Порочный ангел (СИ) - Кьют Аля

То есть, он знал, как я выгляжу. Это немного пугало, потому что его лицо мне было совершенно незнакомо.

— Олеся Владимировна, добрый день. Меня зовут Григорий Смирнов. Мне поручено решить ваши проблемы с визой, — отбарабанил он. — Вам удобно сейчас и здесь, или мы можем выйти? Кажется, рядом есть уютная кофейня.

— Я на работе. Какая вообще виза?

— В Италию, — невозмутимо ответил мужчина. — Мне поручил решить ваши проблемы Глеб Александрович Москвин.

— Да нет у меня проб…

Я запнулась, замечая, что коллега смотрит на нас с нескрываемым интересом. Общаться при ней с этим человеком мне совсем не хотелось.

— Настя, прикроешь меня? В счет обеда минут на тридцать.

— Конечно, — согласилась она тут же. — Иди хоть на час. Все равно сейчас мертвое время.

Вот так я профукала возможность пообедать в нормальное время и оказалась в кофейне на диване в компании делового господина от Москвина. Я не успела и заикнуться, что не хочу никакой визы, а он уже заказал нам кофе и рассыпал по столу бумаги.

— Давайте сразу все подпишем, чтоб не терять время.

И сунул мне в пальцы ручку.

— Да мне не нужно ничего, — попыталась я отдать ручку ему назад.

— Олеся Владимировна, мое время дорого, а ваш обед короток. Давайте не будем терять его на глупые споры. Пожалуйста.

Он был так убедительно вежлив, что я не посмела перечить, просто сдалась и подписала там, где он велел.

— Спасибо, — проговорил Григорий, забирая бумаги. — Не обещаю, что удастся все оформить в срок, но шанс есть.

— Да понятно. Ничего страшного, — отмахнулась я и только тут до меня дошло. — Разве это можно сделать без загранпаспорта?

— Конечно, нет, — хохотнул мужчина, закрывая портфель. — Глеб Александрович сказал, что к вечеру отдаст ваш паспорт. Вы его тоже по ускоренному варианту делаете? Я мог бы помочь.

— Нет, у меня есть загран, но дома.

— Тогда все понятно. Спасибо за уделенное время Олеся Владимировна, всего доброго.

— Ага, до свидания, — проговорила я, совершенно ничего не понимая.

И тут меня осенило снова.

Мама!

Я глотнула остывший кофе и вытащила телефон.

— Мама! что за движуха началась с моим загранником? Почему ко мне приходит человек для оформления визы? Твои хлопоты?

— Леся, с какой стати ты такая громкая? Мои хлопоты? Нет, конечно. Я просто позвонила Глебу, как ты и просила. Вернее, встретила его. Мы вместе йогой занимаемся.

Мама и йога? Москвин и йога?! Вот это новости. Ну да сейчас не об этом.

— В общем, я сказала ему про твою визу, он предложил решить все по ускоренной программе. Нужно было отказать? Это невежливо, Лесёнок.

— А паспорт мой у него откуда?

— Так у меня же есть ключи. Мы отменили йогу и поехали забрать твой паспорт. Я пока в своем уме и помню, где ты хранишь документы.

— О боже, — только и выдохнула я, сдавив переносицу пальцами.

— Твой телефон я Глебушке тоже дала на всякий случай.

— Да, и сказала, где я работаю. И адрес он мой теперь знает, — продолжила я список сомнительных достижений.

— А что такого в этом?

— Ничего, мам. Ничего.

Объяснять истинную причину своего недовольства я не стала.

— Просто незнакомый человек. Такие хлопоты. Мне неудобно очень.

- Да какой же он чужой? Мы соседи и вообще. Не мешай ему делать добрые дела.

— Угу. Конечно. Помешаешь ему теперь, — буркнула я, слава богу, мама не расслышала. — Ладно, я пошла работать. Пока. Спасибо за заботу.

Я надеялась, что она не услышала сарказм в моем голосе. Все же мама хотела как лучше. А вот у Москвина, похоже были мотивы — как всегда.

Но у меня еще оставался шанс отказаться от поездки. Визу могли не дать и отпуск, кстати тоже, хотя я действительно собиралась взять перерыв на работе.

— Леся, вот и ты. А я как раз рассказываю Артему, что тебе визу делают по ускоренной, — поприветствовала меня Настя, едва я вернулась в магазин.

Артем наш управляющий тоже был здесь.

— Если все получится, дашь контакты посредника? — вступил он тут же, не здороваясь даже. — Я с твоим отпуском все уладил. Пиши заявление. Сейчас как раз отличное время для этого.

