Темный. Плохой. Дикий (ЛП) - Вест Джейд

— Ты точно не останешься? Мне бы не помешала компания.

В ответ я встал, протягивая ей самокрутку.

— Отлично, — она грустно улыбнулась. — Я принесу твои вещи.

***

Софи

Я смотрела, как Эрик Флетчер топает по офису, зная по его траектории, что он направляется прямо к моему столу. Он хмуро посмотрел на меня, взволнованный и грязный, чистящая пена забрызгала его рабочий комбинезон.

— Одна чертова ночь — это все, что потребовалось.

— Что, прости? — поинтересовалась я, убирая с глаз долой мобильный.

— Каллум ублюдок Джексон. За одну ночь он распылил все свое чертово дерьмо. Не знаю, какая сволочь выпустила его досрочно, но я хочу поговорить с ним.

— Граффити?

— Чертова тонна этого дерьма. Должно быть, он рисовал всю ночь.

— Точно его?

Он покачал головой, будто я была чертовой идиоткой.

— КаДже, как и всегда. Тот еще самоуверенный ссыкун.

— Где на этот раз?

— Рядом с продуктовым магазином Али и еще один на одном из скейт-пандусов. О, и большая картина в гаражном блоке у первого здания Ист-Веил. Сделал снимки для файла. Смотри, если можете подключить поддержку сообщества по этому поводу, надеюсь, они запрут его обратно.

Он протянул мне цифровую камеру, и я пролистала снимки на экране предварительного просмотра. Та, что была у продуктового магазина, была темной. Зазубренные прутья решетки скрывали сгорбленную фигуру с руками на голове, скрученными таким образом, что это напомнило мне «Крик» (примеч.: картина Эдварда Мунка). Она не была похожа на другие граффити, которые я видела в Ист-Веил. По большей части это были имена — кричащие и любительские. Эта была чем-то другим. Я увеличила изображение подписи в нижнем углу. КаДже.

— Я же говорил, — сказал Эрик. — Это точно Джексон.

Я перешла к следующей фотографии.

Очертания тела с места преступления были нанесены на скейт-рампу. Мультяшное, но ужасное. Ист-Веил убивает. И снова КаДже.

— Неплохо, не правда ли? — небрежно заметила я.

— Неплохо? Это чертово бельмо на глазу.

— Никаких камер наблюдения?

— Он знает, где они. Ничего не засняли, а даже если и что-то поймали, он носит капюшон. Ни хрена не докажешь. Видели ту, что у гаражей? Я ничего не понял. Чертов вандал.

Я пролистала несколько снимков, пульс бешено забился при воспоминании об этом месте. Кровь застыла в жилах, когда я осмыслила увиденное, чувство вины и смущения, и что-то неопределенное прошло сквозь меня. На изображении была Кейси. Должна была быть. Большая черная собака, обозначенная зигзагообразными линиями, застыла в прыжке, задрав вверх хвост. Красные и фиолетовые буквы на всю высоту гаражных ворот. Спасибо.

Спасибо.

Дерьмо.

Я чувствовала, как горят мои щеки.

— Да это просто насмешка, не так ли? — рявкнул Эрик. — Уйдет несколько часов, чтобы отмыть все, в этом квартале бюджет уже ограничен.

— Кто-нибудь еще видел это?

— Пока нет. Пришел сначала к тебе. Надеюсь, ты сможешь усмирить этого маленького придурка.

Я улыбнулась, что было пустой маской.

— Сделаю все, что в моих силах.

Я загрузила первые две сцены в архив Ист-Веил.

Третья там так и не появилась.

***

Я провела ланч за работой, проверяя свои заметки со встречи с Ханной Джексон. Ее обычное придирчивое бахвальство исчезло, оставив вместо себя курящую оболочку женщины.

— Он доберется до меня, — сказала она, — он проберется сюда и доберется до меня.

Она ничего не сказала о собаке, ни единого слова. Только то, что ее сын был чудовищем, и был им с самого рождения. Будто дети всегда рождаются злыми. Детей лепят их родители, я видела это тысячу раз в тех местах. За время, проведенное с ней, я боролась с желанием задать множество вопросов, и все они вертелись у меня на языке. Вопросы о Каллуме, о собаке, о его тюремном сроке… Разумеется, я ничего не спросила, кроме того, что было необходимо для выполнения моей работы.

— Мне нужна охрана, сигнализация, дополнительные замки. Мне нужны решетки на окнах и один из тех огнеупорных ящиков для почты. Лучше установите все, а то я обращусь в газеты!

Я заверила ее, что сделаю все возможное. В последнее время я часто этим занимаюсь.

— И вы уверены, что он представляет для вас опасность, миссис Джексон?

— Он убьет меня, если у него будет шанс! Я буду мертва! У него крутой нрав. Такого темперамента вы еще не видели!

Но я видела. Не могла перестать думать об этом. Не могла перестать думать о нем.

Черт, мне нужно было отвлечься.

Я проверила свой профиль на Edgeplay (примеч.: В БДСМ это обозначение активности, когда участники осознают риск, что могут пострадать (как физически, так и эмоционально), но сознательно идут на это). Пять новых сообщений. Пара идиотов с шуточками, какой-то парень из Манчестера и кое-кто, с кем я встречалась раньше. Я покраснела от воспоминаний. Номер в отеле в Кенсингтоне и слишком много вина. Он был хорош, но груб, а я была беспечна. На самом деле я была безрассудна. Глупа. Он чертовски хорошо меня трахнул, но синяки не сходили еще несколько дней, а после чрезвычайно рьяной попытки фистинга понадобилась помощь неотложки. Я сжала ноги от этой мысли. Блядь, ой.

Хотя он был хорош. Его низкий голос, его резкий садизм… как Маска без изящества… и также без сдержанности.

Может быть…

Телефон зажужжал у меня в руке. Сообщение от Рэйвен. Вовремя.

Рейвен: Как идет охота на мистера Опасного? хх

Я улыбнулась и ответила:

Я: Один или два претендента. хх

Ее ответ не заставил долго ждать.

Рейвен: Edgeplay? x

Я сделала скриншот его профиля и прикрепила к своему ответу.

Я: На данный момент он возглавляет список. х

Жужжание.

Рейвен: Ты что, с ума сошла? Жаждешь какого-нибудь медицинского вмешательства? х

Я сама задавала себе этот вопрос.

Я: Выбор невелик. Я обдумываю свои варианты. х

Я заметила приближающуюся Кристину, которая оставила мне достаточно времени, чтобы прочитать последнее сообщение Рэйвен.

Рейвен: Будь осторожна, Мисси. Не смей, блядь, идти одна! х

— Я тебе не мешаю? — усмехнулась Кристина. — Я побуду тут, пока ты закончишь с Facebook, если хочешь.

— Я была не на Facebook, — огрызнулась я. — В любом случае, у меня обед.

Она указала на часы — две минуты после обеда. Педантичная сучка. Я подумала, что она еще раз пожалуется на мое отсутствие на собрании, но нет.

— Я только что получила очень странный звонок, касающийся вас, мисс Хардинг.

— Звонок? От кого?

— Джанин Скотт.

Я почувствовала, как краска отхлынула от моего лица.

— Джанин Скотт?

— Эти жильцы пытаются испытывать свою судьбу, не так ли? Они, должно быть, думают, что мы вчера родились.

— Чего она хотела? — Я надеялась, что мне удалось оставаться бесстрастной.

— У нее была самая невероятная история. Должно быть, ей потребовалось несколько часов, чтобы придумать эту глупость. Она утверждает, что ты вчера приходила к ней домой и украла ее собаку.