Пелена чувств (СИ) - Франц Хельга

Мне бы не хотелось, чтобы из-за разногласий взрослых пострадал ребёнок. Надо их убедить не отказываться от моей помощи. Главное не вспоминать про Даню. Абстрагироваться. Я выдержу. Я сильная. Воспоминания меня не сметут.

Полина, моя медсестра, заглядывает с улыбкой ко мне в кабинет:

— Екатерина Михайловна, там семья Бондаренко. Приглашать?

— Да, конечно. Зови.

В кабинет заходят Янис и Лана. Узнав меня, замирают на входе. А я встаю из-за стола и иду им на встречу:

— Доброе утро. Не удивляйтесь. Вы не ошиблись. Я и есть Коваль Екатерина Михайловна. Простите, Янис, что на ваш рассказ про Еву я не призналась ещё в Сочи, кто я есть на самом деле. На тот момент мне казалось правильнее сначала рассказать вашему другу, он тоже не знал.

— Теперь понятно, — кивает Янис, — почему вы под чужим именем зарегистрировались. Даня рассказывал. Видимо, чтобы спокойный отпуск себе обеспечить.

— Не обижайтесь. Ничего плохого в это не вкладывалось. Я бы в любом случае приняла вашу Евочку раньше. Как только бы вы прислали документы с запросом на консультацию. Я всегда сама всё просматриваю и оцениваю срочность случая.

— А Данил…? — подает осторожно голос Лана.

— Давайте не будем терять время. — Прерываю я тут же. — У меня его не так много. Простите. А то что было в Сочи, пусть остаётся в Сочи. Хорошо? А где Ева?

— С нами приехал мой племянник. Он сейчас гуляет с ней на детской площадке во дворе вашей клиники. — Снова вступает в разговор Янис.

— Отлично. Это хорошо, что она рядом. Я изучила её документы. Случай, действительно, нестандартный, но препятствий для операции я не вижу. Мне, конечно, пришлось тщательно подготовиться к ней, чтобы учесть все нюансы и риски, и даже подключить дополнительных специалистов. Но, тем не менее, я предлагаю назначить операцию уже на завтра. А сегодня положить Еву вместе с Ланой в предоперационную палату, чтобы взять необходимые анализы и подготовить девочку. К сожалению, по правилам клиники с ребёнком в палате постоянно может находиться только один родитель. Но я попрошу девочек сделать поблажку, чтобы вы, Янис, могли беспрепятственно посещать своих дам, но ночевать придется вне клиники. Извините.

— Ничего страшного. Мы подстроимся. Спасибо.

— Не за что.

— Крёстный Сони обещал оплатить ей отдельную одиночную палату. Боюсь, он даже без нашего вмешательства это сделает. — Снова осторожно вступает в диалог Лана. Но видно, что не называет имени Данилы специально, из уважения к моей просьбе.

— Прекрасно. Это даже к лучшему. Позволит избежать лишних жалоб родственников остальных пациентов, которые вынуждены приходить строго в часы приёма. Пойдемте. Полина вам покажет палату. Проведёт первые необходимые обследования. Завтра утром натощак возьмёт анализы. Я к вам подойду непосредственно на эхокардиографию и узи сердца, чтобы самой убедиться, что мы ничего не упускаем. — Проговариваю я, выходя из кабинета. — Поля! Проведи, пожалуйста, семью Бондаренко в платную палату. Помоги устроить девочку и оформить все документы. Ну и все обследования перед операцией, что я прописала, как обычно, в моём присутствии.

— Конечно, Екатерина Михайловна, — как всегда улыбается Поля. Хорошая девочка. Повезло мне с ней.

— Спасибо тебе, Катерина! — со слезами на глазах обращается ко мне Лана. — Спасибо!

— Не волнуйтесь. Всё будет хорошо. Поля вам всё покажет. Если есть вопросы, обращайтесь к ней. Она меня найдет.

— Катя, Данил, он…

— Не надо. — Перебиваю Яна резко. — Это не важно уже. Сейчас главное здоровье Евы. Давайте на этом и сосредоточимся. Мне надо быть в форме перед операцией. Собранной и без лишних эмоциональных всплесков.

— Ясно. Извини. — Тушуется Ян.

Я быстро возвращаюсь в кабинет. С шумом выдыхаю. Кажется, всё прошло хорошо. Никаких атак воспоминаниями. Главное, не давать себе раскачиваться эмоционально. Всё только по делу.

