Племянница жены - Катя Лоренц

— Кого я туда пошлю? Толстую Киру, или неуклюжую Ксюшу? — вздохнув, поправила гольфы на ногах и пошагала к кабинкам.

В первой сидел босс — Влад Соколовский.

— Добрый вечер, господин Соколовский. Сегодня я буду вашим официантом. Что будете заказывать?

— Подожди немного. Сейчас придет мой друг и мы сделаем заказ.

Дверь за моей спиной захлопнулась. И меня охватило странное волнение. Словно в голове тревожно зазвенели колокольчики, а по телу забегали мурашки. Как в замедленной съёмке повернула голову и открыла рот от удивления. Передо мной стоял Михаил. Светло-каряя радужка пропала, зрачки расширились и вид он имел очень воинственный.

— Что ты тут делаешь? В ТАКОМ виде?

— Работаю. А что не видно?

— Ты же на мойке работаешь?

— Это днём, а вечером здесь. Есть какие-то проблемы?

— Да нет. Ты больше здесь не работаешь. Влад. Уволь её. Сейчас! — он посмотрел на хозяина клуба. Да что он себе позволяет? Как смеет распоряжаться моей жизнью? Указывать, что я должна делать, а чего нет.

— Вы не посмеете! Прошу вас, господин Соколовский. Не увольняйте. Мне очень нужна эта работа!

— «Господин», — ехидно передразнил меня Михаил. Хозяин клуба задумчиво почесал подбородок.

— Вы знакомы? — Михаил кивнул. — Погоди! — весело продолжил Влад. — Это и есть та самая племянница? — что значит та самая? Они обсуждали меня?

— Да, — сквозь зубы сказал мой названый дядя, и предостерегающе посмотрел на друга.

— Я не могу, Миш. Она лучшая сотрудница. Вот если только Снежана сама захочет, — я отрицательно покачала головой.

— Иди сюда на минуточку, — Михаил дернул меня за руку, вывел наружу.

— Увольняйся!

— Я не могу. Где я вам найду работу? Если вы думаете, что за девушкой не имеющей образования, выстраивается очередь из работодателей, то вы ошибаетесь!

— Я заплачу тебе. Сколько? Полмиллиона хватит?

— Не нужны мне подачки!

Я оттолкнула его и вернулась к боссу. Михаил зашёл хмурый, смотрел на меня так, будто освежевал уже и съел. На вопрос Влада, что он будет, буркнул: тащи две бутылки водки. Исполнив заказ, пошла к другим клиентам. И когда вернулась к ним, Миша был изрядно пьян. Да что там. Он был в хламину.

— Снежана, — позвал хозяин. — Твоя смена на сегодня окончена. Поможешь мне отвести Мишку домой?

— Хорошо. Я только переоденусь.

— Нет времени. Мне нужно успеть еще на одну встречу.

До дома мы добирались молча. Иногда Влад спрашивал куда поворачивать. Мы поднялись на нужный этаж. Миша шел, обняв меня одной рукой и уткнувшись мне в шею нашептывал:

— Снежинка моя. Ёжик колючий, как же я устал бороться с тобой.

Влад только посмеивался, а я то краснела, то бледнела, думая, как много рассказал ему Михаил.

У двери Влад сказал: подержи и перекинул руку невменяемого Михаила на меня. Теперь он обнимал меня двумя руками и пыхтел мне в шею.

Странно, я всегда терпеть не могла пьяных, а тут испытывала почти умиление и нежность к этому огромному, добродушному медведю.

— Заходи. — он закинул руку Миши себе на плечо, мы довели его до спальни и положили на кровать. Влад ушел, сказав, что завтра у меня выходной.

Я постояла над бездыханным телом Михаила и решила его раздеть. Это только потом я пойму, какую глупость совершила.

Сняла ботинки и только развязала галстук, как он проснулся, сграбастал меня и подмял под себя.

— Снежа, — простонал он сжимая двумя руками грудь. — Как же я сильно схожу с ума по тебе, — во рту вмиг наступила пустыня. Я не могла пошевелиться и самое страшное, мне совсем не хотелось освобождаться от этих сильных рук. Тело лихорадило и так приятно чувствовать его тяжесть на себе, ощущать его желание между ног.

Михаил

Обнимаю подушку, вдыхая сладковатый запах ванили. Просыпаюсь. Воспоминания флешбеками всплывают в памяти.

Снежана в моих руках, я нависаю над ней, желая поскорей ворваться в нежную плоть, рву дебильный топик и со стоном накидываюсь на темный сосок, пытаясь расстегнуть пуговицу на шортах.

— Нет! Миша! Нет, остановись! — стонет она, подрагивая всем телом.

А дальше ничего. Пропасть. Так было, или нет? Смог я остановиться? Я так этого желал и ничего не помню. Если уж изменил жене, то хочется знать точно. По себе не пойму. У меня, как стояло при одной мысли о ней, так и стоит. Никакого удовлетворения.

Иду на кухню, достаю бутылку воды и залпом опустошил её. Давненько я так не напивался. Жуткий сушняк. А всему виной она, Снежана. Упрямая зараза. Чего мне стоило сидеть с Мишей и знать, что она сейчас крутит попой перед богатыми мажорами, не передать.

На столе стоит горячий завтрак. Заботится обо мне, как и обещала жене. Голову буравит одна мысль: я ее изнасиловал? Она же сопротивлялась, говорила нет, а я хоть убей не помню, остановился, или нет.

Иду к её комнате и только хочу постучать, как она открывает дверь. Мы стоим напротив друг друга и долго смотрим.

— Нам нужно поговорить.

— Не стоит.

— Что вчера было?

— Мы с Владом привезли вас домой, вы уснули и все.

— Неправда. Я помню, как ты была рядом, как я… Мы спали?

— Да. Каждый в своей постели.

— Снежана, — прижал ее к себе и схватил за лицо, заставляя смотреть в глаза. — Мне нужно знать.

— Ничего не было! — прокричала она. И опять в глазах зелёный туман, а тело подрагивает, по коже бегут мурашки. Похоть лишает меня мыслей. Я нагибаюсь, чтобы накинуться на ее губы, затолкать её в комнату и вспомнить все. Но тут поворачивается ключ в дверном замке и Снежана отталкивает меня от себя.

— Привет, Вика! — здоровается она, отбегает от меня на приличное расстояние. Жена смотрит на нас по очереди.

— Как у вас дела? — скучающе спрашивает Вика.

— Всё нормально, — Снежана надевает кроссовки. — Я на работу ухожу. Завтрак на столе. Как отдохнули?

— Я — нормально.

— Снежана, давай подвезу. — мне хочется договорить.

— Не стоит. Будьте с женой! — с ударением на слове «жена», говорит она и выбегает за дверь.

— Как отдохнула? — повторяю вопрос.

— Нормально. Прости, устала с дороги. Я в душ! — и сбегает так же поспешно. Мне нужно во всем ей признаться и решить, что делать. Вопрос в том, что я сам не знаю, что делать, но обманывать жену не могу.

— Вика нам нужно поговорить, — она обнимает меня за шею и шепчет:

— Ты такой хороший. Самый лучший! И я так тебя люблю. Ты никогда меня не бросишь, не променяешь на малолетку, — я смотрю на жену, поняла она, что между нами со Снежной что-то происходит? Или