Месть королевы мафии - Шивон Дэвис

удивит, — Рина опускается на колени, затем поворачивается и проскальзывает под машину. Я быстро следую за ней, и мы вместе достаем ракетную установку из чехла и вылезаем обратно.

Я устанавливаю оружие, направляя его в ту сторону, откуда приедет Братва, пока Рина разговаривает с Дарио и Ренцо по FaceTime, рассказывая им о том, что произошло. Фиеро и Рикардо наблюдают за происходящим снаружи внедорожника, сзади, в то время как Эцио осматривает дорогу впереди из-за руля.

— Беги! — кричит Фиеро, как только я занимаю позицию.

Глядя в прицел, я замечаю летящий в нашу сторону снаряд и громко ругаюсь.

— Отойдите от машины! — я вскакиваю, держа гранатомет на плече, моя больная рука протестует против тяжести. Схватив жену, я заставляю ее бежать со мной. Фиеро и Рикардо мчатся по дороге, изо всех сил перебирая ногами.

Рина сопротивляется, пытаясь вырвать свою руку из моей. Оружие тяжело давит мне на плечо, но я ни за что не брошу его и не отпущу жену.

— Там Эцио! — кричит она, оглядываясь через плечо. — Мы должны вернуться за ним! Пожалуйста, Массимо, — в ее словах сквозит боль, и я понимаю это. Он был в машине и может не успеть выбраться. Но мы ничего не можем с этим поделать. Не рискуя жизнью.

Я не успеваю ответить своей жене, как раздается взрыв, разрушающий внедорожник и расшатывающий дорогу, в результате чего мы все падаем на землю. Я переворачиваюсь на спину, не обращая внимания на боль, пронзающую раненую руку, прижимаю ракетницу к груди и жену к себе. Я защищаю ее, как могу, когда вокруг нас падают осколки.

Позади в нашей машине бушует ад, и русские временно оказываются в ловушке за стеной жара.

Нельзя терять ни минуты.

Я проверяю свою жену, но она серьезно не пострадала. Она что-то говорит, но я не слышу слов. Однако в ее глазах ясно читается беспокойство, и я начинаю действовать. У меня звенит в ушах и пульсирует рука, когда я поднимаюсь на ноги. Держа ракетницу перед собой, я устанавливаю ее в идеальное положение, чтобы уничтожить этих ублюдков из Братвы, как только пламя утихнет, и их будет хорошо видно.

Это происходит через пару минут, и моя рука тверда, а решимость непоколебима, когда я делаю выстрел, и он попадает в цель. Внедорожник русских превращается в еще один огненный шар, который сотрясает горизонт Нью-Йорка, окрашивая его в оранжевые и красные тона.

Я опускаю ракетницу и подхожу к жене, когда позади нас раздается визг автомобиля. Выхватывая свой «Глок», я отталкиваю Катарину и разворачиваюсь, готовый встретить того, кто еще за нами пришел. Но из черного фургона высовывается Ренцо и кричит что-то, чего мы не слышим. Фиеро хватает Рикардо, и они бегут к нам с почерневшими лицами и в разорванной одежде. Схватив жену за руку, я направляю ее к фургону, одновременно задавая Фиеро безмолвный вопрос через плечо. Он качает головой, и у меня вырывается страдальческий вздох.

Рина оглядывается назад со слезами на глазах, и я знаю, что потеря Эцио будет преследовать ее долгие годы. Гибель близких в таких обстоятельствах всегда ужасна.

Мы забираемся в машину, и она мчится по дороге на большой скорости, а на заднем плане раздается эхо сирен.

Требуется некоторое время, чтобы звон в ушах стих настолько, чтобы говорить. До тех пор мы общаемся с помощью текстовых сообщений. Моя жена не хочет встречаться дома. Она боится привлечь врага. Я не возражаю, поэтому отправляю всем координаты склада, который принадлежит моей семье уже много лет. Можем собраться там и составить планы.

Мы с Фиеро созываем наших людей, и я отправляю сообщение дону Маццоне с кратким объяснением, обещая позвонить ему, когда смогу нормально слышать, чтобы сообщить более полную информацию. Рина быстро набирает что-то на своем телефоне, отправляя инструкции своей команде, и через час мы уже на складе и строим планы.

У меня раскалывается голова, и я радуюсь, когда появляется врач Рины и дает мне обезболивающие. Он залечивает наши раны и проводит быстрый осмотр. У всех нас есть порезы и ссадины, звон в ушах и, соответственно, головные боли, но ничего серьезного. Он советует нам прийти на следующей неделе, чтобы проверить уши на предмет каких-либо серьезных повреждений. Как только врач уходит, мы приступаем к делу.

— Я предлагаю разделиться на три группы, — говорит Рина, сразу же беря инициативу в свои руки. Мы с Фиеро с радостью позволяем ей это сделать, потому что ей нужно отвлечься. — Мы не знаем, пошлет ли Антон за нами еще людей или сам отправится за Саверио, как только тот приземлится, — используя координаты, которые предоставил Ренцо, я отслеживаю самолет Салерно, направляющийся в Нью-Йорк. До его прилета осталось около часа и сорока пяти минут. — И этого ублюдка убью я, — она ударяет кулаком по столу, — Дарио. — она кивает головой в сторону своего советника, когда тот входит на склад с ее солдатами. — Используй досье на Антона. Нам нужно, чтобы он покинул США как можно скорее.

— Считай, дело сделано, — говорит он, набирает цифры на своем мобильном и отступает, чтобы позвонить.

— Мои люди будут ждать Салерно на частном аэродроме и попытаются захватить его там, — говорит она.

— Он будет ожидать засады, — сообщает Фиеро.

— Скорее всего, но он безрассуден, когда злится, и именно тогда совершает ошибки. Мы попытаемся взять его там, но также разместим группу солдат на дороге за аэродромом, если что, устроим ему засаду там, — она смотрит на моего лучшего друга. — Фиеро, твои люди будут охранять нас здесь. Если Салерно пройдет мимо первых двух групп, мы сообщим ему о нашем местонахождении и уничтожим, когда он прибудет.

— Разделяй и властвуй, — говорю я, обдумывая все варианты в голове. — Это сработает. У нас есть информация о местности и количестве людей. Я сомневаюсь, что он пройдет мимо твоих людей на аэродроме.

Глава 37

Массимо

Мои слова оказались пророческими, и просто чудо, с какой легкостью Салерно захватили в аэропорту, когда он приземлился.

— Расчетное время прибытия через пять минут, — говорит Рина, откладывая телефон. Последние два с половиной часа она металась по складу, как зверь в клетке, злая и раздраженная, в то время как я делал все возможное, чтобы успокоить дона Маццоне и «Комиссию».

Завтра мы должны присутствовать на встрече с ними, чтобы объяснить произошедшее. Благодаря приятелю Беннетта, комиссару полиции, новости о нашем участии в заварушке не попали в СМИ. Я сказал