Друг моего жениха, или Французский поцелуй (СИ) - Волкова Ольга

— Тогда у нас с тобой большие проблемы, Лиза, — серьезный тон голоса мужчины окончательно разрушил во мне иллюзию реальности происходящего. Потому что он был прав, каждая наша встреча будет мучительно-волнительной, желанной и отчаянной… Но… как же мой жених? И ведь Влада я совсем не знала…

Глава 7.

И я сбежала от Влада, испугавшись тех чувств, что вспыхнули в тот момент. Придя домой, места себе не находила. Мне казалось, что я предала Стаса. Что посмела мечтать о другом мужчине только потому, что он иначе влиял на меня. Что со мной?

Сославшись на вдруг появившуюся головную боль, я распрощалась с Владом, скорее смахнула с лавочки свои пакеты с обновкой, и, не оборачиваясь, убежала. Сначала заплутала, но, как сказал Стас – карта в помощь. Смешно, и в то же время очень обидно. Я в этом городе совершенно чужая. Прекрасный Париж – прекрасен только для тех, кто приехал сюда отдохнуть от повседневной рутины. А мне казалось, что в этом городе я начала терять не только себя, но и своего жениха.

С момента побега прошло уже несколько дней, как раз сегодня у нас наметилась вылазка с девчонками. Я пыталась отказаться, но Ника совсем раскисла, и стала сетовать на то, что теперь наши наряды провисят в гордом одиночестве в шифоньерах. Пришлось-таки сбавлять обороты и выполнять обещание.  Уже сколько мы здесь, дней-недель не сосчитать, а будто бы только недавно приехали. Остались лишь считанные дни до нашей свадьбы, и я все больше погружалась в раздумья – не спешим ли мы с любимым. Эти сомнения съедают меня изнутри, и потом… каждую ночь я вижу в своих снах Влада. Как наваждение, боже. Я бегу за ним, а он отдаляется, и эта дорога превращается в бесконечную ленту пути. А глаза моего незнакомца – ими он свел меня с ума, буквально приворожил, и прожигающий карий взгляд преследовал меня, словно два огненных шара, пронизывающих каждую клеточку крови, которая в свою очередь будоражит каждую струну моих чувств.

Мама Стаса совершенно неуправляемая и непрошибаемая. Вчера вечером приперла огромную подарочную коробку со свадебным платьем. Господи, нужно было видеть мой шок, отразившийся на лице.

«— Лиза, подойди, — Римма Эдуардовна звала меня своим скрипучим голосом. Конечно, я ринулась ей на помощь, и, заволокла огромную коробку в квартиру. Удивившись внезапному приезду будущей свекрови, не сразу среагировала на ее недовольный вид, словно я проявила неуважение к ней.

— Что в коробке? — спросила я, когда, плюхнувшись на диван в гостиной комнате, принялась осматривать предмет беспокойства. Римма Эдуардовна чопорно присела на край кресла, сложив руки на скрещенных коленях – вся такая аля-аристократка с прямой спиной, кстати – больной спиной. Потому что Стас постоянно мне жаловался, как его бедная мама не может справиться с остеохондрозом, и только поездки с ее подружками, хоть как-то отвлекают женщину от нескончаемых мук. Но мы-то, девочки, все прекрасно понимаем, с какой целью мама Стаса срывается в поездки. И тем не менее, Римма Эдуардовна смогла лично притащить этот неподъёмный ящик через весь город. Женщина жила практически на окраине, когда как Стас снял жилье в центре Парижа. И потом, жених начал присматривать нам постоянное место жительства, о чем я была поставлена в известность сегодняшним утром.

— А ты как думаешь? — съязвила она, но стоило войти в комнату ее сыну, Римма Эдуардовна мигом сменила выражение лица, и вовсю – я бы даже сказала настолько искренне заулыбалась нам обоим, что, если бы не пять минут нашего пребывания наедине, в жизни б не поверила, что она на такое способна. Уникальная актриса! — Я тут Лизочке подарок привезла – свадебное платье, дорогой.

