Милые шалости, или Под прицелом - Мила Совушкина

- Костя, внимательно! Есть версии?

Какие, блин, версии, когда Оля тоже рыжая? Эта мысль не давала мне покоя. Будет ли через край попросить её перекраситься при наших столь непродолжительных отношениях?

- Работаем, Павел Геннадьевич. Зацепок пока не очень.

Наш шеф - мужик строгий и дотошный. Как он выразился ещё в начале своего назначения:

"Работаем! А свои предположения засуньте себе в жопу! Мне нужен результат!"

Именно через восклицательные знаки, потому что проораться он любит.

Возвращаясь к тому делу, могу с уверенностью сказать, что после фирменного ора у меня появилась здравая мысль. Первый возможный след, раскрывающий личность преступника. Шерсть чёрной собаки и немного грязи с парка. Звучит бредово, знаю, но в квартире предыдущей жертвы никаких признаков животных не было. Да и одного волоска маловато для собственного питомца. Это не частый гость-собаковод иначе шерсти оставлено маловато.

Знаю, звучит путано, но мне было достаточно этой бессмыслицы, чтобы зацепиться за неё. И я снова подкатил шары к психологу-брюнеточке, потому как Тоха почему-то поехал на место преступления искать упущенные следы. Она как обычно печатала что-то, но я был слишком нетерпелив, чтобы ждать негласных пару минут.

- Аня, у тебя есть собака?

Она выдержала их сама, допечатывая своё предложение до логического конца. Не скажу, что выглядела она при этом довольной.

- Кошка.

- Ок, а что можно сказать о кошке по её шерсти?

Аня заинтересованно подалась вперёд и отвернула экран монитора в сторону, чтобы лучше видеть моё лицо.

- С какой целью интересуешься?

Я чуть отстранился. У меня нет ничего, кроме своих догадок.

- Мне кажется, у нашего психа есть чёрная собака.

Прекрасный человек. Ей не надо объяснять мои домыслы и заключения. Просто принять точку зрения и подсказать направление. Даже если то, что я говорю не верно, направление она всегда подскажет правильное.

- Хм. Ну это возможно. Ему же надо притворяться, что он нормальный.

- Думаешь, он указывает в анкете, что он - собаковод?

Девушка задумчиво постучала пальцем себе по виску.

- Да... Это определённо добавит ему пару очков на съём, так что - да. И скорее всего собака молодая. Он привык строить отношения сам, а не притираться друг к другу.

Я вскочил и полетел в лабораторию. Тут уж очередь медиков подсказывать своих коллег.

- Спасибо, Ань.

Отчёт уже ждал меня на столе и судя по этой бумажке, наш парень остался верен себе. Жертва, Алина Осипова, была задушена ремнём. Эх, мне бы тогда выкинуть Оленьку из своей дурной башки и почитать по внимательнее. Ширина ремня точнёхонько указывала на то, что ублюдок носит форму, как и говорила наша брюнетистая заноза. Правда, не понятно было какую. Мог запросто оказаться военным или простым ментом, но я не связал. Мне нужно было проверить зацепку по чёрным четвероногим. Что Аня - молодец, я знал и так. Осёл...

Оля

Он сбежал чертовски быстро. Мне было несколько обидно, если честно. Никогда мои партнёры не уходили из моей постели по первому же звонку. Но делать нечего.

Потом позвонили в дверь. Хорошо, что я предусмотрительно посмотрела в глазок. Та самая недовольная соседка-пенсионерка яростно стучала клюкой и орала, что вызовет милицию. Милицию, представляете? У правоохранительных органов уже давно сменилась форма и название, а старушки всё путаются.

- Вызывай, дура набитая, - крикнула я ей и пошла отсыпаться. Шутка ли, скоро действительно идти на работу, а я ещё не сплю.

Звонок. Продолжительная трель звонка разбудила меня буквально через час. Бабуля обиделась и действительно вызвала... участкового. Я девушка одинокая и неприличная. Очень не люблю, когда меня будят. До сих пор, кстати, не люблю. Это я так, к слову. А открыла дверь как есть: в широкой майке строго по пупок и трусах с очаровательной крольчачьей мордой. Участковый представился без запинки, я жестом пригласила его в квартиру.

- Шумим, Ольга Петровна?

Парень сел за стон на кухне. Я быстренько убрала грязную посуду и даже протёрла. Что и говорить, я не хозяйственная девочка и навряд ли таковой стану. Гостей я тогда не ждала и беззастенчиво сверлила участкового хмурым взглядом. Халат я, почему-то, так и не одела, хотя и в мыслях не было соблазнять представителя закона. Впрочем, он был душкой и пошлых комментариев не отпускал.

- Сексом занималась. С вашим коллегой, кстати. Чай, кофе?

Сама решилась на травяной чай. Вдруг удастся доспать.

- Нет, простите. Служба. Ваша соседка говорит, что шумели вы с ночи до утра.

Я села на стул напротив, чтобы не сверкать своими трусами прямо под полицейским носом. Горьковатый привкус ромашки расслаблял, уговаривая не затягивать с объяснениями.

- Я - барменша и ночью работаю. Костя ушёл час назад. Просто я её дурой обозвала, вот она и позвонила. Обиделась, наверное.

Участковый недовольно покачал головой. Он был таким... тошнотворно правильным. Вся его поза выражала укор.

- Со стариками терпимее надо быть.

Я только пожала плечами. Все мы знали бабу Нюру. У неё, что не парень, то наркоман, что не девушка, то проститутка. И вот такие наряды - обычное дело. Но разве объяснишь это молоденькому, гладко выбритому пареньку? Небось только что на службу поступил. Ничего. Пару вызовов от бабы Нюры и воробей будет стреленным.

- Как зовут моего коллегу?

Тут я несколько тормознула. Это - Костин сослуживец. Маловероятно, конечно, что они прям общаются и дружат, но мужики бывают ещё хуже трындючих баб. Я решила придерживаться официальной версии. Костя в первый раз увидел меня в участке. Потом искра, вспышка, безумие и здоровый секс. Потому что правду могут расценить как преследование сотрудника полиции. Блин, по хорошему это и было преследование. Но я гналась за мужиком, а не за погонами.

Мою паузу участковый расценил как естественную реакцию человека при подборе правильных слов. Пронесло меня, короче.

- Его зовут