Я только руками развела и… снова села писать. Спорить с Артемом — себе дороже. Пока я царапала ручкой по бумаге, он рассказывал, как сложно иногда быстро оформить визу, особенно куда-нибудь в Европу или в Штаты. Он даже заводил два загранпаспорта, чтобы экономить время.

Я немного успокоилась. Посредник тоже говорил, что есть вероятность не успеть. Только это меня и обнадеживало.

Я поболтала с Артемом для вежливости, но при первой же возможности вернулась в шоурум из подсобки, чтобы обслужить клиентку.

День тянулся бесконечно. Я вроде бы отвлекалась на работу, но каждую свободную минуту возвращалась мыслями к Глебу и суматохе, которую он затеял, чтобы я смогла поехать. Это льстило, если честно. Я старалась не поддаваться тщеславию, вообще старалась не думать о Москвине. Именно это было мучительно сложно, изматывающе тяжело.

Давно я так не уставала на работе. Ноги едва шли к электричке, когда зазвонил мой телефон. Незнакомый номер. Я не успела снять трубку, разумеется, и даже порадовалась, потому что это мог быть тот самый хлопотавший за визу Григорий.

С этого же номера через минуту пришло сообщение

У тебя есть резиновые сапоги?

Я невольно прыснула. Почему-то не было сомнения, что это Глеб. Неожиданный вопрос от него.

Пока я придумывала, что ответить, он прислал второе сообщение

Григорий был у тебя? Все нормально прошло? Это Москвин. Сними трубку.

Я вошла в вагон электрички, села и честно соврала, ответив.

Л. Я в метро и мне некогда болтать.

Г. Или не хочется? Ладно. Буду писать. Так что насчет сапог?

Л. Ты хочешь продать мне сапоги?

Г. Нет, но они тебе понадобятся в Италии. У меня планы.

Л. Оставь при себе планы вместе с сапогами. Сам знаешь, что визу мне не дадут так скоро.

Г. А мой стакан наполовину полон. Гриша успеет, я уверен. Ты все еще игнорируешь мой вопрос относительно сапог.

Л. У тебя фетиш такой что ли?

Г. ДА, конечно. У меня не встанет, если у партнерши нет резиновых сапог.

Л. Извращенец.

Г. Еще какой.

Л. Нет у меня нет сапог, Глеб.

Г. Прекрасно. Я тебе куплю.

Л. Не надо.

Г. Я пошутил про фетиш. Мы можем переспать и без сапог.

Л. Я не шутила. Ты все еще можешь оставить свой член в штанах. Прибереги для той, у которой будут сапоги.

Г. Какая ты дерзкая, детка. А в подвале дрожала.

Л. Я не дрожала.

Г. Врунья.

Л. Глеб, останови всю эту возню с моей визой. Я все равно не полечу.

Г. Правда? А я уже распорядился приготовить тебе комнату с видом на море.

Л. Не надо.

Г. Уверена?

Л. Сто процентов. Отдай ее Лике. Она оценит. И сапоги тоже.

Г. Какая незамутненная щедрость. Ладно, я тебя понял.

Я ничего не ответила, и через минуту пришло еще одно сообщение.

Г. Если виза будет готова, и ты не полетишь, мне придется рассказать Виктору.

Л. Ты не посмеешь.

Г. Полагаешь? Давай проверим.

Больше он не писал. Я с ужасом поняла, что одновременно взбесилась и расстроилась из-за этого. Всю дорогу до дома проверяла телефон, но нет.

Не знаю, что было хуже: новый виток шантажа, моя беспомощная злость или капля разочарования, потому что я не могла придумать достойного ответа и продолжить спорить с ним.

А уже перед сном до меня дошло, что я писала Москвину «ты». Ужас.

Наверно это из-за общения по смс. Мои чувства к Глебу были такие странные. Я буквально цепенела, когда он подходил близко. Ужасно злилась и боялась одновременно. Поэтому, наверно, через оцепенение из меня вырывались дерзости. Я хотела ударить его, чтобы стереть с губ нахальную ухмылку, а потом поцеловать.

Идея лететь в Италию нравилась мне все меньше с каждым днем. Слава богу, Григорий не звонил, не объявлялся больше. Я работала, как обычно, неделю подряд перед отпуском, успев забыть о приглашении хлопотах Москвина. Наверно, не успели с визой. Это стало понятно еще в пятницу. Вряд ли кто-то стал бы заниматься моими делами в выходные. Субботу и воскресенье я тоже работала. Разумеется, народу в магазине было больше обычного.