Послевкусие наших ошибок (СИ) - Франц Хельга

— А теперь наконец вы вырвались из лап своего дракона, и сами пришли ко мне в руки. — Склоняет на бок голову мужчина. — Кстати, дракон в курсе?

Боже, как его жена выносит? Это не мужчина, а просто ходячий соблазн. Он обволакивает своим низким голосом, как паук паутиной.

Хватаю стакан с водой и делаю несколько длинных глотков.

— Поймите, Анастасия, я ни в коем случае не хочу вас обидеть. — Продолжает свой монолог. — Мне бы просто понимать, чего ждать. А то дракон-то ваш… огнедышащий, как нагрянет, как рыкнет, и от моего бизнеса останется лишь пепел. А так я бы заранее пожарную бригаду вызвал. Может вы мне от него письменное разрешение принесёте? Так бы мне было гораздо спокойнее.

Закатываю показательно глаза.

— Громов не в курсе, что я сейчас на встрече с вами. Его мнение никак не отразится на моей работе. Это моё личное дело. Просто я решила, что уж слишком засиделась в декрете. Хочу творить. И выгодно продавать свои изделия.

— Хм… Поругались?

— Давайте не будет смешивать личное и работу. Так вам нравится моё предложение, или вы мне зубы заговариваете, пытаясь подобрать слова для вежливого отказа? Вы не переживайте, я прекрасно понимаю слово «нет».

— Я согласен на ваше предложение! — Его тон резко становится серьёзным, а взгляд цепким и острым. — Но ваши изделия будут проходить полную экспертизу. И только после заключения экспертов поступать в продажу моих ювелирных магазинов. Стоимость тоже будем определять после независимой оценки. Я распоряжусь выделить для вас место на витрине. Ваши украшения будут представляться консультантами как авторские работы в единственном экземпляре с вашим именем. Я буду забирать десять процентов от их стоимости. — И вновь на его лице появляется хитрая улыбка, а голос превращается в сладкий кисель. — Последнее, кстати, по блату, как жене моего глубокоуважаемого друга-банкира. Не будь вы Громовой, сдирал бы все тридцать. Это будет моим козырем при следующей сделке с вашим мужем. Буду требовать снизить процент по кредиту. И пусть только попробует мне отказать.

Мои губы сами расплываются в улыбку. Ну видно же, что шутит. Перед ним сложно устоять. Ещё один альфа самец, как и мой муж. Но только Димка берёт нахрапом и настырностью, а этот — сладкими речами и неожиданными мужскими поступками.

— Договорились.

— Вот и прекрасно. Оставьте свои контакты. Как только мои юристы составят договор, я с вами свяжусь, и мы встретимся для их подписания. Вот адрес, куда нужно будет сдавать ваши изделия на экспертизу. Я с этой фирмой сотрудничаю уже давно и полностью им доверяю.

— Хорошо. Я отвезу им часть уже готовых украшений на днях.

— Тогда пожмём друг другу руки, Анастасия? — Протягивает мне ладонь Соболевский. — С вами приятно иметь дело.

— А давайте. — Отвечаю на его рукопожатие. — Вы тоже ничего.

_____________

*История любви Соболевского Никиты «Аксиома фиктивного брака»

Глава 8

По дому порхаю, словно бабочка. Мне до сих пор не верится, что у меня всё так легко получилось. Сам Соболевский согласился со мной сотрудничать. Это победа!

И это так греет душу. Так повышает мою уверенность, которая достигла отрицательных значений после предательства мужа.

Снова чувствую себя человеком. И пусть пока ещё не совсем полноценным, но я уже на пути к этому.

Неделя пролетает в творческом процессе. Все дни я провожу в мастерской, прерываясь лишь на кормления малыша перед двумя дневными снами. Вечера — в общении со старшими детьми и полном игноре мужа и его попытках как-то изменить ситуацию и загладить свою вину.

К выходным атмосфера в доме снова накаляется. Диму явно не устраивает моя позиция и несговорчивость. Он становится раздражительным и нервным.

В субботу старших детей забирают родители мужа, младшего оставляю с супругом дома, а сама сбегаю подальше от взрывоопасной обстановки… в салон красоты.

Меня так вымотала наша молчаливая борьба, что захотелось просто спрятаться и побыть в тишине.

