Достань меня (СИ) - Брежнева Маша

Ознакомительный фрагмент

Рита с удовольствием отвернулась бы от подруги, чтобы скрыть все более заметное смущение.

- Ууу, ну и дела, – Катя не могла подобрать слов, чтобы описать словами истину, открывшуюся ей в этот момент. – Все понятно, Рыжова. Тебе хана.

***

В четверг, перед очередным уроком истории, класс не на шутку волновался. Было пройдено уже несколько тем, и Виталина Сергеевна обещала провести тест. Добрая и понимающая по первым впечатлениям учительница вполне могла  оказаться грозной фурией во время проверки знаний, и ребята срочно делали спасительные шпаргалки. Благодаря новому учителю предмет как-то сразу стал интереснее, но большинству история все равно давалась тяжело – трудно было выучить даты, имена, построить логические цепочки между событиями.

Рита переживала не за результаты теста, а за соревнования, ждущие её на выходных. Проигрывать не хотелось, но последние тренировки проходили не самым блестящим образом, и тренер заставлял девочку бегать едва ли не до потери пульса. Всегда собранная атлетка немного дала волю эмоциям, а в спорте это мешало. Рита все понимала, только вот никак не могла сосредоточиться. Не о том она думала, о чем стоило бы. Совсем не о том.

Закопавшись в своих мыслях, она вышла в коридор, потому что смотреть на синхронно обалдевших одноклассников сил уже не было.

Людей рядом с кабинетом почти не оказалось, а в конце коридора возле окна стоял Женя, с отрешенным видом листавший что-то в телефоне. Рита уверенно направилась к нему.

Она, в здравом уме, сама шла к Ковалевскому! После его признания они больше не обсуждали тему чувств, хотя общались каждый день и в школе, и вечерами. Рита совершенно запуталась, что она ощущает, находясь рядом с ним каждый день. Признаваться себе в том, что уже смутно засело на краешке подсознания, было страшно, гораздо страшнее даже, чем проиграть забег.

- Ты что-то не занят шпаргалочным мракобесием, – сказала она, становясь напротив парня.

- Я так понимаю, ты тоже, – Женя убрал телефон в карман и облокотился на оконную раму. – Вот уж не поверю, что тебе все равно, как ты тест напишешь. Прикинь, что будет, если я тебя опять уделаю.

Он усмехнулся, а вот Рите смешно не было.

- Можешь не верить, но сейчас не до теста, уделывай, если хочешь, – Рита вздохнула, представляя, как сегодня снова будет отходить после тренировки, и подумала, что оценки её сейчас интересуют меньше всего на свете. Особенно меньше того надоедливого, но совершенно нереального парня, который так завороженно смотрит на нее.

- Что-то случилось? – от проницательного взгляда серых глаз Ковалевского спрятаться было невозможно.

- Нет, но может. У меня в субботу соревнования, а я бегу на последних тренировках хуже наших лентяев-задохликов на физре.

- Рит, ты чего?  Это же на тебя не похоже. Ты лопнешь скорее, чем проиграешь кому-нибудь. Я не думаю, что у тебя не получится, – Женя потянулся к Рите рукой и ласково потрепал по плечу. – Рыжик, ты все сможешь, правда.

Он не называл так Риту уже несколько лет, и девочка даже не поверила, когда услышала это обращение. Прозвище «Рыжик» так и пристало к ней с первого класса. Правда, потом Женя не произносил его, называя Риту, чаще всего, по фамилии. «Рыжик» еще никогда не звучало настолько мило, как сейчас.

- Как ты сказал? Рыжик? Я думала, ты уже забыл про это.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Ну уж нет, я свои шедевры не забываю. И если я хочу называть Рыжиком, разве нельзя?

Ей хотелось сказать, что можно, ведь это было так приятно. Но с другой стороны, зачем? И с губ сорвались совсем другие слова.

- Жень, что тебя нужно от меня? – напрямую спросила Рита.

- Ты правда не понимаешь?

Она внимательно смотрела на парня и ловила себя на мысли, что ей нравится слышать его голос. Знакомый с детства и совершенно другой. Обалдеть просто. Почему так не хотелось, чтобы это мгновение закончилось?

