Не.Родная сестра магната (СИ) - Лесневская Вероника

- Фармацевт, - спокойно отвечаю.

И ведь почти не соврала. Я и рассказать им все о лекарствах могу. Фармацевт, да, самоучка.

- Как удачно, - с сарказмом тянет Александра.

Смотрит на седовласого мужчину напротив, ожидая поддержки. Но он косится на деда и молчит, делая вид, что жует.

– Ведь у нас бизнес как раз с этим связан. Сеть фармацевтических компаний по стране, - продолжает «мыше-крыса», намекая на мою ложь.

- Не у вас, а у нас, - ставит ее на место дед. – Высшее? – уточняет у меня.

- Неоконченное, - опускаю взгляд. Мне почему-то сложно врать Адаму.

- Я договорюсь, чтобы тебя зачислили в университет здесь, - неожиданно постановляет дед. – И язык придется выучить. А практику будешь в нашей компании проходить.

В гостиной становится шумно. Родственники перешептываются. Один из них, кажется, мой кузен Петр, решается подать голос:

- Дед, а ты уверен, что Яну понравится эта идея? – хмыкает не с добром.

Я вздрагиваю от услышанного имени. Но мгновенно беру себя в руки. Ведь в Польше Ян – такое же распространенное имя, как у нас Ванька. Совпадения быть не может, тем более, такого рокового. Мысленно отмахиваюсь от нехорошего предчувствия.

- С внуком я сам поговорю, - чеканит Адам.

Поднимает руку, прекращая переговоры родни. И остаток вечера мы проводим в гробовой тишине.

Несмотря на разнообразие блюд на столе, многие из которых я вообще впервые в жизни вижу, я не ем. Даже не притрагиваюсь к своей тарелке. Родственники то и дело тайком бросают на меня презирающие взгляды. Атмосфера вокруг искрит ненавистью и завистью. Кажется, что стоит мне взять в рот хоть кусочек, как я сразу же подавлюсь – и скончаюсь на месте. На радость новой родне.

К слову, не ест и дед Адам. Просит горничную принести ему ужин в комнату, приободряюще смотрит на меня, подмигивает – и… удаляется. Это побег? Спешу последовать его примеру.

Запираюсь в своей спальне, наспех переодеваюсь в хлопковую тунику с мордой кошечки посередине. На ночнушке я решила сэкономить. Как и на белье. Все равно не собираюсь полуголой по особняку щеголять.

Вздохнув, обессиленно падаю на кровать.

Долго не могу уснуть, мучаясь от голода. Прислушиваюсь к шуму и шорохам за стеной. У деда тихо, но в другой комнате хлопает дверь. Внук объявился?

Смотрю на часы: полночь. Что ж, знакомиться будем завтра.

С этой мыслью ухмыляюсь и прикрываю глаза. Но тут же подскакиваю на постели. Из спальни деда доносится кашель. Тот самый, что напугал меня днем и дал надежду подленьким родственникам.

Полусонная, ведомая страхом, мчусь к Адаму. Резко откидываю стул, что подпирает ручку, и он с грохотом летит на пол. Рывком распахиваю дверь, спотыкаю о порог и с разгона лечу… в чьи-то теплые объятия.

- Ай! – вскрикиваю, когда ударяюсь лбом о чужой подбородок.

Морщусь от боли и не сразу замечаю, как мужские руки все сильнее сжимают мои плечи.

Упираюсь ладонями в крепкую грудь, хочу оттолкнуть обнимающего меня незнакомца. Но застываю.

Потому что… Ощущения какие-то знакомые.

- А ты какого черта здесь делаешь? – гремит откуда-то сверху голос, и я узнаю его.

Медленно поднимаю голову, сжимаюсь, будто точно сейчас в ёжика обращусь, и нервно сглатываю.

- Тот же вопрос.

Тяжелый кашель становится ближе, и мы, не сговариваясь, поворачиваемся на звук. Мужская хватка на моих плечах по-прежнему цепкая. Будто он уверен, что поймал преступницу на горячем, и боится теперь упустить.

- Доброй ночи, Ян, - откашлявшись, хрипло говорит дед. – Я думал, ты сегодня опять не приедешь, - внимательно обводит нас взглядом. - Я смотрю, ты уже познакомился со своей двоюродной сестрой.

На мгновение мы с Яном пересекаемся взглядами – и, как по команде, отталкиваем друг друга. Я отскакиваю так резко, что едва не падаю назад, из последних сил сохраняя равновесие.

Брат? Но мы ведь…

Инстинктивно касаюсь пальцами губ и задерживаю дыхание.

Ян замечает мой жест, хмуро сводит брови. Смотрит на меня так, будто видит впервые. Скользит платиновым взглядом по лицу, плечам, задерживается на глупом принте, выбитом на тунике, спускается к бедрам, едва прикрытым хлопковой тканью, к босым ногам. На долю секунды меняется в лице, напоминая прежнего Яна, из отеля.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тяжело вздыхает и, видимо, окончательно осознав, что я оказалась его сестрой, отворачивается. Я же складываю руки на груди, словно прикрываясь.

Отвлекаюсь на очередной приступ кашля. Приближаюсь к деду и касаюсь его плеча.

- Может быть, Эда позвать? – напрочь забыв о Яне, взволнованно предлагаю я.

Адам отрицательно качает головой и отмахивается. Сам восстанавливает дыхание. Но я не спешу уходить. По вчерашнему опыту помню, что в любой момент его состояние может ухудшиться.

- Этого шарлатана давно пора выгнать, - напоминает о себе Ян, и от его непривычно стального тона у меня опять сжимается все внутри. – Около года тебя «лечит», а тебе только хуже становится…

- Хуже, потому что старею и разваливаюсь, - хмыкает дед. – Или ты хочешь оставить меня на попечение дорогих родственников? Сам-то сбежал, - добавляет с легким налетом обиды.

- Я не… - начинает Ян, но Адам перебивает.

- Рядом только Эд и находится. Теперь хоть внучка появилась, - заканчивает тише.

Опускаю голову, впервые в жизни чувствую несвойственное мне смущение. Слишком нежно Адам отзывается обо мне. По-родственному. Не привыкла я к такому отношению. Да и не заслуживаю его. Ведь собираюсь исчезнуть сразу же после того, как получу свою долю.

- У тебя редкий талант, дед, - бросает небрежно Ян, - собирать вокруг себя жуликов.

Колкий взгляд впивается в меня на миг, но тут же отпускает.

- Не обижай девочку, не разобравшись, - вступается за меня Адам.

Становится еще противнее на душе, но в то же время… тепло. Будто я больше не одна. Впрочем, это иллюзия. Дед просто хочет внука больнее зацепить. И ему это удается.

- Мне нужно с тобой поговорить, - обращаясь к нему, чеканит Ян. – Наедине.

- Делать мне больше нечего, как посреди ночи беседы вести. Завтра. Все завтра! Я вообще из-за вас забыл, куда шел, - бурчит недовольно. – Так, разбежались по своим комнатам! Живо!

Невольно улыбаюсь: он разговаривает с нами, как с детьми. Того и гляди – в угол поставит.

Ян явно хочет поспорить, но Адам разворачивается и возвращается к себе. Я же, пользуясь моментом, направляюсь к своей двери. Надеюсь избежать сегодня объяснений с Яном, но…

- Мика, стой, - приказывает тихо, но строго.

- Завтра. Все завтра, - отвечаю, дублируя тон деда. - Спокойной ночи, - ехидно бросаю напоследок, - братишка.

И понимаю, что совершила ошибку. Не успеваю перешагнуть порог, как Ян обхватывает меня сзади. Аккуратно, но ощутимо. Одну руку укладывает на живот, а второй накрывает рот, не позволяя даже пикнуть. Толкает меня в комнату, разворачивает резко и, захлопнув дверь, впечатывает меня в нее спиной.

Смотрю в его потемневшие от злости глаза, и меня парализует. По венам не вовремя растекается страх из прошлого.

Глава 9

Ян

- Братишка, - звучит издевательски.

И если до этого момента я держал себя в руках, то теперь меня срывает. Мелкая дрянь. Врет и не краснеет. Сестра? Ага, как же! Я не так доверчив, как дед. Тот в последнее время вообще странно себя ведет. Я присматриваю за ним, беспокоюсь. Примчался посреди ночи, несмотря на то, как мне хреново было весь день, а он... Успел мошенницу притащить в дом!

- А вот теперь давай поговорим, - рычу на Мику, впечатывая ее хрупкое тельце в дверь.

Непроизвольно скольжу по ней взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Красивая. Даже в этой придурковатой тряпке с мордой кошки на груди. Идеального размера груди, стоит признать.

Есть в Мике что-то манящее. Ее дерзость хочется подчинить. Сопротивление – сломать. А эту необъяснимую свежесть, которой так и веет от девчонки, испортить.

Мика зацепила меня сразу. С первого взгляда. Промчалась мимо, даже не заметив. И заставила перекроить весь график, взяв выходной в собственной компании.