Джилл Мэнселл - Только ты и я

— Это он.

У Кей расширились глаза. Окружив Макса, все внимательно слушали разговор, который состоял главным образом из «ладно», «договорились», «отлично», «никаких проблем» и «если вы уверены». Наконец он сказал: «Всего хорошего» — и отключился.

— Он опаздывает? — вознегодовала Лу.

— Он не придет.

— Что? — встрепенулась Тилли. — Почему?

— Просто считает, что так будет правильно. — Макс пожал плечами. — Поэтому решил не приходить. Меня это устраивает.

— Ты серьезно? — Голос Кей поднялся почти до крика. — Это никого не устраивает! Меня… о Господи, маньяк продинамил меня со свиданием!

— Я думал, ты обрадуешься, — опешил Макс.

— Ну а я не обрадовалась. Дай мне телефон. — Выхватив у него трубку, Кей принялась поспешно нажимать на кнопки. — Алло? Алло? Это вы? Да, естественно, это я! Верно подмечено, Эйнштейн, я действительно расстроена! Как вы посмели?

Лу гадала, не сошла ли мама с ума. Она наблюдала, как та слушает объяснения Паркера.

— Нет, я это не оценила. Меня в жизни так не оскорбляли! Где вы сейчас? — Пауза. — Немедленно берите себя в охапку и везите сюда. Вы заплатили за этот ужин со мной, и теперь вам, черт побери, придется ужинать.

Они все наверняка подумают, что у нее съехала крыша, но Кей это не волновало. Она уговорила себя встретиться с этим человеком, волновалась до спазмов в желудке, а теперь встреча не состоится?! Нет, так не годится.

Паркер Прайс оказался не фантастическим красавцем. Он оказался совершенно нормальным. Темноволосым с проседью на висках, слегка за сорок, загорелым, сероглазым, с намечающимся вторым подбородком. У него были здоровые зубы, красивые руки, и одет он был в хорошо сшитый костюм цвета маренго.

Едва Кей увидела его, ее нервозность исчезла. Не о чем беспокоиться. Неподалеку Макс, Тилли и Лу как ястребы наблюдали за происходящим.

— Итак, расскажите, почему вы хотели отменить ужин?

Паркер Прайс поморщился:

— Господи, прошу прощения. Мне трудно поверить, что вы так рассердились.

— А мне трудно поверить, что вы приехали из самих Штатов и вдруг решили в последнюю минуту отказаться. Так почему вы так поступили? Это очень странно.

— Ладно, скажу вам правду. Сегодня вечером в гостинице я собирался на нашу встречу и действительно с нетерпением ждал ее. Но вдруг меня стукнуло. — Паркер покачал головой и с иронией проговорил: — Я спросил себя, как вы относитесь к встрече со мной, и понял, что вы, вероятно, напуганы до дрожи в ногах. — Он помолчал. — Я был прав?

— Ну, возможно. Возможно, напугана, но не до дрожи, — ответила Кей. — Скажем… встревожена.

— Вы говорите это из вежливости. Но ведь все на поверхности. Давайте взглянем правде в глаза: я же мог оказаться каким-нибудь психопатом. Такая возможность остается и сейчас, между прочим.

— Вы не психопат. — Уверенность Кей была полной.

— Я знаю, что не психопат. — Он улыбнулся. — Но вы-то не знаете. И тот факт, что я на аукционе сделал ставку в пять тысяч фунтов за ужин с вами, тоже может вызывать беспокойство. Как бы то ни было, именно поэтому я неожиданно решил, что не могу встретиться с вами. Меня мучила бы мысль, что вы сидите напротив и мечтаете оказаться подальше от меня, что вам противна каждая минута нашего общения. Деньги не имеют значения. Я просто хотел все закончить, потому что это лучше, чем знать, что вы меня боитесь.

— Я уже не боюсь, — сказала Кей. — Честное слово.

— Рад это слышать. И спасибо, что помешали мне отменить встречу. — Он явно уже успокоился. — Я искренне рад видеть вас.

— Я тоже. — Кей не могла описать, что испытывает к этому мягкому, чуткому человеку, но знала только одно: ему она доверила бы свою жизнь.

— За нами наблюдают, — сообщил Паркер.

— Знаю. Прошу прощения за это.

— Ваша группа поддержки? Если хотите, можно пригласить их за наш стол.

— Нет, спасибо, им и там хорошо. — Кей не хотела, чтобы Макс и Лу постоянно перебивали, задавали вопросы и портили вечер. — Не могу передать, как мне нравится картина, что вы прислали. Она висит в моей гостиной. Так любезно с вашей стороны, что вы подумали обо мне.

— Я рад этому. У вас были тяжелые времена. Вас донимали таблоиды. Мне просто захотелось вас подбодрить, — сказал Паркер.

— Не надо было тратить такие деньги.

Он пожал плечами:

— Деньги не главное. Как вы, вероятно, сами понимаете. В общем, я рад, что картина вам понравилась.

У него был теплый взгляд, а в уголках глаз собирались морщинки каждый раз, когда он улыбался. Кей, у которой не было обыкновения задавать неуместные вопросы, спросила:

— А как вы разбогатели?

Ей действительно было интересно. Google с именем Паркера не дал ничего существенного. Она очень надеялась, что он сам заработал деньги, а не унаследовал их.

— Я архитектор. Не очень знаменитый, но у нас успешный бизнес. «П.К. Прайс» на Хадсон-стрит. — Вытащив бумажник, он достал визитку. — Жилые здания, бизнес-центры, много- и малоэтажные здания — в общем, все, что угодно. Одно ваше слово — и мы разработаем проект.

— И никто не возражал, что вы бросаете работу и едете сюда?

— Возражал? Да они были счастливы от меня отделаться. Нет, все нормально. Я закончил большой проект, и мне полагается отпуск.

Он казался совершенно нормальным, но то, что он сделал, можно было назвать необычным поступком. Кей выпалила:

— Насколько высоко вы подняли бы ставку на аукционе? — Господи, просто не верится, что она задает такие вопросы.

Но самое приятное в том, что он на них отвечает.

— До двадцати тысяч. Долларов, — добавил он, увидев, как у Кей расширились глаза. — До десяти тысяч фунтов — я так и сказал тому старику по телефону. Что было довольно рискованно, но должен же я был установить для него какой-то предел. Не обижайтесь, просто я не мог рисковать, а то потом он заявился бы ко мне и сказал, что ему пришлось поднять ставку до полумиллиона, чтобы заполучить вас.

— Я точно не стою полмиллиона. — Кей покачала головой. — Трудно поверить, что вы решили, будто я и десяти тысяч стою. — Она уже полностью избавилась от страха перед ним. — Почему я? — глядя ему в глаза, спросила она. — Зачем вы проделали весь этот долгий путь?

Десять минут назад официантка принесла им меню, но они так и не раскрыли его. Паркер твердо сказал:

— Я не могу вам ответить. Это звучало бы… — Он помолчал, замотал головой. — Нет, извините, не могу.

Кей понравилось, что он не ответил. Он не покраснел, но выглядел так, будто был близок к этому. Заметив, что официантка с нетерпением поглядывает на них, Кей сказала: