Руины (ЛП) - Тоул Саманта

Так что все, кто важен для нас, здесь.

А моему ребенку исполнилось пять лет. Я на шестом месяце беременности, и я совершенно не плачу.

Ладно, может быть, я немного плачу. Но эти чертовы гормоны беременности превратили меня в жидкое безобразие. Тем более, я узнала, что у нас будет еще одна девочка, так что у Джиджи будет сестра. У меня никогда не было сестры, но я всегда очень хотела ее иметь... и вот я снова пускаю слезу.

Я прижимаю пальцы к глазам, останавливая эмоции.

— Ты в порядке, детка? — тихо спрашивает Зевс, когда я подхожу к нему.

— Да. Просто гормоны, как обычно, выводят меня из себя.

Он улыбается мне, и эта улыбка задевает мое сердце, заставляя меня снова начать рыдать. Он берет меня за руку, притягивает к себе и нежно целует в губы.

— Люблю тебя, — говорит он тихо.

— Я тоже тебя люблю.

— Ладно, заканчивайте с этим ППЛ, — жалуется Ло. — Меня это раздражает (ППЛ — PDA — эта аббревиатура произошла от выражения «public display of affection”, что можно перевести на русский, как "публичное проявление любви". Эта фраза используется для обозначения физических проявлений романтических отношений, наподобие обнимашек, поцелуев и обжиманий, смущающих почтенную публику. Причём это относится исключительно к действиям, производимым в публичных местах, вроде парков, скверов, многолюдной улицы или общественного транспорта).

— Они все время целуются, дядя Ло, — говорит ему Джиджи, хихикая.

Ло поднимает Джиджи и сажает ее на свое бедро.

— Я чувствую твою боль, малышка. Когда я был подростком, мне приходилось терпеть, что они постоянно целуются.

— Он просто ревнует, Джиджи, потому что никто не хочет с ним встречаться, — дразнит его Мисси.

— Никто не хочет встречаться с тобой, дядя Ло? — Джиджи выглядит искренне обеспокоенной за своего дядю.

— Все хотят встречаться со мной, — уверяет Ло, бросая взгляд в сторону Мисси, которая только смеется над ним. — Просто спроси у Ареса, сколько кисок…

— Ло... — Зевс предупреждает.

— Что такое киска? — Джиджи хмыкает.

— Киска — это другое название кошек, — вклинивается Арес, забирает Джиджи у Ло и сажает на одно из своих плеч, придерживая ее рукой.

Прости, шепчет мне Ло.

Я улыбаюсь, говоря ему, что все в порядке.

— Дядя Ло хочет завести котенка? — Лицо Джиджи озаряется.

— Это единственная киска, которую он может завести, — говорит Мисси низким голосом.

Я хихикаю.

Ло бросает на нее неодобрительный взгляд.

— Арес, скажи нашей сестре, сколько телефонных номеров я заполучил прошлой ночью.

— Много, — говорит Арес Мисси.

Ло бросает на Мисси ну—что—я—тебе—говорил взгляд.

— Ты уже позвонил кому—нибудь из них? — спрашивает она.

— Нет. — Он бросает на нее возмущенный взгляд. — Я не хочу выглядеть отчаявшимся.

— Единственное, в чем ты будешь выглядеть отчаявшимся, это пицца или такси, когда начнешь звонить по всем этим фальшивым номерам, которые тебе дали.

Смех вырывается из меня. Я же говорила, мои гормоны на пределе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Выражение лица Ло заставляет меня смеяться еще больше. Это смесь раздражения и мелькнувшей мысли: "Черт, неужели она права?»

— Теперь ты точно собираешься проверить все эти номера, не так ли? — Мисси подталкивает, выводя его из себя.

— Ты... — Ло делает паузу, подыскивая, как я полагаю, подходящее для ребенка ответное слово. — Собака женского пола.

— Собака женского пола! — Мисси смеется, и я тоже.

Боже, как я люблю этих ребят.

— Ладно, хватит, детишки. — Зевс забирает Джиджи у Ареса и сажает ее себе на плечи. — Может, хватит обсуждать свидания Ло на глазах у моей впечатлительной дочери? И давайте зажжем эти фонари, пока не спустились сумерки.

Между ними повисает странная тишина, а затем все вскакивают с мест и хором произносят...

— Да, конечно!

— Хорошо, давайте двигаться!

— Всем двигаться к пирсу!

Держа Зевса за руку, мы идем по пирсу, Джиджи все еще на его плечах. Все следуют за нами, и мы останавливаемся в начале пирса.

Зевс зажигает фонарик своей зажигалкой и передает его мне. Затем зажигает свой собственный.

— Все готовы? — спрашивает Зевс.

И мы слышим хор:

— Да.

— Дай мне подержать, папочка, — говорит Джиджи, делая хватательные движения руками.

— Будь осторожна, малышка Джиджи. Он может обжечь тебя.

— Я держу его, — успокаивает меня Зевс.

—Не забудь загадать желание, когда будешь его отпускать, — говорю я ей.

Она улыбается этой великолепной нахальной улыбкой, как будто уже знает, что загадать.

— Хорошо, считаем до трех, — громко говорит Зевс. — Тогда пускайте свои фонарики. Три, — начинает Зевс. — Два... один.

Я отпускаю свой фонарь и наблюдаю, как он начинает свой полет над водой, поднимаясь выше, вместе с фонарями всех остальных.

Затем я ненадолго закрываю глаза, просто наслаждаясь счастьем, которое сейчас испытываю. Не могу поверить, что я здесь с Зевсом, и беременна нашим вторым ребенком.

Если бы вы сказали мне год назад, что я буду здесь с ним, я бы ответила, что скорее на Землю упадет астероид.

Я слышу нежный звук Рианны, поющей "Umbrella", доносящийся откуда—то позади меня, а затем шум тихих вздохов вокруг заставляет меня открыть глаза и повернуть голову.

Зевс стоит на коленях рядом со мной.

Нет. Не на коленях.

На колени.

Святое дерьмо.

Мое тело медленно поворачивается к нему, мои глаза не отрываются от его глаз.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Делаю предложение, — просто отвечает он.

—У меня есть кольцо, мамочка! — Джиджи хихикает рядом с ним, протягивая коробочку с кольцом.

— Зевс... — Слезы наполняют мои глаза.