Жена для киллера (СИ) - Владимирова-Бойко Марина

— Я не убивала! Ты же сам прекрасно об этом знаешь!

— Подпиши лучше признание, это для тебя будет самое верное решение.

— А если не подпишу? Что тогда? И меня убьете?! — я посмотрела ему прямо в глаза. В его бесстыжие глаза.

— Что ты из себя девочку стоишь, когда ты уже давно ею не являешься… Будешь подписывать?! — Коля повысил тон.

— Нет! — категорично заявила я.

— Упрямая. Как твой братец, — съязвил он.

Я не сдержалась и тут же влепила ему пощечину, хотела тут же влепить еще одну, но он перехватил мою руку. Крепко сжимает мою кисть. А стою, гордо подняв голову, и смотрю на него безразличными глазами.

— А вот этого не надо. И знаешь что? Ты мне больше не звони. Да и вообще забудь про меня. Общение с уголовниками меня утомляет.

Как же мне хотелось ему нагрубить. Накинуться на него с кулаками. Но я лишь молча проглотила обиду и более спокойно сказала:

— Брата нужно похоронить по-человечески.

Коля мне ничего не ответил. Схватил свою сумку и вышел. За ним следом зашел конвойный. Надел наручники, повел в камеру по длинному узкому коридору. Почему-то мне показалось, что это не последняя наша встреча.

Глава 10

Когда меня привели обратно, моей сокамерницы уже не было. Я осталось совершенно одна. Железные кровати, грязный матрас и серые стены. Московская камера предварительного заключения не слишком радует своими комфортабельными условиями. А мне было все равно. После того, как мой жених бросил мне нож в спину — я уже не знала, что мне делать. Кому верить, а кому нет. С одной стороны я не понимала, что вообще происходит. И почему это происходит именно со мной?

Все же нужно собраться с мыслями и хорошо подумать. Пока я тут страдаю — убийца моего брата спокойно разгуливает на свободе. А я осталась совершенно одна — помощи ждать не от кого. Поэтому думай Катя. Думай!

Я присела на койку, обхватила голову руками и начала думать. Итак, сначала пришел Коля с вином, именно после его вина все и случилось. Допустим, он подсыпал снотворное, но зачем ему это? Мотив? А мотива я не находила. Никита недавно устроился в банк, может что-то случилось там? Более вероятней. Но за такой короткий срок, он должен был узнать нечто сенсационное.

Я уверенна лишь в том, что Коля наверняка что-то знает. Знает, но ничего не скажет. Эх, была бы возможность, я обязательно у него спросила по полной программе. Женишок мой, оказался оборотнем. Зачем он только в любви мне клялся? Вот как после этого верить мужчинам? Не спорю, мне нравились его комплименты, нравилось проводить с ним время, но если бы я знала… Знала, какая окажется у него подлая душонка.

Пока я рассуждала, дверь камеры снова открылась и меня повели на допрос. Как же они мне уже надоели. Хотя для меня только все начинается.

Снова допросная, снова Быстрицкий. Теперь он выглядел более уставшим, а на его щеках выступила мелкая щетина.

Я не глядя на него, зашла в допросную, и села напротив него.

— Ну что? Поговорила с адвокатом? Сознаваться будешь? — спешно сказал он и усмехнулся.

— Что вы хотите от меня?

— А вот это уже, другой разговор! — Ты же знаешь, что тебе грозит? — задал вопрос Быстрицкий и внимательно посмотрел на меня. Тюрьма, десять лет колонии. Тем более ты говоришь, что не убивала. Но факты… Факты дело упрямое, — Быстрицкий начал расхаживать по комнате заложив руки за спину.

— Вот если бы ты согласилась нам помочь, — снова произнес он своим громким басом.

— Мне уже все равно, — спокойно ответила я.

После моих слов он резко подошел ко мне заговорил на несколько тонов ниже:

— Пистолет я твой припрячу. Твое дело отправят в архив, за недостаточностью улик. Тебя выпустят.

— Как благородно с вашей стороны. Сначала сажать меня в тюрьму, а теперь выпускать. И что я должна буду сделать взамен?

— Ты должна нам сдать киллера.

— Интересно, как же я это сделаю? Как я его найду? — не поднимая глаз, спросила я.

