, с надеждами на прекрасное будущее и намерениями остаться в столице и потом позвать в гости в снятую на последние деньги квартирку всех-всех родственников, чтобы похвастаться тем, что добилась хоть чего-то и смогла закрепиться в столице. Возможно, Лиза никакого счастья тут не найдет, но хоть иллюзия будет…

Я тоже о таком мечтала. Увы, но уже успела понять, что всё не так просто, как мне прежде казалось.

— Это Василиса Михайловна, — радушная и добрая Лиза, кажется, не оценила, что больше никто не собирался мне представляться, потому решила сама разрешить эту ситуацию, как умела. То есть, просто представить мне оставшихся женщин. — А это Вика…

— Я не нуждаюсь в том, чтобы меня представляли, — закатила глаза русоволосая. — Куда тебя