Доминика (СИ) - Марр Эмилия

Доминика

Отлично! С отцом Макса уеду домой к Юлику и Лайме и забуду об этих трех днях хаоса в моей жизни. Осталось дождаться окончания обеда — и свобода!

«Мммм, сколько еды! И явно вкусной — такие ароматы витают в столовой».

«О боже мой, тут реально праздничный стол накрыт! Сколько человек хотела накормить эта Мария Степановна?!

Суп из морепродуктов, боснийский шашлык (это потом выяснилось), выпечка из слоеного теста с фаршем. Как красиво смотрится на столе! Курица, запеченная в духовке, салатики без мяса, нарезка из сыра и помидоров. А оформлено-то как! Еще какой-то салат, название которого я не знаю… Торт и шампанское в ведерочке со льдом. Ммм…

— Как много всего! Ты уверен, что она на нас двоих готовила? Тут как будто на убой — столько еды, — не могу сдержать восторга и озвучиваю все свои мысли Максу. — Передашь ей мою благодарность, я такой стол даже на Новый Год не накрываю.

А он молчит и с ехидством ухмыляется, будто задумал что-то..

Отец Макса тоже в восторге.

— Сын, молодец! — говорит. — Правильно поступил! Так и надо отмечать. Как ты сказал? Освобождение от плена, — и улыбается. Чем-то его улыбка и ухмылка Макса похожи. Только чем, пока не пойму.

— Ага, из одного плена хотел в другой посадить, — тихо произношу.

— Поверь мне, от этого плена ты будешь в восторге, — неожиданно рядом звучит голос Макса. При этом обдает мое ухо дыханием. И таким многообещающим взглядом смотрит.

Господи, да как такое можно при людях-то говорить, да еще и на ушко. Я аж вся мурашками покрылась, и сразу несколько сексуальных поз в голове промелькнуло. Я горю, реально! Мои щеки стали красными!

Нет, ну что за человек Макс! При отце усаживается рядом со мной и такие слова произносит.

Убью гада! Чуть позже. А пока надо поесть.

— Ника, вы проживает в столице или проездом тут? — решил поинтересоваться отец Макса. И зачем ему эта информация? Мы встречаемся в первый и последний раз.

— Ммм, живу здесь уже около двух лет, — стреляю взглядом украдкой на Макса.

А он, перестав поглощать пищу, замер и пристально на меня смотрит.

«Да, да, Макс, с тех самых пор».

— Работаете или учитесь?

— Спасибо, конечно, за комплимент. Но учёбу я закончила лет так пять назад.

— А где учились? В каком вузе?

«А на кой черт вам это надо?!» — хотелось бы спросить! Но я мило улыбаюсь и отвечаю:

— Училась здесь же, в Москве.

— Получается, между окончанием учёбы и работой в Москве Вы где-то три года пропадали?

И вот что ответить мужчине, который годится мне в отцы? Да так, чтобы не обидеть.

— Да, вы правы. Три года я прожила в своём родном городе, — и, прежде чем услышать его следующий вопрос, беру инициативу в свои руки: — А вы случайно не из полиции или, может, военный?

Подавляет смешок.

— Видно, я перегнул палку своим любопытством. Да, я военный в отставке.

«Ого! Вот это номер! Макс никогда не говорил мне такого. Хотя он мне много чего не говорил».

— Может, угадаете, до кого дослужился?

— Я не сильна в чинах. Простите мне мой пробел в знаниях, — блин, блин. Теперь он будет думать, что я глупая девчонка, которую почему-то спас его сын.

У Аристарха Витальевича звонит телефон. Он смотрит на экран, потом на нас, хмурится. Странно.

— Я оставлю вас ненадолго, — поднимается из-за стола и выходит из столовой.

— Итак, значит, ты была все это время в Москве? — с едва уловимой злостью произносит Макс.

— Да, это что-то меняет?

— А на кой черт тебя в Латвию потянуло? — чувствую угрозу, исходящую от него. Он взбешён.

А я в шоке. Откуда он знает? Немного отстраняюсь в сторону от него.

— Захотелось, и поехала. Тебе какая разница?

— Какая мне разница?! Какая?! Мне?! Разница?! — встает со стула и возвышается надо мной.

Входит его отец и с сожалением в глазах произносит:

— Ника, тут возникли дела в области. Вы не против провести в гостях у Макса еще пару-тройку часов. А на обратной дороге я вас заберу.

