Крестики # нолики - Татьяна Снежная

# 46

Свободное падение в бездну оборвалось горечью воспоминаний и пустой болью в груди. Никотин иссушил язык, полумрак комнат притупил зрение, мысли расползлись под тяжестью сексуального голода и Ветров вдруг ясно осознал, что поезд скорби ушел и никогда не вернётся. Войти в ритм жизни он решил через клуб, чтоб сразу оборвать все натянутые нити, которыми держался за прошлое. Пить, слушать треп приятелей, не напрягаясь, не входя в личный диалог, и так что бы все фразы тонули в грохоте музыки. Специально выбрал Зиг-заг, где встретить знакомую морду из универа проще простого.

Вечность. Внутри алкоголь, спинка дивана давит в затылок, софиты слепят глаза, но в какой то миг судьба преподносит подарочек -- ему удается пересечься взглядом с Алексеевой.

Его расслабленная, полумертвая поза пугает настолько, что Ольга не решается подойти, стойко игнорируя его зазывающий взмах рукой. Обычно Девчонки стремятся подсесть к ним за столик, где бесплатно угостят и развлекут. Ольга однозначно из таких, но сегодня изменяет сама себе.

-- Куда? -- Встрепенулся Семён, дёрнув поднявшегося с дивана Тимура. -- Аиста не бери, поплывешь.. завтра игра.

-- Ты возомнил себя моей матерью?

Мягкой поступью Ветров подошёл сам. Вплотную. Склонил голову заглядывая в удивлённые карие глаза, как всегда жирно и старательно подведенные. Сделал глубокую затяжку, пару мгновений помедлил и выдохнув в сторону тихо бросил:

-- Заказывай, я оплачу.

Грохот музыки проглотил его слова, но как ни странно, она расслышала.

-- Спасибо, мне хватит, но если оплатишь этот последний, -- Ольга качает перед его лицом полупустым стаканом с голубым коктейлем. -- буду благодарна. Выпьем?

-- Почему нет? -- дразнит парень, имитируя игривый тон. -- Одна?

-- В смысле? -- непонимающе отстраняется. -- Я с подругами.

Как же не хочется пояснять.

-- Приведи ее.

В глазах Ольги мелькает искра изумления.

-- Софию? Не вариант. Она на дух не переносит клубы.

-- Где же твоя хваленая хитрость и предприимчивость, Оль? Не ты ли заставила меня играть под свою дудку после бала? Не скромничай.

И что бы не дать ей возможность отмазаться, лезет в задний карман, вываливает на барный стол из него все под чистую, и отметив, как понимающе меняется ее взгляд мазнув по согнутым ровно по середине купюрам, треплет ладонью по голове собираясь уйти.

Ольга отмахивается, хватает его за локоть.

-- Она моя подруга, если ты собираешься просто трахнуть ее... -- Теперь в ее голосе отчетливо слышно проснувшееся раздражение.

Тимур в ответ скалится, не в силах сдержать кривую ухмылку. Абсурдный бред. В его лексиконе пропали все адекватные слова, и он приложил немалых усилий, чтобы не выразить все, о чем сейчас думал, матом.

-- Ума не приложу, с чего ты так решила. Я в состоянии контролировать свою эрекцию.

Его голос режущий, осколочный. И Ольга вновь тянется к своему бокалу..

-- Мне нужно ее подготовить.. это будет не просто..

-- Я доверяю твоим методам. Просто дай знать.

***

София

Алкоголь и расслабленность позволяет игнорировать его присутствие. И что он вообще здесь забыл? Зачем?

Дверь WC перед носом, и я скрываюсь за ней, закрывая лазейку в собственной голове, запрещая себе портить вечер и последующую ему ночь. В зеркале на меня смотрит собственное отражение. Волосы крупными локонами стекают по плечам и груди. Короткое маленькое черное платье тисками сжимает тело. Массивное украшение на шее и не менее массивные серьги. Вызывающий макияж и зацелованные припухшие губы без следа помады. Пьяно поправляю макияж, попутно отметив, что на мои замшевые сапожки наступила какая-то сволочь, наклоняюсь и подручными средствами пытаюсь отчистить недешевую обувь. В туалете пусто, если не считать курящей в углу девушки.

-- Как прошла поездка в Москву?

Выпрямляюсь, выворачивая голову на голос. Высокая блондинка делает шаг в мою сторону и теперь я узнаю в ней Милену. Ту самую секретаршу в кабинете Олега. Какой-то сюрреализм.

В голове крутится ахинея, которую на пьяную голову хочется выплюнуть резко и без мотивов, но прочистив горло я просто бросаю:

-- Ты о той что была месяц назад? Отличная у тебя память..

-- Как быстро летит время.., -- пропела та, придвигаясь еще ближе. Бедрами упирается в мойку и в нее же бросает истлевший окурок. --... В этот раз тебе подфартило.

-- С чего вдруг такие выводы? -- откидываю с лица тяжёлый локон и задираю подбородок. Свет здесь совсем тусклый, пытаюсь всмотреться в чужое лицо.

-- В самом деле.. возможно я тороплюсь с выводами и ты жалеешь, что шеф не уделил тебе внимания, -- глаза выдают ее интерес к диалогу, но я отвечаю коротко и по факту.

-- За чужое внимание часто приходится платить совестью, я свою берегу.

-- Совестью? -- Милена кривит губы, начиная пьяно смеяться. -- Ты хотела сказать ртом и задницей одновременно? Разве наш великолепный шеф не так любит?

Отшатывается, прикрывает ярко красные губы ладонью, словно сказала что то лишнее, но нетрезвый ум, все равно выдают искрящиеся в улыбке глаза.

-- Оо, кажется я сболтнула лишнее..., но разве о вкусах спорят? Кому то нравится мальчики, кому то блондинки, а кому то все равно, лишь бы была возможность сидеть в кресле перед кроватью и наблюдать какую нибудь по истине развратную картину... Впрочем, ты так воодушевленно рвалась на эту работу...

Кривится, отворачивается, дергает ремешок сумочки на плече, и словно забыв обо мне, нетвердым шагом шагает к двери. Я слежу за ней, прикусывая собственный язык, через боль пытаясь отрезветь. Она сказала что то про меня и Олега? Про его сущность? Про.. увлечения? Осознаю наконец сказанное, давлюсь вопросами и бросаюсь вслед за ней.

Только вот выйти не успеваю, едва открывается дверь, меня вталкивают обратно. В первую минуту не понимаю, что за смельчак.. Автоматически обнимаю в ответ, осознав, что попросту упаду. Под руками мягкая ткань рубашки, и под ней крепкие мышцы спины.

В следующий момент я уже в кабинке, слышу, как закрывается изнутри замок, и поднимаю глаза. Полумрак не прячет от меня этот ужасающий и выпивающий мою душу взгляд. Все также сексуален и строг. Все с той же опасной и притягательной аурой. А руки по обе стороны от моей головы уперты в стенку кабинки. И я не знаю, что сказать ему. И надо ли вообще говорить. С трудом улавливаю происходящее. Пытаюсь подавить шок вместе с оцепенением, которое захватило полностью. Я будто кролик, загипнотизированный удавом. Глаза затопило непонимание, а брови сами