Нежная (СИ) - Фред Винни

– Когда?

– Завтра.

– Я завтра не смогу.

Я промолчала, он дописал и поднял взгляд от экрана, спросил:

– А зачем тебе в Питер, просто погулять? Или ты на конкретную выставку хочешь?

– У меня там подруга живёт, которая кентавр, звала в гости.

– А, – он опять стал что-то набирать в телефоне, потом спросил полушутливо: – Так я тебе там не нужен?

Я опять промолчала, он посмотрел на меня и повторил:

– Не нужен, сама поедешь?

Я пожала плечами и отвела глаза, он показал мне экран телефона:

– Билетов почти нет, остались только всякие убогие места, ты уверена, что хочешь именно завтра?

Я посмотрела на экран – там был сайт бронирования билетов на самолёт, ВэВэ сменил вкладку и показал сайт билетов на поезд, раскуплено было почти всё и там, и там. Я скисла:

– Блин, я не подумала об этом... Надо успеть взять. Да? – я посмотрела на него, он усмехнулся:

– Ты у меня спрашиваешь? Если я тебе там не нужен, то решай сама. Я бы лучше на следующих выходных поехал, можно и билеты получше взять, и гостиницу хорошую найти, и мероприятия поискать.

– Я не могу через неделю, мне надо срочно... – Я окончательно скисла, ВэВэ усмехнулся:

– Она умирает?

– Она скоро родит, может быть, она рожает прямо сейчас. Я надеюсь, что нет, но вероятность есть.

– А. Ну тогда да, – он опять уткнулся в телефон, что-то поклацал и показал мне экран: – Вот это сойдёт?

Я кивнула, он нажал "Купить", я дёрнулась:

– Я сама куплю.

Он посмотрел на меня с усталым раздражением, опустил руку с телефоном и спросил:

– В чём дело?

– Я сама куплю, – уже не так уверенно повторила я, опустила глаза, он мрачно застонал в потолок и развёл руками, показывая на мою убогую комнату-свалку:

– Анечка, радость моя! Ты "сама" не можешь вот это разгрести неделю уже! Тут работы минут на двадцать, надо просто взять и сделать это. Отнести вот это в стиралку, вон то – в ателье, остальное в мусорный контейнер – двадцать минут, пятнадцать из них идти до ателье, оно за углом, я только что погуглил. Потом заказать дизайн-проект – один звонок. Потом день посидеть дома, принимать доставку и контролировать сборку мебели. Потом заказать клининг – и всё, можно въезжать, расставлять на полках книги и клеить на стены детские рисунки. Это не сложно, но если ты не умеешь, я тебе помогу. Хоть прямо сейчас, я ради этого вечер освободил. Допивай кофе, собирай мусор и пойдём. А я пока найду тебе дизайнера.

– Я сама дизайнер, – тихо сказала я.

Он посмотрел на меня с сомнением, я добавила:

– У меня был дизайн интерьеров, могу диплом показать.

Он молчал и смотрел на меня, я добавила:

– И я знаю, где ателье, я мимо него ходила. Я могу сама отнести, оно не тяжёлое. Но вообще, там нечего в ателье носить, я могу и сама это зашить, я умею шить.

Повисла тишина, потом ВэВэ осторожно спросил:

– И ты не сделала этого всего потому, что у тебя не было времени?

Я молчала – времени у меня было навалом.

– Аня?

Я встала, взяла чашку и пошла на кухню, ВэВэ пошёл за мной, остановился в дверях и смотрел, как я мою чашку, мою руки, вытираю и опять мою. Поставил свою чашку на стол, я взяла её и пошла мыть, он поймал меня за запястье и сказал:

– Успокойся, хватит. Тебе надо просто...

– Я знаю, что мне надо! – я вырвала свою руку и убрала её за спину, голос дрожал как у припадочной, я растёрла по лицу слёзы и крикнула: – Я всё знаю, что мне надо делать, я не могу, понимаешь?! Я! Не! Могу! Не "просто"! Это у тебя всё просто, потому что у тебя всё хорошо! Сытый голодного не поймёт, никогда, понимаешь?! Не надо мне рассказывать, что мне надо! Ты не знаешь, что мне надо, смирись! Я сама не знаю! И я пытаюсь понять, а ты мне не даёшь, потому что постоянно меня перебиваешь! Хватит! Не ходи за мной, – я схватила со стола телефон, обулась и вышла из квартиры, не взяв больше ничего, я поняла это, только выйдя на улицу.

У меня не было наушников, и сумки с кошельком, и ключа не было, я не заперла дверь. На улице было холодно, я начала дрожать почти сразу, но всё равно шла, почти бежала. Неизвестно куда.

