Жестяная королева - Девни Перри

— Был бы от этого какой-нибудь толк?

— Нет, — признался я.

Я бы вступил в клуб независимо от чувств мамы. Это был мой путь, и, хотя я не сожалел об этом, были дни, когда я задавался вопросом, какой была бы моя жизнь, выбери я другой путь.

— Я понимаю, что ты предан клубу, — сказала она. — Я люблю и уважаю эту преданность, даже если не всегда могу понять ее, потому что подозреваю, что это похоже на преданность, которую я испытываю к тебе. Но все это в стороне, реальность такова… этот клуб встал между мной и твоим отцом. Мы оба позволили этому. Не повторяй наших ошибок. Не позволяй клубу украсть твое будущее, как это случилось с будущим твоего отца.

— Клуба нет.

И это был ответ.

Клуба нет.

Что бы ни случилось в прошлом с «Тин Джипси» и «Арроухед Уорриез», это не имело значения, потому что клуба нет.

Я схватил полотенце со стойки и вытер руки. Затем притянул маму к себе, чтобы обнять, прежде чем поцеловать ее в щеку.

— Спасибо, мама.

— Возьми ее с собой в следующее воскресенье. Я хотела бы познакомиться с женщиной, которую любит мой сын.

— Нова. Ее зовут Нова.

Она улыбнулась.

— Нова.

— Пока. — Я бросился к двери, схватил куртку с вешалки и шагнул в зимнюю темноту.

На дорогах было тихо, когда я мчался через город к шоссе. Я вздохнул с облегчением, что они расчистили дороги, нажал на акселератор и направился в сторону Миссулы.

Достав свой телефон, я открыл местоположение Новы. За последние два месяца она так и не удалила трекер со своего телефона. Может быть, она не знала как, или, может быть… может быть, она знала, что я проверяю его по крайней мере десять раз в день.

Каждое утро она уходила на работу в одно и то же время. Почти каждый вечер она возвращалась домой к шести, а когда ее не было там, маленькая синяя точка показывала, что она дома у матери или с сестрой. Жизнь Новы была такой же неинтересной, как и моя собственная, пока два дня назад я не увидел чек на аренду недвижимости в Орегоне.

Сначала я говорил себе, что слежу за ней просто потому, что она дочь Такера Талбота. Мы ничего не слышали и не видели от Воинов, но сейчас мы были так же прилежны, как и в течение многих месяцев. Делать было нечего, кроме как ждать и наблюдать.

Так что я наблюдал за Новой из предосторожности. На самом деле, я наблюдал за ней, потому что не мог ее отпустить.

Когда я увидел чек, мне не потребовалось много времени, чтобы найти информацию о сдаваемой недвижимости в Орегоне. Также не потребовалось много времени, чтобы найти объявление о продаже ее дома в Миссуле. То, что я сказал маме, было правдой.

Она переезжала.

Возможно, я уже потерял ее. Возможно, она отправит меня домой, не сказав ни слова. Но если был шанс, им стоило воспользоваться. Мы в долгу друг перед другом, не так ли? Просто попробовать?

Для меня не будет другой женщины. Нова полностью разрушила меня, и до конца моей жизни никто не займет ее место.

Часы в дороге прочистили мне мозги, но, несмотря на сотни миль, я не был уверен, что именно сказать. Я все еще не знал, когда припарковался на ее улице и вылез из своего грузовика.

В ее доме был включен телевизор, его мигающие цвета освещали ее гостиную и давали мне возможность увидеть коробки, расставленные повсюду, когда я подошел к входной двери. Сделав глубокий вдох, я постучал, затем позволил своему сердцу учащенно забиться, поскольку она выключила телевизор.

Она почти беззвучно подошла к двери, ничего, кроме шороха ее ног по полу. Потом вообще ничего не было слышно, как будто она застыла. Я ждал, у меня перехватило дыхание, пока, наконец, замок со щелчком не открылся.

И вот она.

Ее волосы были собраны в узел на макушке. На ней не было никакой косметики. На ней была шелковая ночная рубашка, доходившая ей до середины бедра. Толстый кардиган свисал с ее рук, когда она скрестила их на груди и уставилась на меня с выражением, которое она намеренно скрывала.

Я не знал, что сказать. Стоя там, видя, что от нее, как всегда, захватывает дух, я понятия не имел, как начать этот разговор. Единственные слова, которые пришли на ум, были…

— Я люблю тебя.

Ее глаза расширились, но в остальном она не двигалась.

— Я не знаю, как добраться до того места, где мы оставим все это позади. Может быть, мы и не сможем. Но я бы хотел попробовать.

Нова уставилась на меня, не мигая. А затем ее глаза наполнились слезами, а руки опустились по бокам.

— Я бы тоже этого хотела.

Я сделал шаг вперед и протянул руку.

— Эмметт Стоун.

Улыбка тронула ее губы, когда одна слезинка скатилась по щеке. Она смахнула ее, затем вложила свою руку в мою.

— Джун Джонсон.

— Приятно познакомиться, Джун.

— Нова. Джун — мое имя, но все, кого я люблю, называют вторым именем — Нова.

— Нова. — Я вошел внутрь, придвинувшись достаточно близко, чтобы провести ладонью по ее щеке и большим пальцем поймать еще одну слезинку.

Затем я прижался губами к ее губам, проглотил вздох, прежде чем она обняла меня за плечи, крепко прижимая к себе, когда я пинком закрыл за собой дверь. Проведя языком по ее нижней губе, я наслаждался ощущением ее в своих объятиях, прежде чем раздвинуть ее губы, чтобы проникнуть внутрь и попробовать на вкус.

Боже, как я скучал по ней. Как я жаждал ее. Если и были какие-то сомнения на этот счет, они исчезли в тот момент, когда ее язык переплелся с моим, и мир растаял.

Прошлое растаяло.

Я целовал ее, пока у нее не перехватило дыхание, затем отстранился, чтобы утонуть в этих глазах цвета темного кофе.

— Привет, детка.

На ее лице появилась улыбка. Улыбка, которую я надеялся видеть каждый день до конца своей жизни.

— Привет, Туз.

Глава 26

Нова

— Они не вернут мне задаток. — Я кладу свой телефон на стойку в ванной. — Но они расторгают договор аренды.

Эмметт провел расческой по волосам, затем поцеловал меня в висок.

— Справедливо.

Пока он был в душе, я просмотрела электронные письма, которых вчера избегала, пока мы распаковывали вещи. Одно было от компании по управлению недвижимостью в