«Против! Конечно против!»

Макс как всегда со своей ехидной улыбочкой и с блеском победителя в глазах. А я как мышка, которая попала в плен, и не знает, как из него выбраться.

— Я могу вас и в машине подождать, мне несложно. Чем потом вам придётся из-за меня опять заезжать к Максу.

— Нет, обратная дорога через дом Макса, так что лишнего круга я делать не буду. Да и мне с сыном еще надо поговорить обстоятельно, но сейчас уже нет времени. Пора ехать. Вы готовьтесь, через несколько часов я вас заберу, если вы захотите, конечно, — и ухмылка появляется на его губах.

«Нет, ну что за семейка?! С этими ухмылочками».

— Да, конечно, захочу. Неудобно уже обременять Макса своим присутствием.

— Ну что ты, Ника, — выдаёт ангельским голоском Макс, — ты меня совсем не обременяешь.

— Ну что ж, вот и порешили. Заеду позже. Не провожай, сын, дорогу знаю. Поухаживай за гостьей.

И уходит.

Остаёмся наедине. Не знаю, куда деть глаза. Уже ничего не лезет в рот. А Макс просто сидит и смотрит на меня.

— Что?

— Кушай, кушай.

— Ты что-то подсыпал в еду?

Улыбается с хищной такой улыбкой.

— Ты уже наелась?

— А это на что-то влияет?

— Да, — с довольной ухмылкой произносит, приближая свое лицо к моему.

— Если не перестанешь так пялиться, вся еда так и останется на столе.

— Окей. Давай просто поедим. Нам понадобятся силы.

— Для чего?

— Узнаешь, когда придёт время.

— Ок.

Дальше обедаем в полной тишине, хотя в меня уже толком ничего не лезет.

Постукивает пальцами по столу, будто торопится и его терпение уже на исходе.

— Если тебе надо куда-то уйти, можешь идти. Из-за меня не стоит сидеть дома. Я просто подожду твоего отца в комнате.

Становится некомфортно, от того, что отвлекаю его от важных и запланированных дел.

— Нет, дорогая. Я никуда не тороплюсь. Я хочу завершить обед и приступить к более приятным делам.

Не нравятся мне его слова с подтекстом как-то звучат.

— Ты о чем?

— Ты доела?

— Ты не ответил.

— Я спросил, ты доела?

С ним иной раз бесполезно спорить.

— Да.

Вскакивает со своего места, хватает меня за руку и выводит из-за стола. Я в шоке, повинуюсь всем его движениям, а в себя прихожу, когда он впивается своими губами в мой рот. Яростно, жадно.

Пытаюсь отвернуться, но он фиксирует мою голову своей рукой на затылке и вдавливает в себя. Пытаюсь оттолкнуть его руками, но разве такую гору мышц сдвинешь с места! Решила действовать по старой схеме: приоткрыла губы и ответила на его поцелуй.

Почувствовав, что хватка ослабела уже я хотела ударить его, как он уклонился, и мое колено прошло по касательной, мимо пункта назначения. Отрывается от моих губ, смотрит в глаза затуманенным взором.

— Нет уж, дорогуша. Дважды на одни и те же грабли я не наступаю. А теперь спокойно поднимаемся на второй этаж, в твою спальню. И без фокусов, Ника. Сегодня весь день нас прерывают, а я очень хочу завершить начатое. Вот такой я человек: не останавливаюсь на достигнутом.

— Я не хочу.

— Захочешь.

— А если нет — изнасилуешь?

В его глазах мелькает что-то похожее на смятение и грусть оттого, что я могла такое предположить.

— Я ничего не сделаю против твоей воли.

— Отпусти меня, Макс.

— Не могу, Ника. Не сейчас, когда я тебя наконец-то нашёл.

«Что? Он меня искал? Но зачем? Два года назад я все прекрасно поняла и уехала, больше мы не виделись. Тогда зачем искал?»

— Почему ты выбрал такие трусики? — хочу увести разговор в другую, менее волнительную тему.

— Ты их надела?

«Прибила бы! Ну почему нельзя хоть раз просто ответить на вопрос?!»

— Ты не исправим. Но я все еще жду, почему именно такие?

— После тебя, — с лукавой усмешкой заявляет этот наглец.

— Да, они на мне.

Взгляд сразу устремляется вниз. В его глазах появляется огонек предвкушения.