Каким-то образом я оказалась перед входом в офис, хотя у меня не было пропуска. Но внутри горел свет, я позвонила, подождала и позвонила ещё раз, громче. Раздался стук каблуков, замок пиликнул и открылся, я потянула на себя дверь и увидела стоящую у стола ресепшена Катю, она смотрела на меня удивлённо. Я улыбнулась и соврала:

– Надо чуть-чуть поработать. Я сумку забыла.

– А, – она окинула меня взглядом, дающим понять, что она не поверила, но допытываться не будет, я улыбнулась ещё невиннее и пошла на своё рабочее место. Включила компьютер, сходила на кухню за кофе, вернулась, выпила его, пришла в себя. Поняла, что ВэВэ во всём прав, а я не права и истеричка. И лентяйка.

"Но говорить ему об этом я конечно же не буду. Патамушта.

Сделаю вид, что ничего не произошло. Удобная ситуативная амнезия, как у мамы. Как мудро она придумала. Буду брать пример. И потом рожу себе бога, а лучше ангела, великолепного, самого лучшего, буду ему поклоняться и любить, пока он будет послушен, а как только у него появится собственное мнение, сброшу его нахрен с небес, чтоб знал. Интересно, Карина «знает»? Мой Люцифер. Тоненькая, лёгонькая, балерина в цепях и шипах. Надо ей позвонить и спросить. Или можно сходить к маме и получить всё-таки хоть раз, чтобы все вопросы отпали сами. Схожу, пожалуй. Но не сегодня и не завтра, может быть, на неделе. Договорюсь, приду на ужин, расскажу ей всё, что думаю про её бога, её жизнь и всё её мировоззрение. Победивший Карину становится Кариной, да ведь?"

Вопрос был очень интересный. Я посмотрела на Катю, сидящую за столом Роксаны, посмотрела на часы – поздно, раньше только я здесь сидела в это время.

Она заметила, что я на неё смотрю, посмотрела в ответ, я невинно улыбнулась и спросила с долей шутливого подкола, она обожала такой тон, и сама его постоянно использовала:

– Справляешься?

Она усмехнулась:

– Если честно, не особо. Из графика выпали мы с тобой, а скоро выпадут ещё и три стажёра, мне придётся либо план всем поднимать, либо работать на две ставки, две с половиной, если ещё и тебя учитывать. И это до увольнения стажёров. После увольнения я вообще не представляю, что делать, тут будет завал.

– Напиши распоряжение нанять новых стажёров уже сейчас, раздай часть плана им в качестве тестовых заданий, выполнят хорошо – возьмём и время сэкономим.

– У нас столов не хватит, если мы наймём ещё троих, пока эти трое не уйдут.

– Куда посадить, мы всегда найдём, в крайнем случае, подсядут вторыми к старичкам, будут опыта набираться. У Юли в кабинете есть свободный стол, пару недель потерпит соседа. Мой я смогу уступить. Твой свободен. Уже три. Один из программистов на больничном, можно за его комп втиснуть временно. Разберёмся, место найдётся, а вот люди – дело такое. Надо поискать, чтобы взять хороших. И объявление о наборе стажёров надо переписать.

– Почему?

– А ты его загугли, почитай.

Она нахмурилась и застучала по клавиатуре, потом надолго замерла, присвистнула и фыркнула:

– Ну да, это многое объясняет. Хорошо, спасибо, так и сделаю. А ты разбираешься, – она посмотрела на меня с хитрой улыбочкой, медленно покивала и шутливо погрозила пальцем: – Ты не так проста, Анечка Нежная. Тут болтают про тебя всякое, но я-то знаю, что зря. И они скоро поймут. Быть тебе директором однажды, с тобой лучше не ссориться.

Я сделала невинные глаза и шепнула:

– Я добрая.

– Это пока. А потом власть в голову ударит, и привет. Видели, знаем.

– Не будет такого, – ещё невиннее прошептала я, она посмотрела на меня с намёком и так же шёпотом сказала:

– А ты прикинься, что будет. Это сильно упрощает жизнь.

– Я подумаю, – кивнула я, – спасибо.

Катя кивнула как мудрый наставник и вернулась к работе, я тоже уткнулась в монитор, хотя там ничего не было открыто. Открыла сайт железной дороги и заказала себе билет, почитала, что надо иметь паспорт, скисла – ехать домой всё-таки придётся. Написала Лене, что точно приеду, она мне похвасталась, что сегодня ночует дома, и назначила встречу в ресторане, потому что хочет есть и не хочет сидеть в квартире. Я на всё согласилась, отпустила её спать и открыла папки со своей обычной дизайнерской работой, там лежало немного недоделанного, я сделала в охотку, пока были силы работать и не накопились силы вернуться домой. Потом попрощалась с Катей и ушла.