Стас обрадовался подарку больше меня самой. Скорее распечатав аккуратно украшенную в упаковочную обертку коробку, мой любимый вынул из нее бежевого цвета и непонятной формы «что-то». Как меня подмывало сказать, что уже платье куплено, и в этой страсти я никогда не выйду в люди. Но… я-таки его надела и продефилировала в нем перед Риммой Эдуардовной. И Стасом. Хотя вроде как примета такая была, что нельзя жениху видеть невесту в платье – к расставанию. Тьфу-тьфу… я даже постучала по деревянному косяку, когда выходила из нашей спальни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Какое красивое платье! — восторженно пропела женщина, хлопнув ладошками. Она сцепила свои руки на груди, и ехидно заулыбалась мне. Стас не видел лица мамы, он как-то странно смотрел на меня, пытаясь понять, что вообще на мне такое. Я буквально видела его вовсю работающие мозговые шестеренки, но потом вроде бы сообразил и показал обычный класс большим пальцем руки. — Стас, ну что ты молчишь?! — возмутилась его мама и толкнула сына в бок локтем. Он растерялся на самом деле.

— Спасибо, Римма Эдуардовна, — встряла я, спасая жениха. — Наверное, Стас просто в шоке от красоты, подаренной вами. Наверняка, это последний писк моды? Вы его в бутике «Джованны» присмотрели? — сарказм лился рекой. Естественно, будущая свекровь уловила интонацию в моих словах, и точно также отвечала в подобной форме.

— Я тебя предупреждала, что тот бутик единственный в Париже. И тебе придется скинуть пару лишних килограммов. Посмотри на себя, а ведь та же Лера – подруга твоя, в нем была бы гораздо красивее, — скривив свою змеиную ухмылку и сощурив глаза, Римма Эдуардовна встала.

— Мама, ну что ты такое говоришь? Лиза, итак, ничего не ест, я впихиваю в нее еду, а ты про лишние килограммы, — Стас вступился за меня, но рано я обрадовалась, потому что дальше он, наверное, навсегда ранил мои сердце и душу. Окинув мгновенным оценочным взглядом, добавил: — Да, на Лере оно бы смотрелось лучше».

Так вот, со Стасом я не разговаривала ровно со вчерашнего дня. А вечером позвонила Ника и объявила, что Лерка заболела. Странности? Совпадения? Или еще чего?

* * *

— Ну ты собралась уже? — Эмилия подгоняла меня. Я надела свое маленькое черное платье, подкрасила губы красной помадой, накрутила локоны и нацепила шляпку. Высокие шпильки – не Лубутены. Теперь я точно готова к вечеринке. Уж сегодня оторвусь, как не отрывалась никогда. Пусть Стас ищет меня с помощью Гугл-карты, выискивает по симке или еще чему-нибудь, а я решила для себя: раз в Париже мне придется провести неопределенное время, значит его нужно как следует отыграть, чтобы потом было что вспомнить в молодости.

— Собралась! — объявила я, выйдя из спальни. Эмилия села на край дивана и с широкораскрытыми глазами уставилась на меня, даже слова произнести не могла. Как будто оцепенела, увидев приведение. — Ты чего? — взволнованно переспросила у нее, решив, что с моим прикидом не все в порядке. Даже осмотрела всю себя, убедившись в обратном.

— Я не поняла сейчас прикола, ты собралась покорять мужские сердца во всем баре?

— А что не так? — я нахмурилась.

— Да нет, все так, — Эмилия скептически ответила мне, но закивала головой, вроде как согласившись со мной. — Просто завтра не звони мне, хорошо?

— Эля, ты меня пугаешь, — хохотнула, затем подошла к девушке и протянула свою руку. — Поднимай свою попу – наш ждут обалденные приключения!

— Ага, на нее самую – на пятую точку. И, хочу заметить: только твою.

— Ну тебя, — отмахнулась от подруги, взяв ту под ручку. — Не превращайся в Нику. А вот Лерка бы заценила.

— Ай да ладно! — заулыбалась Эля, хватая на ходу свою сумочку. От света лампы она вся сверкала бликами. — Через полторы недели ты выходишь замуж.

Я хотела попросить Эмилию не напоминать мне о свадьбе, но промолчала. Ну что я в самом деле, ведь в каждой семье бывают периодически недопонимания...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 8. 

Клубная музыка оглушила нас троих, как только мы вошли в огромный зал помещения. На сцене диджеи крутили пластинки, совмещая современную обработку мелодий классиков и текст песен французских исполнителей. На удивление было здорово! Я слышала слова любви в каждом предложении, а ещё… тот самый акцент Влада, которым он обзавелся, проживая в Париже. Я не могла не думать о нём. И, как бы банально не звучало, при вспоминании о мужчине, мое сердце пускалось в пляс. Как будто купидон сверху простреливал стрелами мою грудь не одной, а несколькими сразу. Отчаянно, стараясь разбудить во мне давно уснувший вулкан настоящих чувств и ощущений.