Иллюзия любви (СИ) - Альшанская Снежана

— А теперь поедим.

Я опустила взгляд, посмотрела на стол. В тарелке Зарова было прожаренное мясо с ломтиками сыра, аккуратно нарезанными ломтиками лимона и ярко-красным…

Надеюсь, это соус.

В моей же какой-то овощной салат с все тем же гарниром. Мяса не было. К счастью не было, хоть я не была вегетарианкой. Просто увидев его, разум сразу начал бы предполагать его происхождение.

— Поешь, — сказал Заров, разрезая кусок мяса.

Есть не хотелось, но все же я попробовала немного салата, овощей.

— Фернандо — один из лучших поваров мира, — сказал Люцифер. — Мне всегда нравилось как он готовит. Потому он все еще жив.

От последней фразы комок застрял в горле, на что Заров усмехнулся.

— Почему публика всегда домысливает худшее? — спросил он, смотря мне в глаза, накалывая на вилку мясо. — Люди готовы поверить во что угодно, лишь бы не мыслить рационально. В магию, духов, оживших мертвецов. Даже в дьявола. Вот почему? Впрочем, будь иначе, мне пришлось бы искать другую работу.

С этими словами он отправил кусок мяса в рот. Он ел и молчал. Лишь смотрел на меня. Не тем взглядом, что смотрят на коллегу, и даже не тем, которым любуются понравившейся женщиной. Нет. Он глядел как на экспонат. Как на висящую на стене саблю, на которую я все еще косилась, картину со сражающимися рыцарями или на доспех в углу. Еще один экспонат, приобретенный Люцифером Заровым для своей коллекции.

Через полчаса вернулся старик с подносом и красующейся на нем бутылке вина с парой бокалов. Поставив все на стол, он кивнул Зарову и опять ушел. Иллюзионист же взял бутылку, взглянул на этикетку.

— Купил на аукционе недавно. Обычно такие вина не пьют, а держат где-то в шкафу. Но зачем его тогда делали? — он взял штопор и открыл крышку. Над горлышком показался пар. Затем Люцифер разлил содержимое по бокалам. Оно было кроваво красным, напоминающим кровь, от чего мне стало еще страшнее.

— За знакомство, — сказал Заров, двигая ко мне бокал.

***

— Идем, — Заров поднялся и встал рядом, предлагая взять меня под руку.

Вино оказалось довольно крепким. Его терпкий вкус все еще ощущался на губах. Но стало немного легче. Может, Фернандо и не живой труп вовсе, а всего лишь старик? Может, и Люцифер Заров — обычный человек, напускающий вокруг себя таинственность? Работа у него такая — быть таинственным и загадочным.

Держа иллюзиониста под руку, я прошла через холл, он открыл дверь, и страхи вернулись. Кто угодно испугался бы узрев то, что увидела я. Все мое тело напряглось и единственным желанием было бежать.

Потому что комната напоминала место работы палача.

Посредине стояла и блестела лезвием гильотина. Рядом с ней ящик, напоминавший гроб. Господи, это действительно был гроб! Со стен свисали кандалы. На столике аккуратно были сложены кинжалы. А исполинский и явно тяжелый шкаф то открывался то закрывался. Сам по себе!

Я остановилась не в состоянии шагнуть. Тело потеряло управление и отказало мне. На спине проступил холодный пот.

Заров посмотрел на меня, тяжело вздохнул.

— Расслабься, — сказал он. — Не бойся. Все, что ты увидишь — лишь иллюзия. Поверь, в этом мире не существует ни магии, ни сверхъестественных сил. Если кто-то когда-то будет доказывать тебе, что они существуют — держись от него подальше. Это или мошенник, или сектант, или сумасшедший.

Я слышала то, что он говорил. Но взгляд не отрывался от ритмично закрывающейся и открывающейся двери, а сердце с каждым мигом наращивало темп. Заров же коснулся горячими губами моей щеки, аккуратно, словно боясь разбить меня, поцеловал и шагнул вперед.

Подошел к шкафу, хлопнул ладонью по его боку, и дверь застыла.

— Механизм неисправен, — сказал он. — Все не доходят руки починить, а выбросить его жалко. С ним связаны кое-какие воспоминания. А тут, — он шагнул к гильотине и поднял лезвие, — часть его ненастоящая.