— Он сам тебя найдет. Но ты должна помнить, если надумаешь схитрить, то я быстро пистолет с твоими отпечатками пальцев пущу в ход. Это понятно?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Какой же вы подлец Олег Леонидович!

— Значит, договорились?

Я ничего не ответила, а так и продолжала сидеть с опущенной головой. А может это он? Он — Быстрицкий Олег Леонидович убил моего брата? Им же нужно было меня сломать…

— Завтра я все оформлю, и тебя выпустят. Пора тебе на свободу. — Быстрицкий понял, что мое молчание — знак согласия.

Я поднялась со своего места и медленно поплелась к выходу. Затем обернулась и посмотрела на Быстрицкого. На его довольное лицо. Добился своего гад!

Как и обещал капитан, следующим утром меня выпустили. Сутки, проведенные в камере — показались мне целой вечностью.

Ранним осенним утром, я вышла на улицу, вдохнула свежего воздуха и почувствовала, как жизнь снова продолжается. Бежит, спешит, суетится.

— Фомина!

Я тут же отвлеклась, посмотрела перед собой и увидела Левина. Он стоял в нескольких метрах от меня и махал мне рукой. Я улыбнулась и подошла к нему.

— Подумал, что тебе сейчас как никогда нужна помощь. Может, поедем ко мне? Позавтракаем?

— Думаю, это не слишком удобно…, - смущенно ответила я.

— Вот и правильно, — вмешался в наш разговор Быстрицкий. Я совершенно не услышала, как он подошел к нам. — Сейчас езжай в банк на Комсомольском, поговори там, — обращался он к Левину, активно жестикулируя. — И Фомину с собой прихвати. Пусть тоже осматривается и потихоньку входит в курс дела.

— Слушаюсь, товарищ капитан, — спокойно произнес Левин, а затем взял меня за руку и потащил к машине.

— Вот Екатерина! Вот так всегда! — высказался он и открыл двери своего авто.

Я села вперед, Андрей тоже быстро запрыгнула на водительское сиденье, завел машину, и мы тронулись с места.

Сначала ехали молча. Я смотрела на дорогу и старалась не вспоминать о произошедших событиях, которые так ранили мое сердце.

Мы приехали на место. Андрей остановил машину возле трехэтажного здания банка. Красивое светлое здание, которое бросается в глаза. Вышли из машины, и он обратился ко мне:

— Ты подожди меня на улице, а я быстро опрошу их главного и вернусь, окей?

— Хорошо.

Андрей зашел в здание, а я огляделась по сторонам. Дул легкий ветер, тепло, но все же сыро. Под ноги медленно падали желтые листья. Осень в самом разгаре. Золотая, багровая. Я одна бродила вдоль тротуара. Людей — никого.

Неожиданно я увидела высокого мужчину в бейсболке, с черной спортивной сумкой в руках. Он резко вывернул из-за поворота. Мне показалось, что я его уже где-то видела. Его широкую, как скалу спину. Он удалялся от меня быстрой, уверенной походкой. Я решила пойти за ним. Покоя мне не давала спортивная сумка.

Мужчина шел, не оборачиваясь, я шла за ним. Он зашел в недостроенное, нежилое здание, которое находилось практически за банком. Обычное безлюдное кирпичное здание без окон и дверей. Тут я поняла, что запахло жаренным. Сердце заколотилось, как бешенное. Я прижалась к стенке и решила немного отдышаться. А может это он? Киллер? И тут у меня созрел план. Если это киллер, то тут же сдам его со всеми потрохами.

Чтобы убедиться в моих предположениях я решила идти за ним дальше. Зашла в здание. Явно стройка заморожена. Кирпичи, арматура — все что нужно для строительства, просто лежало без дела. Я начала медленно и тихо подниматься по бетонной лестнице. Шаг за шагом. Первый этаж, затем другой. Когда я дошла до пятого — увидела его со спины. Мои предположения подтвердились. Интуиция не подвела. Это был киллер собственной персоной. Он успел уже разложить свое оружие и сидел с винтовкой у одного из оконных проемов, из которого прекрасно проглядывалось здание банка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Испугалась. Спряталась за стену. Медленно достала телефон из кармана и дрожащими руками начала набирать смс-ку Левину: «Киллер тут, в заброшенном здании за банком. Собрался стрелять».