Шейла О'Фланаган - Замужество Изабель

– Вот, например, чем не жених? – Мимо нас как раз проходил Марк. – Марк, Марк! – подозвала его миссис Донеган. – Иди познакомься, это Изабель!

– Мы уже встречались. – Я изобразила на лице милую улыбку. – Но, к сожалению, сейчас мне нужно пойти и попудрить носик. Так что увидимся с вами позже, миссис Донеган.

Я с облегчением выскользнула в фойе. Оркестр в это время играл "Мы выстоим!". Я поняла, что ненавижу свадьбы.

Глава 24

ПОСТОЯНСТВО ПАМЯТИ

(Сальвадор Дали, 1931)

Ночью сон ко мне не шел. Дыхание было затрудненным, мысли без устали вертелись в голове, как бумага на ветру. Все персонажи последних лет словно собрались в мою комнату и мелькали перед мысленным взором, как гости на свадьбе. Без ингалятора дыхание не налаживалось. Пришлось сделать несколько инъекций. Ясно, что дома моя астма значительно ухудшилась.

Я изо всех сил старалась не думать о Тиме. Я презирала себя за то, что позволила ему так сильно собой завладеть, словно попалась в его ловушку и никак не могу выпутаться. За то, что он снова стал мне так близок. В пять часов начали свой концерт птицы, в шесть проехал молочник. Я лежала с открытыми глазами и смотрела на стену, где когда-то висел постер Митчела Хатчинса. Его судьба тоже вызывала во мне острое сострадание. Но еще большее сострадание вызывала во мне та девочка, которой я когда-то была.

Я встала и завернулась в халат. Потом спустилась вниз и поставила чайник. Есть мне не хотелось, хотелось только отдохнуть, найти успокоение.

В этот день все у меня валилось из рук. Я посидела в саду, почитала Агату Кристи. Иногда ко мне подходила мать, мы мирно разговаривали. Я подставляла солнцу лицо, вдыхала аромат цветущих роз, но успокоения это не приносило.

Когда зазвонил телефон, я подпрыгнула на месте. Но мать меня опередила.

– Это не тебя, – сказала она, подходя ко мне со стаканом апельсинового сока в руках. – Кто-то не туда попал. Последнее время это часто случается. У нас одинаковый номер с продуктовым магазином в Корке, мы долго писали, просили что-нибудь с этим сделать. Но все напрасно. Народ постоянно забывает набирать код района перед номером.

Я закончила "Убийство в восточном экспрессе" и начала "Смерть на Ниле".

Алисон вышла в сад с подушкой и с наушниками в руках.

– Меня не будить, – проинструктировала она нас. – Я совершенно измочалена.

Телефон зазвонил, когда она едва прилегла.

– Это, наверное, Питер, – вскочила она. – Я подойду.

Оказалось, что снова ошиблись номером.

– Больше я не встану, когда он зазвонит, – пообещала Алисон. – Питер должен понять, что мне нужен отдых.

Очередной звонок раздался примерно через полчаса.

– Давайте я подойду, – сказала я. – Заодно налью себе сока.

– Слава тебе Господи, что ты наконец ответила, – сказал Тим Мэлон. – Мне больше не хотелось бросать трубку. Твоя сумасшедшая матушка могла бы подумать, что это какой-нибудь маньяк, и позвонить в полицию.

– Так это ты звонил раньше?

– Разумеется, я, кто же еще?

– Откуда мне знать? – ответила я. – По-моему, сюда могут звонить все, кто угодно. У Алисон насыщенная личная жизнь. У Яна свои друзья, у мамы свои. Да и отцу звонят часто. Даже чаще, чем мне.

– Прекрати шутить!

– Я просто констатирую факт.

– Ну ладно. Я звоню, чтобы узнать, в котором часу сегодня ты можешь со мной встретиться?

– Встретиться с тобой?

– Разумеется, Изабель. Мы же договаривались, что встретимся и поговорим еще раз.

– Но о чем?

– Как о чем? Мы еще не договорили множество вещей.

– А мне показалось, что ты уже все сказал.

– Конечно, все, – согласился он. – Но мне еще нужно узнать, как ты себя чувствуешь. И, вообще, я хочу тебя видеть, Изабель. Ну пожалуйста.

Раньше он никогда не говорил мне "пожалуйста".

– Но, Тим, какой смысл в нашей встрече? Сейчас слишком поздно.

– А смысл в том, что есть вещи, которые нам надо прояснить до конца. Причем слово "поздно" для них не существует.

– В моей жизни все уже прояснено, – тоскливо настаивала я.

– Может быть, – не отступал Тим. – И если это действительно так, то я обещаю оставить тебя в покое и никогда больше не искать с тобой встреч. Но мы должны во всем удостовериться, Изабель. Мы обязаны это сделать для нас же самих.

– Ты так думаешь?

– Да, – твердо ответил Тим.

У меня вспотели руки. Я поочередно вытерла каждую ладонь о свои джинсы.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Сегодня вечером я буду в городе. Что, если нам встретиться в кафе "На Сене"? Там хорошая атмосфера, и если тебя не заинтересую я, то, в конце концов, туда заходит множество других приятных мужчин.

Я засмеялась.

– Других приятных мужчин?

– Именно, – подтвердил Тим. – Кроме меня.

– Твоя скромность всем хорошо известна, она отличала тебя с давних времен.

– Только не на этот раз, – сказал он, и я почти ему поверила. – На этот раз дело не в моей скромности.

– Но я не хочу встречаться с тобой в пабе, – начала торговаться я. – Мы всегда встречались в каком-нибудь пабе.

– А что бы ты предпочла? – спросил он. Я промолчала.

– Я знаю, что бы ты предпочла. – Он сам ответил на свой вопрос, не дождавшись ответа. – Чтобы доказать тебе, насколько мои намерения серьезны, я за тобой заеду. Так сказать, встречу льва в его логове. Я позвоню к тебе в дверь, и мы вместе решим, куда нам ехать.

При мысли о Тиме, который звонит в мою дверь, я поежилась.

– Нет, – сказала я. – Этого, пожалуйста, не делай. С минуту он раздумывал, потом сказал…

– Жду тебя в ресторане "Фитцерс", Даусон-стрит. Если нам захочется, то потом мы пойдем куда-нибудь еще.

– Ладно…

– В восемь.

– Ладно.

Мне самой трудно было поверить, что я согласилась с ним встретиться.

Как всегда, я приехала раньше назначенного времени, но решила не заходить в ресторан, чтобы не сидеть там в одиночестве и не ждать Тима. Он скорее всего снова опоздает. Пунктуальность никогда не была его сильной чертой. На наши прошлые свидания он регулярно опаздывал минут на пятнадцать-двадцать, причем без всяких объяснений. Но сегодня мне не хотелось повторять прошлые ошибки: я решила, что опоздаю сама.

Я зашла в парк Тринити-колледжа, села на скамью и подставила лицо под лучи вечернего солнца. Если закрыть глаза, то можно даже вообразить, что я в Ретиро-парке. Даже на гитаре кто-то играл. Я открыла глаза и удостоверилась, что это не Нико. Играла какая-то девушка с каштановыми волосами. При мысли о Нико мне стало очень грустно. Я просто схожу с ума, сказала я себе. В этом нет никакого сомнения.

Когда я вошла в ресторан, Тим сидел за столиком. Я села напротив него и неуверенно улыбнулась.