А Женя мечтал ровно о том же. После того вечера, когда он встретил Риту на остановке, для него существовала только эта девочка. За несколько дней из Ритки, которую он всегда  бесил и доводил, она стала для Жени особенной. Он уже понял, что не хочет бегать за ней месяцами. И тем более, не хочет, чтобы она бегала от него. Ковалевский мечтал, чтобы счастье настигло их как можно скорее. И если надо, то он был готов разбить все стены, стоящие между ними. Не хочет признаваться, что он тоже нравится ей? И пусть. Сейчас он не оставит ей путей для отхода.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она спросила, что ему нужно? Ну так пусть узнает. Забыв обо всем, что происходит вокруг, Женя шагнул к Рите и неожиданно поцеловал ее. Прямо в школьном коридоре. Без разрешения и без всяких споров.

А это был первый поцелуй в жизни девочки. Она столько раз видела в фильмах, как это происходит, а теперь совершенно волшебный момент случился и с ней. И целовал её Женя Ковалевский – тот самый, которого первая учительница когда-то сделала соседом Риты по парте, развязав между ребятами войну. Что сказала бы та строгая классная дама, узнав, чем занимается буйная парочка спустя столько лет?

Попытки Риты вырваться и побить Женю кулаками прекратились быстро. Быстрее, чем она сама могла подумать. Нет, Рита не забыла, как дышать, не упала в обморок и даже не потеряла равновесие. Но в этот момент для нее существовал только Женя, только этот парень, горячее дыхание которого она ощущала на своем лице. Обнимая его, Рита (совершенно того не замечая) пыталась прижаться к нему покрепче, словно хотела стать еще ближе. Своим поцелуем он устроил такой творческий беспорядок среди мыслей девушки, что она просто потерялась в собственных ощущениях. Но ей уже казалось, что иначе между ними и быть не могло.

- Рыжик, – Женя оторвался от нее и посмотрел прямо в глаза, – Рыжик, ты нужна мне, понимаешь? Я теперь без тебя никак. Я всегда без тебя никак.

- Жень, – его имя она назвала уверенно, но вот что сказать ему дальше? – Я не понимаю, что происходит. Мне впервые в жизни не хочется послать тебя.

- У этого чувства есть определенное название, но если боишься, то можешь продолжать не признаваться и мне, и самой себе. Я подожду. Только уже не отпущу тебя.

И действительно не отпустил. Женя стиснул её ещё сильнее и на секунду оторвал от земли. Хотелось покружить Ритку, поцеловать её снова, взять за руку и утащить куда-то, где будут только они вдвоем. Но все это обязательно будет позже, а прямо сейчас главное, что спустя столько лет глупой борьбы он по-настоящему с ней, она с ним, они вместе. Да называйте это, как угодно! Ведь теперь она - его Ритка, его Рыжик, самая неугомонная и самая лучшая девочка на свете.

- Я приду за тебя поболеть в субботу, слышишь? У тебя просто нет вариантов пробежать плохо.

- Ну да, дуэт из орущих на трибуне Жени и Кати – это мощно, – Рита улыбнулась и потянула парня к кабинету. Тест ради них никто не отменит, но знала бы Виталина, что для них сейчас нет ничего важнее их собственной истории!

Вместе они вернулись в класс, а дальше занялись своими делами. Антон понял, что между ними что-то произошло по абсолютно одинаковой глупой улыбке на лицах обоих, но спрашивать у друга ничего не стал.

Глава 7

Войдя в дом вечером после работы, Женя сразу же обнаружил кроссовки Артёма возле двери.

«Опять мой братец притащился на мамину еду»

Мысли Жени были абсолютно правильными. Артем уже давно жил отдельно и был весьма самостоятельным, но готовить не любил. Жениться он пока не планировал, но уж если расставаться с холостяцкой жизнью, то только ради самой лучшей девушки. Такой, которая умеет сочетать в себе качества лучшего друга и пылкой любовницы. И да, готовит не хуже, чем мама.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С подругами, которые в его жизни менялись достаточно часто, Артем расставался легко и без особых проблем. Сейчас же он вовсе был свободен и по вечерам часто приходил к семье.

На кухне Женя стал свидетелем замечательной картины: Артём увлеченно рассказывал маме о каком-то новом проекте, при этом уплетая за обе щеки запеченную под сыром свинину и какой-то салат. На столе еще стояла тарелка с парой горячих бутербродов.