Его сокровище - Эмилия Росси

Просто положи руку мне на локоть и помассируй другой рукой.

Я согнула правую руку, и он положил свою на сгиб моей руки.

— А теперь другой рукой помассируй мне плечо и бицепс.

Он сделал то, что я просила, выглядя серьезным и сосредоточенным и крепко держал меня. Пилот — Финн — и еще один мужчина, сидевший впереди, с любопытством наблюдали за нами, пока Анджело продолжал делать массаж. Через несколько минут мое плечо сместилось.

— Думаю, оно на месте.

Мои мышцы все еще болели, и я знала, что следующие несколько дней мне нужно быть особенно осторожной, но мне стало легче двигать рукой.

— Ух ты, я ожидала, что этот процесс будет более драматичным, — сказала Леона.

— О, я стараюсь, чтобы в моей жизни не было драматизма, — невозмутимо ответила я.

Она фыркнула.

— Именно так я бы описала…

— Леона, — выдавил Финн.

— Приближаются.

Все они, включая Анджело, вытащили оружие. Я внутренне выругалась, что у меня до сих пор нет пистолета. Нужно было настоять. Тогда я не была бы абсолютно беспомощной, застрявшей в вертолете, из которого даже не могла выбраться самостоятельно.

— Это не наши люди, — сказала Леона, и в ее голосе исчез намек на веселье.

Я наклонилась вперед и увидела приближающуюся вереницу черных машин.

— Черт, — выругался Финн.

— Успеем ли мы добежать до машины? Или стоит попытаться взлететь и приземлиться в другом месте?

На меня украдкой бросились взгляды, и мои щеки загорелись. Очевидно, я была здесь слабым звеном.

— Запускай двигатели, Финн, — сказал другой мужчина. — У нас достаточно топлива, чтобы добраться до аэропорта Вестовер.

Двое мужчин направились в кабину пилотов, а Леона и Анджело остались у открытой двери с оружием наготове. Двигатель завелся, и мне показалось, что мое сердце забилось в такт его вибрациям.

— Пригнитесь, — крикнул Анджело, наклоняясь, чтобы закрыть дверь, когда пули начали попадать в металлический корпус.

— Они пытаются снести хвост и лопасти! — крикнул Финн.

Вертолет оторвался от земли, а затем, накренившись, рухнул обратно. Анджело накрыл меня своим телом, а я инстинктивно свернулась клубком, защищая живот. Звук разбивающегося стекла сменился частыми выстрелами, но я не могла понять, откуда они исходят.

— Их слишком много, — крикнула Леона. — Я написала Ронану, но он в двадцати минутах езды.

Анджело отстранился от меня и развернулся, чтобы выстрелить в разбитое дверное окно, пока его пистолет не щелкнул.

— Пиздец.

— Сдавайтесь сейчас и останетесь живы, — крикнул кто-то снаружи.

Финн пополз к нам из кабины.

— Их машины пуленепробиваемые, а у меня кончились патроны. Леона…

— Нет, — сказала она.

Я не могла видеть ее из своего тесного положения, но в ее голосе звучала ярость.

— Мы не можем сдаться.

— Мы сможем выбраться отсюда сами, — сказал другой ирландец. — Сначала нам нужно сдаться. Ронан приедет за нами.

Я схватила Анджело за руку, острый страх пронзил мою грудь.

— Они нас просто убьют, Эйдан, — сказала Леона. — Мы даже не знаем, кто они. У них нет причин сохранять нам жизнь.

Внезапно дверь вертолета распахнулась. Там стояли четверо мужчин в масках, с направленными на нас винтовками.

— Бросайте оружие, — крикнул один из мужчин в маске, размахивая пистолетом. У него был акцент, но я не могла понять какой.

Один за другим Леона, Финн, Эйдан и Анджело бросили оружие. Еще один мужчина подошел к вооруженным охранникам, но на нем не было маски. На вид ему было около тридцати лет, у него были взъерошенные волосы и коренастое телосложение.

Анджело резко вдохнул и встал передо мной, закрывая мне обзор.

— Арбен.

Моя кровь похолодела.

— Анджело Конти, — ответил насмешливый голос.

Затем раздался громкий выстрел, и Анджело рухнул передо мной.

Все исчезло, весь мой мир сузился до моего бессознательного телохранителя, моего друга. Мучительный крик сорвался с моих губ, когда я бросилась к нему.

— Анджело!

Я прижала руки к огнестрельному ранению на его груди. Горячая кровь брызнула на мои ладони, и слезы падали на тыльную сторону руки.

— Клянусь Богом, я убью тебя, если ты умрешь у меня на глазах.

Громкие крики и звук металла наполнили воздух, а затем холодные руки схватили меня сзади, отрывая от Анджело и вытаскивая из вертолета. Я кричала и вырывалась, но тот, кто схватил меня, удерживал железной хваткой, а мое плечо было слабым и болело, делая меня беспомощной.

Мне надели мешок на голову, и затолкали в машину. Прежде чем дверь закрылась, мне показалось, что я услышала, как кто-то говорит по-русски.

65

СОФИЯ

Грубые руки швырнули меня на пол. Я успела подставить ладони, прежде чем лицо коснулось земли, но острая боль пронзила плечи и запястья. Дверь захлопнулась, и я осталась одна, чувствуя, как холод начинает пробираться под кожу.

Сдернув мокрый от слез мешок, я оглядела тускло освещенную камеру. Она напоминала ту, в подвале у Маттео, но здесь высоко на стене было крошечное окно с решетками. Похоже, все главы мафии следовали одному и тому же дизайну интерьера.

Слезы стекали по щекам, я прижала руку к груди, чувствуя, как сердце разрывается от боли. Я не могла поверить, что Анджело мертв, но мои руки все еще были покрыты его кровью. Желудок скрутило, и я медленно дышала через нос, чтобы не стошнило. Мысли путались, усталость давила на веки. Хотелось свернуться калачиком на грязном полу и закрыть глаза, но я знала, что должна оставаться начеку. Нас поймали албанцы? Но почему тогда я слышала, как кто-то говорил по-русски? Я не могла понять, что происходит.

Плечи опустились, когда правда осела в моих костях. Анджело ранен по моей вине. По моей вине захватили ирландцев. Мой план был безрассудным и глупым.

Губы дрожали, и я прикусила их. Нужно взять себя в руки. Не было времени жалеть себя. Нужно все исправить.

Я оглядела комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы воспользоваться, чтобы сбежать, но ничего не обнаружила. По крайней мере, они меня не связали, да и мои конечности не могли сильно поспособствовать в устранении врага.

Их должно быть достаточно. Мое тело — это все, что у меня было.

Я использовала стену, чтобы встать и проверить свои ноги. Мои бедра болели, а лодыжки были нестабильными, но это был вопрос жизни и смерти, так что с последствиями своего тела мне придется разобраться позже. Осторожно поворачивая плечо и массируя руку, я надеялась, что всё останется на месте.

Я встала на цыпочки и выглянула в окно. Все, что я могла увидеть, это полоску серого неба.