Так держать! Молодец, Катя! Ты профессионал своего дела. Вот им и занимайся. А карусель чувств — это не для тебя. Если повезёт, то с крёстным девочки ты даже не увидишься.

Глава 11

Я смог вырваться к Янису и Лане в клинику уже, когда операция давно началась. Вчера вечером заскакивал к Еве перед сном, чтобы подбодрить и немного поиграть. Врача их не застал, была на консилиуме каком-то в другом корпусе. Но Янис убедил, что всё под контролем. Надеюсь, что так всё и есть.

Друзей нашел в зале ожидания перед операционным блоком. Лана вся на нервах. Ходит из угла в угол. Еле сдерживается, чтобы не зареветь. Янис сидит, смотря неподвижно в одну точку.

Лану решаю не трогать. Не хочу спровоцировать истерику. Сажусь рядом с другом.

— Есть новости? — тихо спрашиваю.

Янис отрицательно качает головой:

— Рано пока. Как минимум ещё часа два должна операция идти.

Все эти два часа сидим втроём. Я иногда выхожу за кофе для себя и друзей. Да и самому как-то неспокойно. Как подумаю, что там малышка совсем одна, на операционном столе… чёрт. Лучше не думать.

В какой-то момент дверь операционного блока распахивается и оттуда выходит моя Катя, снимая шапочку и маску с лица. Улыбается. Смотрит только на Яниса и Лану. На меня вообще внимания не обращает, как будто меня тут нет.

— Операция прошла успешно. Ева её хорошо перенесла.

— Ура, — с облегчением выдыхает мой друг.

— Слава богу. Спасибо. Спасибо. — Лана бросается на шею Кате. — Катенька, спасибо тебе.

— Выдыхайте, самое страшное позади. — А это уже Катя успокаивающе похлапывает Лану по плечу.

И один я стою как пришибленный. И только её бейджик перед глазами — Хирург-кардиолог. Коваль Екатерина Михайловна.

Мой мозг взрывается, потому что я понимаю, что бездоказательно обвинил и послал Катю тогда в Сочи. Не захотел выслушать. Обиделся, блядь. И я теперь со всем размахом понимаю свой тупизм, по-другому не скажешь. Потому что моей Кате нахрен не сдались финансовые отчеты.

Она, мать её, хирург-кардиолог. Она детские жизни спасает. Ей дела нет до шпионских игр в моём бизнесе. Вот это я лохонулся.

И эта левая фамилия, указанная в журнале регистрации отеля, теперь приобретает совсем другой смысл. Я ведь сам ради Евы собирался её достать хоть на Мальдивах, хоть на Северном полюсе, если вдруг она туда отдыхать рванёт. Вот от таких придурков как я она под чужими именами и скрывается во время отпуска.

И как теперь исправлять ситуацию? Она меня прощать не собирается, это я по взгляду понял, что она только что мимолётно на меня бросила.

Эту Катю — строгого, собранного врача, застёгнутого на все пуговички, с волосами, закрепленными на затылке — я не знаю. Я даже не знаю, как к ней теперь подступиться.

— Вас Полина сейчас проводит в мой кабинет. Там мы подробно всё и обсудим. — Кивает Катюша на подошедшую к нам девушку. — Я только переоденусь. Загляну в реанимацию и приду. Дождитесь меня.

В кабинете Катерины Янис с Ланой занимают стулья возле стола, а я устраиваюсь на диване у стены. Сидим молча. Лана время от времени шмыгает. А Янис пытливо смотрит мне прямо в глаза, и ничего не говорит. А чего говорить? Я и так знаю, что дебил. У меня звонит телефон. Не смотря на экран, принимаю вызов.

— Да?

— Дань, короче, похоже Катерина твоя не при делах совсем. Телефон оказался настоящим, принадлежит он Коваль Екатерине Михайловне, врачу детской клиники здесь в Москве. Кстати, в медицинских кругах довольно известному врачу. Ну, ей просто незачем ввязываться в ваши интриги. Да и судя по видео из отеля, когда она вернулась с фуршета, выглядела она не как стерва-интриганка, скорее, как девушка, которую очень сильно обидели. А вот у Сони рыльце в пушку по самое «не балуй». Мои ребята обнаружили крупную сумму денег, поступившую ей на счет сразу после передачи документов. Она, кстати, вчера с Архиповым засветилась. Мои ребятки её засняли. Алло! Дань, ты меня слышишь? Чего молчишь?

— Я понял, Мих. Спасибо. Давай я тебе перезвоню чуть позже.

— Лады. Только чего с Соней-то делать будем? Может с ней побеседовать?