Спасительным решением становится запись на «Ягодное обёртывание».

В кабинете мастера лёгкий полумрак и приятная музыка. Полностью раздевшись, надеваю одноразовые трусики и шапочку.

Меня укладывают на кушетку. Пытаюсь раствориться в ощущениях. У нас обеспеченная семья, а я, стыдно кому сказать, ни разу не была на косметических процедурах.

Отключаю мысли и уплываю в ощущения…

Прохладные руки натирают моё тело скрабом, плавно спускаясь от плеч к ногам. Затем поглаживающими расслабляющими движениями наносят желе. Специальное для этой процедуры, с запахом лесных ягод.

Он проникает в мои поры…

Меня заворачивают, как бисквитный рулет, в полиэтиленовую простынку. Затем хлопчатобумажные полотенца. И верхним слоем накрывают термоодеялом, оставляя на двадцать пять минут релаксировать под успокаивающую музыку.

Я закрываю глаза. Позволяю себе наконец побыть с самой собой наедине, не думая о детях, муже, проблемах.

Почти засыпаю…

Но время пролетает мгновенно. Не успеваю опомниться, как меня уже раскрывают от «одёжек» и отводят в душ. Смываю ягодный коктейль под тёплыми струями воды, чувствуя под руками гладкость и шелковистость кожи. Приятно…

Мне нравится, каким ухоженным стало моё тело после глубокого очищения.

Меня снова укладывают сначала на спину, потом на живот. Наносят массирующими движениями ягодную сыворотку для снятия раздражения и увлажнения кожи. Втирают в каждый сантиметр возрождающий к жизни бальзам.

И в самом конце угощают ромашковым чаем.

Полный отдых и умиротворение…

Господи, чего же я себя лишала все эти годы. Мне как-то всегда было совестно тратить деньги мужа на такие вещи.

А сейчас совесть обиделась…

Чувствую себя совсем другим человеком. Переродившимся. Не загнанной бытом и заботами многодетной мамой, а отдохнувшей и привлекательной женщиной.

В приподнятом настроении возвращаюсь на своей машине домой. Димка играет с малышом в детской.

Как только я вхожу в комнату, сразу же подвергаюсь пытливому сканированию мужа.

Интересно, что он каждый раз пытается во мне разглядеть?

— Где ты была? — Удостаиваюсь строгого вопроса.

— В салоне красоты. Ходила на обёртывание.

Не вижу смысла скрывать. Игры в «кошки-мышки» не про меня. Забираю ребёнка и иду укладывать его на второй сон. Ярик уже во всю клюёт носом и трёт глазки. Засыпает быстро и без капризов. Выхожу в кухню попить чаю.

Надо же ещё ужин приготовить. Или не надо? Никак не могу решить для себя, как мне теперь вести себя с Димкой.

Домработница и няня приходят только по будням. В выходные мы предоставлены сами себе.

Старшие дети будут отсутствовать до вечера воскресенья. Для кого надрываться тогда?

Решаю устроить вечер ленивца и заказать еду из ближайшего ресторана. И вновь зависаю…

А мужу заказывать? Как-то некрасиво получится, если я закажу лишь для себя.

Ох, не быть мне стервой в этой жизни! Я так не умею. Чтобы отрубить, как ненужный ломоть, и выбросить, нужен совсем другой характер.

Как будто чувствуя мои терзания, в комнату заходит муж.

— Мне звонил Соболевский. — С упрёком замечает Димыч.

Вздыхаю, готовясь к битве. Раскрываю листовку-меню и сосредотачиваюсь на выборе.

— Я был очень удивлён, узнав от постороннего человека, что моя жена собралась работать. Зачем?

— Нас сложно сейчас назвать нормальной супружеской парой, которые делятся всем друг с другом.

— Может потому что ты отказываешься разговаривать со мной?

— А может потому что ты мне изменил, променяв на другую? — Резко разворачиваюсь к нему лицом я.

Димка молниеносным движением сокращает между нами расстояние, заключая меня в свои объятия и утыкаясь лицом в шею.

— Никто мне не нужен. Никто! Ты одна для меня важна! Как я по тебе соскучился, маленькая моя. — Покрывает поцелуями самые чувствительные места муж, сжимая руками и не позволяя вырваться.