Иллюзионист прикоснулся к лезвию и часть его, сделанная кругом по форме шеи спряталась внутрь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Если не вертеться — абсолютно безопасно. Все безопасно. Только если ты будешь доверять мне.

Его твердый голос немного успокоил меня. Я даже начала ощущать свое тело и шагнула в комнату. Но все это место так или иначе навевало беспокойство. Кому понадобится оформлять комнату вот так? С массой способных унести жизнь штуковин? Дьявол или иллюзионист?

— Встань сюда, — сказал он, открывая дверь вертикально стоящего узкого черного шкафчика. — Не бойся. Вставай.

Он приказывал, а я слушалась. Молча подошла, забралась внутрь. Было узковато, но стоять можно.

— Так… Замри…

Я замерла, хоть мое сердце не могло. Прямо предчувствовало, что сейчас что-то случится. Что-то плохое.

Что-то щелкнуло. Я ойкнула со страха. А потом увидела острые иглы, выдвинувшиеся из стенок и обхватившие меня со всех сторон. Все тело сжалось, словно пыталось уменьшиться. Стало холодно-холодно.

— Надо бы немножко похудеть. На пару дюймов. Мне будет спокойнее, — его тихий шепот звучал где-то у меня в голове. — Скажу Фернандо, пусть подумает над твоим рационом.

Сказав это, он прикоснулся к моей щеке горячим языком.

Глава 4

Свет замерцал. Лезвие гильотины блестело. А мне с каждым мигом становилось все жарче и жарче. Люцифер Заров провел языком по моей щеке, затем коснулся шеи, потом аккуратно, словно распаковывая что-то дорогое и хрупкое, начал снимать с меня платье. А я не могла пошевелиться.

Всюду торчали хищные иглы и лезвия. Ко мне они не качались, но стоит мне пошевелиться, и…

Когда стараешься не двигаться, то зашевелиться хочется больше всего. Заров же открыл вторую стенку шкафа. прямо передо мной. Посмотрел мне в глаза.

— Если не будешь шевелиться — все будет хорошо, — прошептал он и слегка усмехнулся.

Черт! В этом и состоит наша репетиция?

Он аккуратно обнажил из-под платья мою грудь, прикоснулся пальцем к соску. Сперва легонько, совсем аккуратно, потом все сильнее и сильнее. Склонился, укусил за шею, потом перешел к уху…

Поначалу было страшно, но с каждой секундой я все больше возбуждалась. Чувствовала, как между ногами намокает, как твердеют соски, как каждая клеточка моего тела желает получить его…

Люцифера.

"Он что-то мне подсыпал" прозвучала мысль в голове, но мне было не до неё. Я старалась не двигаться, пока Заров раздевал меня. Когда это произошло я даже не поняла. Просто увидела в его руках мое платье, а потом оно отправилось валяться в углу комнаты.

Потом Заров сделал шаг назад и дал полюбоваться собой. Одним движением он развязал бабочку, помял её в руках, а потом завязал себе глаза. Что он делает? А впрочем, не важно…

Я могла лишь любоваться, как он снимает пиджак, затем рубашку, оставаясь в одних брюках. Его тело было идеальным. Во всех смыслах. Наверняка потом мой разум придумает этому паранормальное объяснение. А может, самое обычное — Люцифер Заров просто следит за собой и имеет на это деньги.

Впрочем, не важно. Я просто любовалась на спортивное, но не перекаченное тело, на сильную, мускулистую грудь, на живот, твердость которого явно могла соперничать с каменной. На его губы. Кажется, он что-то шептал.

Больше всего хотелось сорваться с места и оказаться в его объятьях, но я помнила про иглы и кинжалы вокруг. А об будто бы дразнил. Расстегнул пояс, отбросил его, сделал шаг ко мне и притронулся пальцами к его устам.

Мне сразу же захотелось облизать эти тонкие, длинные пальцы. Они оказались немного солоноватыми на вкус, но приятными. Каждое касание языком к его мягкой коже сопровождалось вспышкой где-то внутри меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я чувствовала, как он приближается ко мне. Его дыхание пахло дорогим вином. Его язык проник в мой рот, мы слились в поцелуе. Голова вскружилась. На миг я даже позабыла обо всех орудиях пыток вокруг. Лишь когда запястье коснулось чему-то металлическому, машинально отдернула руку.