Мария Баррет - Обманутая

– Зачем? – одновременно спросили Ливви и Фрейзер. Потом посмотрели друг на друга и отвернулись.

– Мы с Фрейзером много говорили о тебе прошлой ночью, Ливви. И с тех пор ты не выходишь у меня из головы.

– Почему? – Ливви метнула на Фрейзера короткий взгляд, но он проигнорировал его. Все было не так, как представляла Бет, но сейчас ему было трудно сказать об этом.

– Понимаешь, моя пациентка говорила на прошлой неделе, что у нее есть чудная маленькая квартирка на верхнем этаже дома. И она хотела бы ее сдать. Она спрашивала у меня совета. Естественно, ей не хочется давать объявление, и она надеялась, что я знаю кого-нибудь, кто заинтересуется ее предложением. – Голос Бет был обманчиво мягкий, с очаровательным шотландским акцентом, он скрывал истинный жестокий характер Бет. – После того, как Фрейзер оставил меня на рассвете, я подумала о тебе. Он сказал, что ты нашла себе работу и, возможно, тебе понадобится жилье.

– Не понадобится, – прервал ее Фрейзер. Он хотел сказать, что собирается просить Ливви вернуться в его дом, где она будет жить вместе с ним. И он не оставлял Бет на рассвете, так как ушел от нее в полночь! Он попытался объяснить все это, но Бет перебила его.

– Все равно, – сказала она быстро. – Я решила зайти к тебе и рассказать об этой маленькой квартирке. Она очень мила, и там гораздо лучше, чем в отеле. – Она ободряюще улыбнулась Ливви. – Я могу взять тебя с собой и показать ее.

Ливви молчала, пока Бет говорила. Тепло, которое исходило от Фрейзера, исчезло. Она смотрела на него, видела его смущение и поняла, какой чудовищной дурой оказалась. Румянец залил щеки, и горячая злость охватила ее, почти мгновенно уступив место стыду и унижению. Почему она не понимала этого? Почему не могла предположить этого? Он же достаточно ясно дал понять ей. Боже мой! У него была другая женщина, и это все объясняет! Она рухнула на стул, чувствуя себя так, как будто на нее упала гора и выдавила весь воздух из ее тела.

– Ливви? – Фрейзер бросился к ней, но она отстранила его взглядом, и Бет, наблюдая за этим, подумала: «Прекрасно! Все оказалось не так трудно, как я считала!» И она продолжала щебетать как ни в чем не бывало.

– Я уверена, что Фрейзер не будет возражать, если ты отправишься со мной. Правда, Фрейзер? Я все равно еду туда, чтобы посмотреть свою пациентку.

Фрейзер покачал головой:

– Нет, я не буду возражать, если Ливви это заинтересовало.

– Да, мне интересно! – презрительно фыркнула Ливви, обрывая его. А потом сказала сладким голосом: – Но я должна спросить разрешение у Гордона.

– У Гордона? – Бет сладко улыбнулась.

– Да, Ливви работает в газете, – ответил Фрейзер.

– О, как замечательно! – воскликнула Бет, понимая, что появилась в критический момент. – Ты так добр, Фрейзер! Ты думаешь о каждом…

– Фрейзер здесь ни при чем, – прервала ее Ливви резко. – Он не знал об этом до самого утра. Пока Гордон Файф, редактор, не представил меня.

– О! Тогда поздравляю тебя.

Ливви саркастически улыбнулась, и в комнате повеяло холодом.

– Послушай, Ливви, а почему бы тебе не съездить с Бет и не посмотреть квартиру? – Он сказал это для того, чтобы разрядить обстановку, а не потому, что хотел этого. Она пристально посмотрела на него, а он продолжил быстро, пытаясь как-то исправить положение: – Если тебе понравится, ты можешь взять день для переезда, а приступить к работе завтра.

Ливви тяжело вздохнула. Он сделал отказ почти невозможным без приведения разумных причин. Поэтому она встала и эффектно улыбнулась Бет, игнорируя Фрейзера.

– Я переговорю с Гордоном, возьму пальто и буду ждать вас в холле. Договорились?

Бет кивнула. Может быть, все это будет не так легко, как ей сначала показалось.

– Ладно, Фрейзер! Я должна уходить. Я надеюсь, что ты не сердишься за мое вмешательство и старание помочь Ливви?

Она представляла все в таком виде, что было невозможно не благодарить ее.

– Спасибо, Бет. Я уверен, что Ливви оценит прелесть квартиры.

Бет согласилась.

– А потом, – продолжал он, пытаясь скрыть свою заинтересованность, она, возможно, признает Абердин своим домом.

Бет надела кожаные перчатки и повернулась к двери.

– Как это было бы удачно для тебя! – сказала Бет и, посмотрев через плечо, одарила его своей самой ослепительной улыбкой.

«Этого не будет, если я смогу помешать», – подумала Бет и стала спускаться по лестнице.

Глава 27

Через две недели Бет Броуден сидела в своем небольшом кабинете. Она дала себе несколько минут отдыха, прежде чем принять следующего пациента. Бет была зла на ушедшую больную. По ее мнению, больная была просто нытиком и притворщицей, а Бет пришлось долго разговаривать с ней вместо того, чтобы влепить пощечину. Бет была очень хитра и хорошо ладила с персоналом, поэтому занималась административной работой, терапией, но не хирургией. Нельзя сказать, что она питала к пациентам особо нежные чувства, и если ей приходилось обсуждать с ними их проблемы, она считала это пустой тратой времени. Депрессия, стресс – все время одно и тоже… Охота им впадать в стрессы… Сейчас, после нескольких минут отдыха, ей стало легче.

Она думала о своих отношениях с Фрейзером. Она думала о пустых телефонных звонках и о своих бесполезных усилиях. Не было ничего, кроме обычной дружбы: болтовня, выпивка. На черта ей такие идиллии! Нет, пора переходить к крутым мерам. Ей не нравилось, когда ее игнорировали как женщину! Бет Броуден сама управляет личной жизнью! Сегодня ночью она все изменит.

Она потянулась к своей сумке и достала маленькую записную книжку в кожаном переплете. Открыла страницу со списком нужных покупок, еще раз проверила его, добавила перечень ингредиентов для крема, а потом, после всего списка, написала «презервативы». Сегодня ночью она заменит эти идиотские дружеские отношения любовной связью – так что надо быть в боевой готовности.

Положив книжку в сумку, решила вызвать очередного больного, но ей помешал звонок секретаря из приемной.

– Привет, Бет. Звонит мистер Дерек Дорси, он ждет уже двадцать минут.

– Ох. – Это был уже третий звонок Дорси за неделю, но ей хотелось избежать разговора. Вот уж в самом деле – только она решила заполучить Фрейзера, так Дорси сразу добивается ее. – Попроси его перезвонить, – сказала она секретарю.

– Не получится – он заявил, что будет ждать, пока ты не освободишься.

– О Боже! – Бет тяжело вздохнула. – Ладно, Мэгги! Соедини меня с ним.

– Привет, Бет. – Его глубокий бархатный голос с прекрасной дикцией очаровывал. Бет вспомнила, как он действовал на нее до тех пор, пока она не поумнела.